Готовый перевод The Rise Of The Heavens Began With Resident Evil. / Resident Evil: Начало возвышения небес: Глава 4. Возмездие

Глава 4. Возмездие

Вслед за вспыхнувшей перед глазами системной панелью, Ван Линьюань ощутил, как в самой глубине его даньтяня, в неизведанных чертогах души, пустил корни странный росток. Растение то и дело вспыхивало фиолетово-синими сполохами молний, источая первобытную, яростную и необузданную силу.

— Врожденное духовное тело… Повелевание молнией… — едва слышно прошептал он, смакуя каждое слово. В его жилах бурлила первозданная мощь грозы, послушная малейшему движению мысли, будто он родился с ней.

Крохотная искра, что мгновение назад робко тлела на его ладони, повинуясь воле, вспыхнула ослепительным, концентрированным светом. Она свилась в тугую фиолетово-синюю змейку, яростно затрещавшую в воздухе, готовая сорваться со смертоносным броском.

Ван Линьюань резко вскинул голову. Его взгляд устремился к заснеженным пикам великого Куньлуня, вонзавшимся в самые небеса и словно отсекавшим этот мир от остального бытия. Больше в его глазах не было ни капли прежнего отчаяния или бессильной злобы — в них разгоралось неистовое, обжигающее пламя, подобное самой грозе!

Три долгих года бесплодных поисков, удушающая тоска и леденящий ужас стоявшей на пороге смерти — все это в один миг разлетелось в прах перед волей снизошедшей свыше Системы и той осязаемой, сокрушительной мощью, что она ему даровала.

— Система Охоты Всех Небес? — Ван Линьюань сжал кулак, гася плясавшие на коже молнии. — Каковы твои возможности?

Раздался бесстрастный механический голос Системы:

[Уважаемый носитель, данная Система обладает тремя основными функциями. Первое: обнаружение и перемещение носителя в миры Всех Небес.]

[Второе: после уничтожения носителем существ, обладающих определенной известностью в целевом мире, Система случайным образом заимствует одну из их способностей.]

[Третье: обеспечение легализации личности носителя после его прибытия в новый мир.]

На бледном лице Ван Линьюаня впервые за последние три года проступила улыбка — холодная, хищная и исполненная безграничной уверенности в собственных силах. Он крепко сжал пальцы, и между костяшек с глухим, утробным гулом заплясали искры.

— И когда же я смогу покинуть этот мир?

[Целевой мир для перемещения заблокирован. Желаете начать перемещение прямо сейчас?]

— Нет, — отрезал Ван Линьюань, и в его глазах блеснула сталь. — У меня здесь остались незавершенные дела.

*

События переносятся в тот самый день, когда Чжан Минюань встретил свою загадочную смерть.

Биньхай. Роскошная, утопающая в безвкусной роскоши вилла Чжан Минюаня.

Чжан Минюань внезапно почувствовал, как по его спине пробежал ледяной пот. Из темноты на него словно уставился взор какого-то первобытного, чудовищного зверя. Горло сковал спазм, и он не успел даже вскрикнуть, как перед глазами ослепительно полыхнуло. Тело пронзила судорога, и сознание мгновенно угасло.

Очнувшись, он обнаружил себя распластанным на холодном полу. Прямо перед ним стоял мужчина в длинном черном плаще. Лицо незнакомца казалось высеченным из мрамора, но в глубине его глаз бушевало яростное пламя застарелой, неутолимой ненависти.

Чжан Минюань лихорадочно перебрал в памяти всех своих врагов, но так и не смог вспомнить этого человека. Сглотнув вязкую слюну, он попытался вернуть себе привычный наглый тон:

— Слышь, приятель… Я Чжан Минюань из Чжан Ши Груп. Давай без глупостей, а? Мы вообще знакомы?

— Ты помнишь девушку по имени Ван Чжицянь? — голос незнакомца прозвучал так глухо и леденяще, словно донесся из самых глубин преисподней.

Чжан Минюань наморщил лоб, пытаясь отыскать это имя среди сотен своих мимолетных любовниц и подстилок, но в голове была пустота.

— Не припоминаю, — растерянно мотнул он головой. — Нет такой.

От этих слов в глазах Ван Линьюаня вспыхнула такая всепоглощающая ярость, что воздух вокруг него, казалось, зазвенел.

— Цяньцянь! Ты видишь это?! — взревел он, обращаясь к невидимому призраку. — Вот оно, это ничтожество, возомнившее себя богом! Эти твари жрут от пуза благодаря простым людям, но мнят себя вершителями чужих судеб, играя жизнями, как игрушками! Совершив чудовищное злодеяние, этот ублюдок идет дальше, словно случайно раздавил муравья под ногами. Он даже не помнит, что натворил три года назад!

