Готовый перевод Film Empress’s Love Debt: Hearts Behind the Spotlight / Кинодива в долгах: расплата сердцем за славу: Глава 1

Два часа ночи.

Се Гуаньи свернулась клубком на диване в съёмной квартире, её пальцы скользили по экрану телефона. В топ-пять новостей попали две, связанные с ней:

Первая: #Гун Сяо провёл ночь с французской звездой Анной, слухи о романе вне съёмок «Дикой природы»# (Взрыв)

На фото Гун Сяо в её любимой чёрной рубашке, на террасе где-то за границей, наклонился, чтобы прикурить сигарету актрисе Анне. Серебряная зажигалка в его пальцах выглядела так же, как та, что она подарила ему на окончание съёмок «Сказания о звёздах и луне».

Следующая новость: #Срок «заморозки» Се Гуаньи истёк, но никаких движений# (Горячая)

Маркетинговое агентство услужливо снова опубликовало заявление её тогдашней компании: «Се Гуаньи временно покидает индустрию развлечений по личным причинам».

Самый популярный комментарий: «Кто-нибудь ещё помнит эту пустышку, которая взлетела на хайпе с пары?»

Под ним — сотни издевательских ответов, кто-то даже выложил тот злосчастный отрывок с «плачущей от капель» сценой, который когда-то был злонамеренно отредактирован.

Телефон внезапно завибрировал — голосовое от подруги по цеху, Су Ман, на фоне слышался звук хлопушки: «Гуаньи, я сегодня на съёмочной площадке, слышала, Сун Янь выбирает актрису на второстепенную роль в «Цинчэн», роль довольно яркая. Завтра в десять утра будет прослушивание в «Синъяо», пойдёшь?»

Сун Янь, глава кинокомпании «Синъяо», обладала острым взглядом и славилась как «золотой касающийся» в индустрии.

Се Гуаньи смотрела на сообщение три секунды, её пальцы бессознательно гладили край телефона. За эти годы она пробовалась на множество мелких ролей, даже на роли помощнее, вроде женской третьей или четвёртой, но в последний момент их всегда забирали по разным причинам. Ждать спасения от компании — всё равно что ждать смерти. Она больше не колебалась и ответила: «Пойду».

Повесив трубку, она босиком подошла к шкафу и открыла ящик в самом низу. Там аккуратно лежало несколько сценариев, самый верхний — «Сказание о звёздах и луне», снятое в двадцать лет, ещё в университете. Она нежно провела пальцами по загнутым уголкам страниц, и в сердце упал вздох: «Надеюсь, на этот раз всё пройдёт гладко».

**

На следующий день, на прослушивании в «Синъяо».

Се Гуаньи была одета в простую белую футболку и джинсы, волосы собраны в чистый хвост. В зоне ожидания сидело множество молодых девушек, несколько узнали её и перешёптывались, показывая пальцами.

— Это Се Гуаньи?

— Та самая, которая несколько лет назад… потом её «разоблачили», что она использовала капли для слёз?

— Говорят, она и Гун Сяо…

— Да ладно, Гун Сяо после «Сказания о звёздах и луне» уехал за границу, скорее всего, она сама всё придумала для пиара.

Шепот, похожий на иголки, колол уши. Се Гуаньи выпрямила спину, говоря себе, что не стоит обращать внимания.

— Следующая, номер 75.

Войдя в кабинет для прослушивания, Се Гуаньи почувствовала, как ладони покрылись тонким слоем пота. Посередине ряда судей сидела женщина с волосами средней длины в красном пиджаке. Её пальцы, накрашенные лаком в тон, небрежно перелистывали резюме — это была сама Сун Янь, глава «Синъяо». Рядом сидели главный продюсер и кастинг-директор.

— Сыграй сцену, где ты впадаешь в отчаяние, обнаружив, что тебя использовала вторая героиня, — помощник режиссёра протянул ей сценарий.

Се Гуаньи глубоко вздохнула.

