Готовый перевод Nanny at 42: Exposing the Rich and Forbidden Romance / Няня в особняке: тайны богачей и запретная любовь: Глава 13

Первая глава: Держать в неведении

На следующий день я, как обычно, отправилась на работу к Учителю Чжану.

Как только открылась дверь, Учитель Чжан, расплывшись в улыбке, радушно поприветствовал меня:

— Сестра Лю, пришли!

Ребёнок Сяо Лэй, словно весёлая пташка, выскочил из-за спины отца, обхватил мою ногу и, задрав мордашку, ласково потряс мою руку:

— Тётя! Я сегодня нарисовал большого динозавра!

Глядя на их безоблачные лица, я почувствовала ком в горле. Слова, уже готовые сорваться с языка, пришлось проглотить, заменив их натянутой улыбкой.

Но стоило мне увидеть беззаботную улыбку Учителя Чжана, как в памяти снова и снова, словно немое кино, всплывала та сцена с Бай Лянь и Ли Пэном в доме.

Этот Учитель Чжан и правда до смешного наивен. Учёный до мозга костей, даже не знает, что за человек его жена. Эх…

В перерыве между работой я сидела на табуретке и смотрела в окно, как вдруг в кармане фартука завибрировал телефон — я аж подскочила.

Это было сообщение от учительницы Сяо Янь. Слова кололи, словно иголки:

— Ты напомнила Учителю Чжану?

Я уставилась на экран, большой палец застыл над холодным стеклом, кончики пальцев слегка похолодели. Поколебавшись долгое время, я медленно набрала строку:

— Ещё не нашла подходящего момента.

Отправив сообщение, я бросила телефон обратно в карман. В душе, словно водяное пятно, расползалось сомнение: интересная эта учительница Сяо Янь. Я всего лишь нанятая в дом Чжанов уборщица, а не мать Учителя Чжана и не свекровь Бай Лянь. С какой стати именно я должна раскрывать их грязные делишки?

Чего она так рвётся? Что ей нужно?

Я тряхнула головой, встала и направилась на кухню.

На холодильнике висела аккуратная записка от Учителя Чжана: сегодня на ужин лепёшки, ростки фасоли и тушёная свинина в лепёшке.

Я глубоко вздохнула, затянула потуже фартук и решила сначала занять руки делом.

Я зачерпнула муку из мешка и высыпала в широкую миску из нержавейки.

Вскипятила воду, кипятком залила муку и быстро размешала палочками. Ошпаренная мука издала особенный аромат.

Затем долила немного холодной воды, сначала палочками перемешала мучные хлопья, а когда остыло, замесила гладкое тесто.

Накрыла влажной тряпкой и оставила отдыхать в стороне.

Пока тесто доходило, я занялась свининой.

Достала из холодильника грудинку, положила на разделочную доску и нарезала плотными кубиками.

С грохотом ссыпала куски в таз с холодной водой — кровь начала понемногу выходить.

Зажгла газ, поставила кастрюлю с водой, когда закипело, добавила луковый стебель, ломтик имбиря, рисовое вино, высыпала мясо, сняла пену, вынула и промыла тёплой водой.

Кастрюлю вымыла, снова поставила на огонь, налила растительное масло, бросила горсть леденцов и медленно уварила их на слабом огне. Как только сироп начал пузыриться, я сразу выключила огонь — если передержать, подгорит и будет горчить.

Потом высыпала обсушенные куски мяса и обжарила, чтобы они подрумянились.

Раздалось шипение, в воздух взметнулся жар, смешанный с ароматами сахара и мяса.

Затем добавила лук с имбирём, бадьян, соль, влила кипяток, чтобы покрыл мясо, накрыла крышкой, дала покипеть на сильном огне десять минут, а потом оставила томиться на маленьком огне на 40 минут.

За эти сорок с лишним минут я успела смешать салат из шпината и зелёных ростков фасоли, а также сварить суп из помидоров с картофелем.

Тесто как раз подошло.

Я посыпала доску мукой, разделила гладкое тесто на жгуты, нарезала на кусочки и раскатала в круглые лепёшки. Разогрела сковороду, выложила лепёшки — скоро они покрылись золотистыми пятнышками, распространяя аппетитный аромат.

Когда лепёшки были готовы, тушёная свинина тоже дошла до идеала — густой соус, румяные куски, мягкие и манящие.

Тут за дверью послышался звон ключей — Учитель Чжан привёл Сяо Лэя.

Сяо Лэй скинул туфли и радостно вбежал на кухню, шумно втягивая носом воздух:

— Тётя! Я ещё в коридоре учуял запах мяса! Ужас как хочется! Я съем два больших блина с мясом!

Я посмотрела в его глаза — такие же красивые, как у Бай Лянь — и на душе снова стало тревожно…

Я улыбнулась и вытерла руки о фартук:

— Хорошо, хорошо! Сколько хочешь, столько и ешь!

Мы только сели ужинать, как у Учителя Чжана зазвонил телефон.

Он бросил взгляд на экран, и лицо его едва заметно изменилось — звонила бабушка ребёнка.

