Готовый перевод From Battlefield to Business Empire: Veteran’s Rise / Отставной солдат строит бизнес-империю с нуля: Глава 1

Прошло более трех месяцев, время близилось к полудню.

Камера медленно приближалась, и перед глазами предстал шумный город — это был Сячэн. Солнечный свет, подобно золотистой вуали, мягко окутывал город, придавая ему теплую и нежную окраску.

Под лучами ласкового солнца современные городские пейзажи демонстрировали свое неповторимое очарование. Возносящиеся до небес здания больше не казались холодными и безжизненными. Они стояли, словно великаны, на земле, а стеклянные фасады отражали ослепительные блики, перекликаясь с голубым небом и белыми облаками.

Широкие, прямые улицы напоминали главные артерии, надежно соединяющие весь город. Потоки машин, словно текущая кровь, вливали в город неугасающую энергию. По обеим сторонам улиц росли тенистые деревья, цвели пышные клумбы, даря спешащим пешеходам и проносящимся автомобилям глоток свежести и умиротворения.

По улицам и переулкам с веселым шумом сновали люди: кто-то торопился на работу или встречу, а кто-то неспешно наслаждался прекрасным мгновением.

Над входами в магазины пестрели яркие вывески, привлекая взгляды прохожих. Торговцы радушно зазывали покупателей, то и дело раздавался веселый смех. Самая оживленная улица в центре города, проспект Цзефан, утопала в зелени и могучих деревьях, на которых висели разноцветные гирлянды. Торговые центры и магазины по обеим сторонам улицы, украшенные в честь праздника, возвещали о приближении Китайского Нового года.

В районе, окруженном высотными зданиями, почти сплошь располагались низкие жилые дома. Асфальтовая дорога казалась водоразделом между процветанием и упадком, ведь за ней находился последний «город в городе» в черте Сячэна. Среди спутанных проводов и извилистых, полных сточных вод переулков, мужчина в простой одежде, крепкого телосложения, сжимая в руке клочок бумаги, с трудом искал размытые или вовсе невидимые дорожные знаки.

Старина Ху, сверяясь с адресом на листке, расспрашивал дорогу и, изрядно вымотавшись, наконец добрался сюда.

Пройдя через узкий переулок, по которому текли бытовые сточные воды, он увидел полуприкрытую деревянную дверь. Радостно подойдя, он толкнул ее со скрипом. Первое, что бросилось в глаза, — это комната с закрытыми окнами, освещенная тусклым светом. Непричесанный, неопрятный мужчина, отвернувшись спиной, свернулся на какой-то доске, похожей на кровать, и крепко спал, как гигантский креветка.

Оттуда донесся резкий запах алкоголя. Старина Ху пригляделся: черт возьми, комната была завалена, будто лавка старьевщика. Пустые бутылки из-под «Красной звезды Эргоутоу» валялись тут и там, а на столе, которому не хватало одной ножки, лежала какая-то уже испорченная тушеная закуска.

Мышь мелькнула вдоль стены, опрокинув пустую бутылку с грохотом.

Неопрятный мужчина лишь шевельнулся и продолжил спать.

Старина Ху, глядя на эту картину, почувствовал острое негодование. Переведя взгляд на спящего, он почувствовал, как в груди разгорается гнев от разочарования.

«Проклятый, наконец-то нашел тебя!»

— Фан Янь! — прорычал он.

Неопрятный мужчина повернулся, сонно приоткрыл глаза и взглянул. В полумраке он разглядел знакомое лицо, похожее на китайский иероглиф, и крепкое тело. Но в пьяной голове никак не мог вспомнить, кто это. Затем он снова повернулся и захрапел.

Старина Ху подошел, отложил сумку, повернул его тело, ухватил неопрятного мужчину за воротник и резко поднял.

— А ну, встань, черт тебя дери!

Старина Ху отпустил его. Неопрятный мужчина покачнулся, приоткрыл глаза, снова взглянул и упал, свернувшись клубочком, чтобы спать.

Тяжело вздохнув, Старина Ху оттащил стул, сел, достал сигарету, закурил и указал пальцем на спину неопрятного мужчины.

— Подразделение Куньпэн? Отряд Золотых Крыльев? Да ты просто ничтожество! Через какие только невзгоды ты не проходил? Почему не можешь справиться с этим?

Обернувшись к двери, он увидел несколько ярко одетых детей, держащих в руках фейерверки, и они, словно стайка радостных птиц, весело пронеслись мимо. Новогоднее настроение продлится до пятнадцатого числа первого лунного месяца, но атмосфера снаружи и внутри дома была просто небом и землей!

— Фан Янь, это прошло, все прошло. Мертвых не вернуть. Неужели ты думаешь, она хотела бы видеть тебя в таком виде?! — смягчив тон, Старина Ху увещевал с горьким наставлением: — Ее больше нет, но твоя жизнь должна продолжаться! Ты скатился до такого, чего хочешь добиться? Говорят, женщин полно, разве нет…

В тот момент, когда он произнес последнее слово, казалось, все пространство замерло. Затем мужчина, который до этого всегда сидел спиной, выглядел неопрятным, словно под действием невидимой силы, резко повернулся.