Неизвестно, какие воспоминания она использовала в качестве эмоционального триггера, но слёзы мгновенно потекли из её глаз. Притворяясь беспомощной, она ходила по импровизированной сцене, руки слегка дрожали, время от времени она в отчаянии касалась лба рукой. Никакого громкого рыдания, только подавленный до предела трепет, слёзы капали из слегка покрасневших глаз, но она крепко кусала губы, не издавая ни звука. Одиночество от предательства самого доверенного человека, которое приходилось сдерживать даже в слезах, она передала блестяще.

В зале повисла абсолютная тишина.

— Снято! — помощник режиссёра уже собирался что-то сказать, но Сун Янь, не отрывая взгляда от Се Гуаньи, вдруг подняла руку: — Сыграй ещё раз. Монолог Шэнь Цин, когда она решает уйти от главного героя и начать новую жизнь.

Это была роль главной героини. Сердце Се Гуаньи ёкнуло, она быстро перестроила своё состояние. Она вспомнила каждую бессонную ночь последних лет, вспомнила, как постепенно собирала своё разбитое сердце по кусочкам.

Она слегка приподняла голову, пристально глядя на несуществующего перед ней «главного героя» и произнесла голосом, лёгким, словно шёпот самой себе: «На самом деле, за столько лет мы оба превратились в совершенно новых людей. Я больше не та, кого ты знал, и ты больше не тот, кого я помню. Поэтому давайте не будем застревать в прошлом, это лишь причинит нам больше боли. Я отпустила себя, и ты тоже отпусти меня».

Слеза, словно по расписанию, скатилась по её щеке — такая глубокомысленная и решительная. Когда она произнесла последнюю фразу, уголки её губ даже тронула лёгкая, освобождённая улыбка, словно она действительно вышла из тени.

Сун Янь прищурилась, снова и снова просматривая информацию о Се Гуаньи, затем сфотографировала резюме на телефон и отправила его через WeChat одному из контактов.

Ответ пришёл: «У госпожи Сун изменились вкусы?»

Сун Янь изогнула губы, зная, что дело пойдёт: «Я, скорее, угождаю тебе».

**

Через три дня Се Гуаньи получила звонок лично от Сун Янь. Она присела на балконе, поливая почти мёртвую зелёную траву, и чуть не опрокинула горшок, услышав звонок.

— Роль второго плана отдали другим, — когда собеседница сообщила этот результат, Се Гуаньи была к нему готова, но интуитивно чувствовала, что второстепенная роль не требует личного звонка от начальницы, и та явно не всё сказала. Действительно, Сун Янь продолжила: — Ты знаешь, почему я тебя позвала?

— Пожалуйста, госпожа Сун, — вежливо и смиренно спросила Се Гуаньи.

— Роль второго плана отдана, но главная героиня «Цинчэн» ещё не определена, — голос Сун Янь, проходя через динамик телефона, звучал соблазнительно, — Хочешь попробовать?

Се Гуаньи слегка замерла. «Цинчэн» — это S+-проект «Синъяо» на следующий год, по слухам, инвестиции превысили триста миллионов. Она прекрасно понимала, что её выступление в тот день было неплохим, но вряд ли этого достаточно, чтобы Сун Янь предложила ей главную роль. «Я… могу?»

— Конечно, можешь попробовать, — сказала Сун Янь, — Но сможешь ли ты — решаю не я. Если ты действительно хочешь эту роль, тебе нужно поговорить с Ци Цзинчуном.

— Ци Цзинчун? — Се Гуаньи нахмурилась. — Разве он не главный герой «Цинчэн»?

Даже если у актёра множество наград, неужели мнение главного героя теперь имеет такой вес?

Сун Янь рассмеялась: — Кто тебе сказал, что он просто актёр?

Се Гуаньи замерла.

— Ему принадлежит 45% акций «Синъяо», — понизила голос Сун Янь. — В этом проекте он решает всё. Он не только главный герой, но и второй по величине акционер «Синъяо».

