Готовый перевод One Piece: Starting with the execution of Pirate King Roger / One Piece: Начиная с казни Короля пиратов Роджера: Глава 1

Глава 1. Адское начало

Много лет спустя, когда Ренн стоял на самой вершине Маринфорда, взирая на океан, который он собственноручно «умиротворил», он всё еще отчетливо вспоминал тот далекий полдень в Логтауне. Тот холодный лязг затвора, когда он впервые нажал на спусковой крючок. В тот день он научился убивать.

Щёлк.

Холодный и отчетливый звук досылаемого патрона внезапно прорезал тишину прямо у него над ухом. Сознание Ренна, терзаемое разрывающей голову болью, было грубо вырвано из вязкого тумана небытия.

«Голова... как же болит... До скольки я вчера работал? Кажется, всю ночь возился с этой проклятой презентацией? Помню, как пили с заказчиком, было уже часа два ночи, а потом пришлось возвращаться в офис, чтобы доделать проект...»

Он тяжело тряхнул головой, и в нос тут же ударил резкий, специфический запах морского бриза — соленый и отдающий рыбой.

— Что-то не так... — пробормотал он.

Ренн резко распахнул глаза. Но перед ним был вовсе не потолок его тесной десятиметровой комнаты, за которую он отдавал три тысячи в месяц, а ослепительно синее небо. Под ногами он чувствовал грубую поверхность каменного эшафота, а вокруг колыхалось сплошное море людей. Гул их голосов, подобно приливной волне, с силой бил по барабанным перепонкам.

Опустив взгляд, он увидел на себе мешковатую бело-голубую форму с огромной надписью «Морской Дозор» на груди. В руках он сжимал старинную длинноствольную винтовку, которая была чуть ли не выше его самого. Холод металла, передающийся ладоням, ощущался настолько реально, что кожа на голове невольно занемела.

«Это... что вообще происходит?»

Зрачки Ренна сузились. Прямо перед ним, привязанный к деревянному столбу, стоял свирепого вида здоровяк с татуировкой синей акулы на плече. Он безумно вращал глазами и что-то яростно выкрикивал.

«Кино снимают? Розыгрыш для шоу?» — нелепая мысль едва успела возникнуть, как была вдребезги разбита ледяным голосом рядом.

— Палач, время вышло. Приступай к казни!

Офицер Дозора со шрамом на лице отдал приказ тоном, лишенным каких-либо эмоций.

«Палач?»

В голове у Ренна загудело, мысли превратились в чистый белый лист. Он ведь должен быть в офисе, стучать по клавишам перед монитором! Обычный офисный планктон, который даже нормальную еду заказать боится, чтобы поскорее выплатить ипотеку!

«Какого черта?! Я переродился? Что за шутки! Я в жизни даже курицы не зарезал, а мне тут с порога предлагают пристрелить живого человека?!»

Внутри него все кричало, холодный пот мгновенно пропитал спину, а сердце колотилось так часто, будто собиралось выскочить через горло.

— Чего возишься! Выполняй приказ! — в голосе офицера промелькнуло нетерпение и брезгливость.

Ренн кожей чувствовал взгляды других дозорных. В них не было ни капли сочувствия — только презрение и отчуждение. Его мозг лихорадочно пытался обработать абсурдность происходящего, но поток информации вызвал перегрузку. Он ощущал полное бессилие, словно контроль над телом всё еще принадлежал тому человеку из тесной комнатки в двадцать первом веке.

В тот момент, когда психика Ренна была готова окончательно сломаться, в его сознание без всякого предупреждения ворвался поток чужих ледяных воспоминаний. Кадры мелькали перед глазами с бешеной скоростью: родная деревня, пожираемая пламенем; презрительные взгляды других солдат в столовой; отобранный хлеб; удушающее чувство, когда на него впервые надели холодную маску палача...

Оцепенение, боль и отчаяние короткой жизни этого тела в этот миг странным образом наложились на его собственное бессилие из прошлой жизни, где он тоже не видел будущего. Ощущение «угнетенности» мертвой хваткой вцепилось в его сердце.