Он ответил:

— Алло, мам… — и, словно машинально, встал и быстро прошёл в спальню, тихо прикрыв за собой дверь.

Мы с Сяо Лэем поели вдвоём.

Уложив Сяо Лэя на дневной сон и убрав посуду, я заметила, что Учитель Чжан так и не вышел поесть.

Днём, когда я провожала ребёнка в школу, я заметила, что Учитель Чжан не пошёл на работу, как обычно.

Он сидел, погрузившись в кресло в гостиной, в пепельнице перед ним уже лежало несколько окурков, вся комната была в дыму.

Он затягивался сигаретой раз за разом, брови его были нахмурены.

Вдруг он поднял голову и посмотрел на меня покрасневшими глазами.

Голос Учителя Чжана был слегка хриплым:

— Сестра Лю, пока не убирайтесь, присядьте, я хочу кое-что обсудить с вами.

У меня ёкнуло сердце, рука, сжимавшая тряпку, напряглась.

Неужели ему не нравится, как я работаю?

Или… он хочет меня уволить?

Волнуясь, я присела на краешек дивана напротив него, слегка подавшись вперёд.

Учитель Чжан тяжело вздохнул, провёл рукой по лицу и только потом заговорил:

— Бай Лянь прислала мне имейл.

Он запнулся, словно подбирая слова:

— Она говорит… нашла для ребёнка хорошую школу за границей, хочет оформить постоянное место жительства, сначала записать на имя своей подруги. Она поедет туда с ребёнком, сказала, через год-два что-нибудь придумает, чтобы и меня перевезти.

Он поднял глаза, полные редкого для него замешательства и уязвимости:

— Она говорит, что на оформление документов для ребёнка потратит свои деньги, но чтобы мне выехать, нужно много денег на расходы. Она просит сначала продать квартиру и перевести ей деньги, а потом она будет потихоньку «решать вопросы». Сестра Лю…

Его голос стал тише:

— У меня в голове полный хаос, я не знаю, что делать. Вы в моём доме столько времени пробыли, многое видели, вы старше меня, жизненного опыта больше. Подскажите, как мне поступить?

Я, услышав это, чуть не ахнула. Боже, да это же дело огромной важности!

Как я могу дать вам такой совет?

Я чуть было не выпалила ему правду, но, глядя на его удручённый и в то же время полный надежды вид, снова проглотила слова.

В такие дела лучше не вмешиваться — можно только нажить себе проблем.

А вдруг… вдруг Бай Лянь всё ещё любит господина Чжана и ребёнка, а с Ли Пэном у неё просто игра, ради денег и выезда за границу?

Вдруг она одумается?

Не натворю ли я тогда беды?

Откуда мне знать, что у них будет дальше?

Я выдавила неловкую улыбку, бессознательно теребя край фартука:

— Учитель Чжан, то, что Бай Лянь забирает ребёнка за границу, — для его же блага, как мать, это бесспорно.

Сейчас главное — сможете ли вы расстаться с ребёнком?

А что касается продажи дома и вашего отъезда… вам действительно нужно всё хорошо взвесить.

Какую работу вы сможете делать за границей?

Продадите квартиру, отдадите все деньги Бай Лянь. Вы хоть и муж и жена, но насколько это доверие… надёжно?

Всё это нужно обдумать самому, я… я правда не смею советовать наобум.

Учитель Чжан долго молчал, потом медленно поднялся, подошёл к кулеру и налил стакан воды. Звук льющейся воды в тихой гостиной был особенно отчётлив.

Он спросил, не поворачиваясь:

— Сестра Лю, будете?

— Нет, спасибо. — Я быстро встала, взяла стоящий рядом веник и сделала вид, что подметаю.

Учитель Чжан сжимал стакан с водой, не пил, и, глядя в окно, пробормотал:

— Ты права… Мне нужно хорошенько подумать, хорошенько подумать.

Его спина в лучах послеполуденного света казалась особенно одинокой.

Я взяла веник и стала размеренно мести давно чистый пол, но на душе было неспокойно.

Вторая глава: Ребёнок уезжает за границу

Прошло ещё три месяца, и Учитель Чжан всё-таки отправил ребёнка за границу.

Но квартиру он не продал и сам не поехал.

Он сказал мне:

— Подожду год-другой. Пока буду высылать ребёнку немного на жизнь. Посмотрю, что будет, когда Бай Лянь и ребёнок там устроятся.

В тот день он, нервно потирая руки, неловко сказал мне:

— Сестра Лю, ребёнок уехал. Я хочу отправлять ему побольше денег. В доме теперь остался только я, мужчина, как-нибудь перебьюсь. С завтрашнего дня можете больше не приходить. Вы этот месяц ещё не доработали, а я заплачу вам за полный месяц.

С этими словами он достал конверт и протянул мне.

— Извините, сестра Лю! Если моим коллегам понадобится домработница, я могу вас порекомендовать… ха…! — Учитель Чжан выглядел очень учтивым.