Три года назад?!

В заплывших жиром мозгах Чжан Минюаня шевельнулось смутное воспоминание.

Тогда он заскочил на какой-то банкет, устроенный одной из его тогдашних пассий для своего ребенка. Там его взгляд зацепился за потрясающе красивую, чистую девушку. Желая поразвлечься, он достал свой привычный «коктейль» — наркотическую дрянь, которую всегда носил с собой. Но в тот вечер то ли сам перебрал, то ли рука дрогнула — словом, он всыпал в ее бокал тройную дозу.

Уверенный в своей полной безнаказанности и силе семейного клана, Чжан Минюань приказал слуге подменить напиток. Спустя какое-то время девушка вышла в уборную. Он предвкушал, как пополнит свой гарем новой послушной игрушкой, но когда вошел в женский туалет, бедняжка уже лежала на холодном кафеле, хрипя и задыхаясь. Через минуту она испустила дух.

Тогда Чжан Минюань лишь брезгливо сплюнул и ушел — родители, как обычно, замяли дело и подчистили все следы. Кажется, у нее был старший брат… Так значит, этот безумец перед ним — он и есть?

— Братуха! Слышь, послушай меня! — затараторил Чжан Минюань, натянув на лицо заискивающую улыбку. — Не глупи! Стоит ли ломать себе жизнь из-за покойницы? У меня есть деньги! Куча денег! Я дам тебе столько, что до конца дней не потратишь! Забудь про сестру, на эти бабки ты сможешь купить себе сотню таких девок, они тебя папочкой звать будут!

Сам же он тем временем осторожно, сантиметр за сантиметром, пятился к изголовью кровати. Там, в потайном ящике, лежало его спасение — заряженный пистолет.

Стоило его пальцам коснуться холодной рукояти оружия, как комнату озарила ослепительная фиолетово-синяя вспышка. В воздухе мгновенно запахло паленой плотью.

— А-а-а-а-ах! — истошно взвыл Чжан Минюань. Правая рука взорвалась невыносимой, адской болью.

Он в ужасе вскинул конечность и онемел: на месте предплечья чернел обугленный обрубок. Кисть вместе с пистолетом бесследно исчезла, словно испарившись.

— Моя рука! Моя рука-а-а! — катаясь по полу и зажимая брызжущую сукровицей рану, истошно голосил мажор. Заметив, что Ван Линьюань делает к нему шаг, он торопливо заскулил, задыхаясь от слез:

— Братишка! Нет… пощади! Отец! Дедушка! Молю, не убивай!

Его голос сорвался на визг. Пытаясь нащупать хоть какую-то жалость в холодном взгляде карателя, он падал ниц, расшибая лоб о паркет:

— Пощади мою жалкую жизнь! Я заставлю предков переписать на тебя все имущество! Все до копейки!

Ван Линьюань оставался глух к его мольбам. Лицо его было подобно посмертной маске. Он медленно нависал над скулящим ублюдком.

— Когда ты подсыпал яд моей сестре… когда твоя семейка подкупала судмедэкспертов, чтобы состряпать фальшивое заключение… ты думал о том, что этот день настанет?

Чжан Минюань не отвечал, лишь продолжал неистово биться лбом о пол, зажимая искалеченную руку.

— Вспомнил о пощаде? Слишком поздно! — яростный рев Ван Линьюаня, в котором вырвалась наружу вся боль трех лет скитаний, эхом раскатился по спальне. До ублюдка оставался всего шаг.

Чжан Минюань дрожал, уткнувшись в пол, но в глубине его глаз, скрытых от палача, вспыхнуло безумное, звериное коварство.

— Сдохни, урод! — взвыл он, резко выпрямляясь. В его левой руке, откуда ни возьмись, блеснуло лезвие охотничьего ножа, направленное прямо в сердце Ван Линьюаня.

Гнев Ван Линьюаня вспыхнула с новой силой. Не дожидаясь, пока клинок коснется его одежды, он молниеносным, опережающим движением обрушил ладонь на голову мажора.

Пажик!

Череп Чжан Минюаня лопнул, точно перезрелый арбуз. Кровавое месиво вперемешку с серым веществом брызнуло во все стороны, щедро окропив лицо Ван Линьюаня.

Желудок предательски спазмировал, к горлу подступила тошнота. Как ни крути, это было его первое убийство, совершенное к тому же столь изощренным и жестоким способом. С трудом подавив рвотный позыв, он не стал задерживаться. Словно бесплотный призрак, его фигура растаяла в ночной прохладе.