Окрики офицера, рев толпы под эшафотом, проклятия преступника — все звуки слились в единый шум, окончательно сокрушив его разум. Паника, растерянность, беспомощность переплелись в пронзительный звон. Ренну казалось, что его душа вышла из тела и он, как зритель, наблюдает за нелепым фильмом.

Он видел, как тот «он» из фильма — пятнадцатилетний подросток под колоссальным давлением — подчинился мышечной памяти. Пальцы в судороге дернулись, нажимая на спуск...

БА-БАХ!

Грохот выстрела больно ударил по ушам. Тяжелая отдача толкнула Ренна в плечо так сильно, что он едва не повалился с ног. Едкий пороховой дым заставил его зайтись в приступе кашля. Ренн растерянно открыл глаза и увидел, что здоровяк у столба больше не подает признаков жизни.

Все закончилось.

Он бросил винтовку и, словно лишившись души, побрел прочь с эшафота. Окружающие дозорные расступались перед ним, как перед зачумленным. Один старый солдат даже сплюнул на землю и тихо бросил: — Тьфу, невезучий.

Только сейчас чужие воспоминания окончательно уложились в его голове. Несколько ключевых слов, всплывших в памяти, заставили его похолодеть: «Морской Дозор», «Гранд Лайн», «Логтаун». Лицо Ренна мгновенно стало мертвенно-бледным.

«Вы что, издеваетесь?! Мир Ван Пис?!» — Ренн почувствовал, что у него начинается приступ депрессии. Его забросило в мир, который только со стороны кажется веселым приключением, а на деле является местом, где правит право сильного, где царит беззаконие, а человеческая жизнь не стоит и гроша!

Никакая манга о дружбе и страсти не могла скрыть того факта, что на этом океане повсеместно грабят, убивают и жгут дома. По уровню гнета этот мир можно было смело называть «маленькой Террой».

«Другие перерождаются принцами или хотя бы имеют какую-то опору за спиной, а я — бесправный пацан-палач?!» — его внутренний вопль был громче недавнего выстрела.

Пошатываясь, он проходил мимо информационной доски на площади и краем глаза зацепил газету. Заголовки пестрели новостями: сплетни о принцессе какого-то королевства, реклама новых пушек, длинная передовица... Его взгляд, как у утопающего, ищущего соломинку, лихорадочно метался по строчкам в поисках информации, которая помогла бы ему сориентироваться.

Наконец, он замер, уставившись в правый верхний угол, где мелким шрифтом была напечатана дата: [Морская эра, 1498 год].

1498...

Зрачки Ренна сузились до предела. «1498 год... До того, как Луффи выйдет в море и начнется основной сюжет, еще больше двадцати лет?!»

Главное преимущество любого попаданца — знание канона — испарилось. Его все ненавидят, перспектив ноль, а работа такая, что можно в любой момент сойти с ума.

«Всё... это конец... мне крышка...»

Волна всепоглощающего отчаяния накрыла Ренна, в желудке всё перевернулось. Он не выдержал, бросился в пустой переулок за эшафотом, сорвал тяжелую маску и, опершись о покрытую мхом стену, его начало рвать до темноты в глазах. В отражении грязной лужи он впервые увидел свое нынешнее лицо. Юное, еще по-детски мягкое, оно должно было принадлежать жизнерадостному подростку, но сейчас было бледным, как у мертвеца, а в глазах застыли недетский ужас и смертельная усталость.

Именно в этот момент, когда его рвало желчью, а тело и дух достигли самого дна, в глубине его сознания раздался бесстрастный, ледяной механический голос:

【Обнаружено сильное психическое потрясение души носителя, первичная синхронизация завершена...】

【Зафиксировано выполнение носителем первого «Суда над грехом»...】

【Система Суда над Грешниками успешно привязана!】

Ренн, стоя на коленях, резко вскинул голову. Его глаза, налитые кровью, уставились в пустоту переулка. Отчаяние в них сменилось шоком, а затем — вспышкой безумной радости, словно он наконец ухватился за спасительную соломинку.

http://tl.rulate.ru/book/199293/22924290