Я взяла конверт, ещё хранящий тепло его рук, и посмотрела на Учителя Чжана, стоявшего посреди пустой гостиной: небритый, с запавшими глазами, источающий гнетущую апатию, всё было и так понятно без слов.

Прощаясь, я остановилась у двери, обернулась и, проникновенно глядя на него, сказала:

— Учитель Чжан, в конечном счёте, все мы в жизни друг друга — лишь попутчики. Вы… берегите себя. Если понадобится помощь — зовите.

Учитель Чжан кивнул, губы его шевельнулись, но он так ничего и не сказал, только махнул рукой.

Я повернулась и спустилась по лестнице. На душе было тяжело, словно там застрял мокрый ком ваты.

Третья глава: Возвращение в агентство

Времени было ещё много, и я, сев на электроскутер, сама не зная зачем, снова направилась в агентство по трудоустройству.

Как только я открыла дверь, то сразу увидела знакомый силуэт Сестры Чжан, сидевшей на потёртой длинной скамье и смотревшей в телефон.

Она подняла голову, увидела меня и широко улыбнулась:

— Ого, опять встречаемся, сестрёнка! Ты тоже пришла?

Я выдавила улыбку и сунула ключи от скутера в карман:

— Эх, осталась без работы вот и пришла к Да Мэйли попытать счастья — нет ли подходящего местечка.

Сестра Чжан кивнула в сторону внутренней комнаты и понизила голос:

— Вон, Да Мэйли сейчас занята — разговаривает по телефону с работодателем! Подождём немного.

Я присела рядом с Сестрой Чжан, слушая её болтовню о странных случаях у разных хозяев.

Вдруг я вспомнила о Лю Фан, той самой сестре, с которой мы когда-то вместе ждали работы.

Я тронула Сестру Чжан за локоть:

— Сестра Чжан, давно не было видно Лю Фан. Как она?

Сестра Чжан услышала это, лицо её помрачнело, и она тяжело вздохнула:

— Эх, и не говори! После того случая Лю Фан как сквозь землю провалилась, больше не появлялась. Сестра Ли сказала, что звонила ей несколько раз — ни один звонок так и не прошёл.

У меня упало сердце:

— Никаких вестей? Сестра Ли больше ничего не говорила?

Сестра Чжан скривила губы с оттенком безнадёжной насмешки:

— Что она могла сказать? Только: «Эта девчонка, неужели её тот старик до смерти замучил?» Ха-ха-ха… — Она сухо рассмеялась, поняв, что шутка неудачная, и замолчала.

— Даже не подозревала, сестра Чжан, что вы такая сплетница! — Я толкнула её в бок.

Вдруг Сестра Чжан посмотрела на меня:

— Сяо Лю, у меня такое странное беспокойство. Что же всё-таки случилось с Лю Фан в последнее время?

— Пошли, — сказала я, взяв её за руку, — не будем гадать здесь попусту, сходим к старику.

— Ладно, сейчас Да Мэйли болтает с работодателем, ей не до нас, сестричек. Сгоняем туда-сюда, потом вернёмся.

Сказано — сделано. Я посадила Сестру Чжан на свой скутер, и мы поехали в тот микрорайон, где жил старик.

— Лю Фан говорила, что она в 2-м корпусе, 3-м подъезде, 1-й этаж, квартира на восток. Поехали. — Ориентируясь по словам Сестры Чжан, мы подошли к дому.

Мы долго стучали в дверь, но внутри было мёртво тихо.

Сестра Чжан даже подошла к решётке на окне первого этажа и заглянула внутрь через стекло, но шторы были задёрнуты.

— Вот старый чёрт, живёт на первом этаже, а шторы задёрнул — ничего не видно! — пробормотала она, спрыгивая вниз.

Тут мимо проходила соседка с хозяйственной сумкой и с любопытством оглядела нас:

— Вы квартиру покупаете?

— Сестра, мы ищем человека, — быстро ответила я.

— Эту семью? Старик два месяца назад уже умер! Вы что, не видите, на окне объявление «Продаётся»?

О, я только сейчас заметил скотчем приклеенный листок на окне: «Эта квартира продаётся».

— Сестра, мы не знаем этих людей. Мы ищем ихнюю домработницу, женщину лет сорока с лишним, довольно красивую! — описала её рост и внешность Сестра Чжан.

Пожилая женщина нахмурилась, вспоминая:

— Его домработницу… хм… раньше мы вместе ходили за продуктами. Кажется, с тех пор как старика увезли в больницу, её больше не видели.

Мы с Сестрой Чжан застыли на месте, на душе похолодело.

Мы вернулись в агентство приунывшие. Да Мэйли как раз закончила разговор.

Я тут же подошла:

— Да Мэйли, я снова осталась без работы. Если будет что-то подходящее, присмотри, ладно?

— Не переживай, считай, что дело в шляпе! — бодро хлопнула себя по груди Да Мэйли.

Я села на скутер и поехала домой. Только остановилась, как зазвонил телефон. Смотрю — Да Мэйли.

У меня на душе потеплело. Ой, работа, похоже, пришла.

http://tl.rulate.ru/book/198535/22723929