Следующими в его списке были родители Чжан Минюаня.

И Доктор Цзя — тот самый продажный эксперт, выдавший фальшивое свидетельство о смерти сестры.

Возмездие свершилось быстро, эффективно и безжалостно.

В элитном охраняемом поселке спящие супруги Чжан даже не успели проснуться — чудовищный жар молнии в мгновение ока испепелил их сердца прямо в груди.

А в дежурке Биньхайского бюро судебной медицины тонкая, едва заметная электрическая игла с ювелирной точностью прошила лоб спящего Доктора Цзя, оставив на месте переносицы аккуратное сквозное обугленное отверстие. Предатель умер во сне, не издав ни единого стона.

Три загадочные и жуткие смерти, произошедшие за одну ночь, потрясли город. Жертвами стали влиятельные, высокопоставленные люди, один из которых являлся государственным служащим. Полиция Биньхая была поднята по тревоге. Под жесточайшим давлением со стороны вышестоящего руководства на поиски таинственного убийцы были брошены все силы правопорядка.

Но Ван Линьюань и не думал скрываться. Ему было попросту плевать.

Он стоял перед скромной могилой сестры. На его осунувшемся лице впервые за долгое время появилось подобие умиротворения.

— Чжицянь… Твоя смерть отомщена. Брат сделал все, что обещал.

Легкий ночной ветерок коснулся надгробия, сорвав с него одинокий белый цветок, словно усопшая посылала ему свое последнее безмолвное прощание.

И в этот же миг тишину кладбища разорвал вой сирен. Из темноты вынырнули десятки патрульных машин, заранее стянутых сюда в засаду. Ван Линьюань оказался в плотном кольце вооруженных полицейских.

— Ван Линьюань! Вы подозреваетесь в совершении трех убийств! Сопротивление бесполезно, бросьте оружие и поднимите руки! — прогремел из рупора суровый голос немолодого офицера полиции.

Ван Линьюань медленно развернулся навстречу направленным на него стволам и слепящему свету прожекторов. Лицо его оставалось абсолютно бесстрастным, лишь полы черного плаща тихо шуршали на ветру.

З-з-зт!

В его ладони без всякого предупреждения соткалась и бешено заплясала ослепительная фиолетово-синяя сфера. Воздух вокруг мгновенно раскалился, искажая пространство дрожащим маревом. Треск бушующей энергии заглушил даже завывание сирен.

— Ч-что это за чертовщина?!

— Огонь! Стреляйте же!!

В рядах полицейских вспыхнула паника. Но прежде чем прогремел первый выстрел, мириады тонких электрических змеек сорвались с пальцев Ван Линьюаня. Словно повинуясь единому разуму, они устремились прямо к оружию в руках оперативников.

Полицейские взвыли от резкой судороги, пальцы разжались, не в силах удержать раскалившийся металл. По холму прокатился звон падающего оружия и стоны боли.

— Раз уж вы сами приползли сюда, у меня нет причин оставлять вас в живых, — холодно процедил Ван Линьюань, глядя прямо на командира отряда.

Пожилой офицер даже не успел вскрикнуть. Его тело покачнулось и мешком рухнуло на сырую землю. На груди несчастного зияла сквозная обугленная рана.

— В следующей жизни постарайся быть хорошим человеком, — негромко пробормотал Ван Линьюань. — Система, запускай перемещение.

Прямо из ночного неба, пробив облака, на него обрушился столб чистейшего золотого света. В это мгновение само время словно остановилось. Замерли в нелепых позах кричащие от боли полицейские, застыли всполохи мигалок… весь мир вокруг погрузился в стазис.

[Запуск перемещения… Целевой мир определен: «Обитель зла» (Объединенная вселенная)… Обратный отсчет: 3… 2… 1…]

В голове Ван Линьюаня зазвучал бесстрастный механический голос.

Золотой луч резко сжался в точку и исчез вместе с ним, не оставив и следа.

На вершине холма остались лишь перепуганные, ошарашенные полицейские да сиротливо лежащая у надгробия папка с документами.

Молодой офицер, который когда-то допрашивал Ван Линьюаня вместе с погибшим командиром, пересилив страх, подошел к могиле и поднял папку. Бегло просмотрев бумаги, он замер. Его зрачки расширились от шока. Он медленно перевел взгляд на остывающий труп своего начальника, и жалость в его глазах мгновенно сменилась чувством глубокого, мрачного удовлетворения.

http://tl.rulate.ru/book/200000/23174201