Зрачки Се Гуаньи сузились. Ци Цзинчун, тот самый, что рано прославился, стал кумиром всей страны, с более чем сорока миллионами поклонников, «старший товарищ», — оказался ещё и инвестором? Она никогда раньше об этом не слышала. «Почему… вы мне помогаете?»

Сун Янь, словно услышав забавный вопрос, серьёзно задумалась: «Потому что, когда ты плачешь… это очень красиво».

**

Через несколько дней, в «Синъяо».

Двери лифта открылись, и секретарь Ци Цзинчуна, Ми Шу, уже ждала: «Мисс Се, господин Ци ждёт вас в офисе». За матовым стеклом двери в конце коридора виднелся стройный силуэт.

Толкнув дверь, Се Гуаньи увидела Ци Цзинчуна, стоящего спиной к ней у панорамного окна. Манжеты его белой рубашки были закаты до локтей, обнажая чётко очерченные предплечья, на указательном пальце левой руки было надето простое серебряное кольцо. Свет за окном очерчивал его прямую фигуру, отстранённую и холодную.

— Садитесь, — не оборачиваясь, сказал он.

Се Гуаньи осмотрелась. На маленьком столике рядом с диваном лежал сценарий «Цинчэн», на обложке тремя иероглифами, написанными шариковой ручкой, было выведено «Ци Цзинчун», почерк — острый, как нож. Она помедлила, затем выбрала одноместный диван, находящийся чуть ближе к нему.

Ещё через какое-то время Ци Цзинчун наконец обернулся. Его взгляд за золотыми очками спокойно изучал её: «Сун Янь сказала, что ты хочешь сыграть в «Цинчэн»?»

— Да.

— Причины.

Се Гуаньи подняла глаза: «Мне нужна эта роль».

Губы Ци Цзинчуна тронула лёгкая улыбка: «В индустрии много людей, которым нужны роли».

«Но не так много, кто сможет хорошо сыграть Шэнь Цин», — она смело посмотрела ему в глаза, — «Этой роли нужна надломленность, а мои переживания за последние годы… господин Ци, возможно, слышал, достаточно надломлены».

Воздух на мгновение застыл.

Ци Цзинчун внезапно задал ей вопрос о той самой сцене с «плачущей от капель», которая когда-то вызвала всеобщий смех.

Се Гуаньи впилась ногтями в ладони. Это было единственное воспоминание, которое она не хотела вспоминать.

— Я видела твою пробы на роль в «Цинчэн», так значит, тогда ты действительно плакала, почему же сказала, что использовала капли?

У неё пересохло в горле, и в конце концов она решила признаться: «Я действительно плакала, но не хотела, чтобы кто-то знал, поэтому солгала».

— Почему ты плакала?

— Потому что… — она всё ещё не могла говорить. Неужели ей придётся сказать, что она узнала от других, что Гун Сяо решил развивать карьеру за границей, а она, как объект его симпатии, ничего не знала?

Неожиданно Ци Цзинчун дал ей правильный ответ: «Из-за Гун Сяо, верно?» Он подошёл к ней и посмотрел сверху вниз: «Главная героиня «Цинчэн», Шэнь Цин, возрождается после предательства возлюбленного. Се Гуаньи, ты можешь отличить роль от реальности?»

Се Гуаньи взглянула в его глубокие глаза, в которых, казалось, скрывался бездонный водоворот: «Господин Ци, я читала ваше интервью в журнале, где вы сказали: «Хорошие актёры знают, как использовать реальность для обогащения роли».

Ци Цзинчун долго смотрел на неё, и после моментального молчания Се Гуаньи уже почти подумала, что ничего не получится. Неожиданно Ци Цзинчун преподнёс ей неожиданный сюрприз: «Подписываем контракт послезавтра. Главная героиня — твоя».

http://tl.rulate.ru/book/198721/22763907