Его глаза, полные красных прожилок, уставились на человека перед ним. Взгляд выражал невообразимую остроту и свирепость. Вспышка пронзительного взгляда была словно два молнии, метящие прямо в Старину Ху, будто стремясь пронзить его насквозь.

Перед таким пронзительным взглядом Старина Ху почувствовал, как его сердце будто сжалось ледяной рукой, и он без всякой причины ощутил глубокий страх. Этот страх исходил не от того, что противник мог предпринять какие-либо действия, а от могучего давления и безграничной жажды убийства, заключенных в этом взгляде.

Этот проникающий взгляд длился лишь мгновение, и неопрятный мужчина снова отвернулся.

Беспомощно покачав головой, Старина Ху выкурил половину сигареты, взял сумку, достал из нее немного пожелтевший, мятый конверт.

— При таком твоем состоянии я очень беспокоюсь за моего крестника, — вздохнул Старина Ху.

Неопрятный мужчина никак не отреагировал. Внезапно он резко открыл глаза, медленно повернулся, опёрся одной рукой на доску кровати: — Ты… что ты только что сказал?

Старина Ху протянул ему конверт: — Письмо получил несколько дней назад, она мне его отправила. Письмо прошло через несколько мест и пришло на мое новое место работы. Но содержимое письма предназначалось тебе, смотри сам.

Неопрятный мужчина взял конверт, вынул письмо, медленно развернул. Знакомый почерк, знакомая логика изложения — это было от Сян Юйсюань.

«Фан Янь, я скрывала от тебя, что беременна твоим ребенком. К моменту твоего призыва в армию было уже три месяца. Что бы ни случилось, я рожу его и буду ждать тебя с нашим сыном. Если ты погибнешь, я воспитаю его и отправлю в армию!»

Дата стояла — три месяца после призыва Фан Яня. В письме было всего две такие фразы.

Это было письмо, отправленное в часть, но Фан Янь уже закончил новобранскую подготовку и был отобран в учебный лагерь Куньпэн для закрытой подготовки. Письмо вернулось. Сян Юйсюань отправила его снова, Фан Яню, его лучшему другу — Старине Ху. Но тогда Старина Ху как раз сменил работу, письмо затерялось, а затем было забыто. И вот, спустя пять лет, оно наконец попало к Старине Ху.

Фан Янь смотрел на письмо, потеряв дар речи, рот его приоткрылся.

Старина Ху произнес низким голосом: — Я узнавал, Сян Юйсюань умерла на операционном столе из-за осложнений при родах. Она пожертвовала собой, чтобы спасти твое дитя.

Фан Янь смотрел пустым взглядом.

— Она была хорошей женщиной, но ее больше нет. Ты должен встретиться с реальностью, взять себя в руки. Ради сына, ты должен взять себя в руки. Ты слышишь меня?! — тяжело сказал Старина Ху.

Глаза Фан Яня наконец шевельнулись, он пробормотал: — Жена, у нас есть сын…

Старина Ху внезапно встал и дал Фан Яню пощечину!

— Опомнись, черт тебя дери! Сян Юйсюань мертва! Она мертва!

Он схватил Фан Яня, который от удара был в полуобмороке, за плечи и сильно встряхнул: — Ты пребывал в унынии три полных месяца! Довольно! Этого достаточно! Возьми себя в руки! Забери ребенка! Воспитайте его! Только так ты сможешь быть достойным покойной Сян Юйсюань!

Фан Янь медленно поднял голову, глядя на Старину Ху с вздувшимися венами на лице. Мутный взгляд постепенно становился ярче, а на лице, лишенном эмоций, начали происходить перемены.

— У меня правда есть сын?

Увидев, что Фан Янь наконец пришел в себя, Старина Ху отпустил его и тихо сказал: — После смерти Сян Юйсюань ребенка забрала ее сестра, и теперь он живет с ее сестрой. Я через друга из милиции нашел адрес, он находится в Дунчэнши.

Из-за особенностей его службы, Фан Янь был демобилизован на два месяца раньше обычного, поэтому вернулся домой вскоре после Национального дня. Когда он с радостью отправился искать Сян Юйсюань, его встретила лишь холодная плита на могиле.

Она умерла.

Чтобы спасти ребенка, она выбрала смерть.

Фан Янь спрятался в съемной квартире в Сячэне, каждый день заглушая боль алкоголем, пытаясь притупить невыносимую душевную боль. Жизнь потеряла смысл, он не мог принять эту кровавую реальность. Бывший командир Отряда Золотых Крыльев Подразделения Куньпэн скатился до такого состояния.

Как же он хотел бы, чтобы время повернулось вспять пять лет назад. Тогда бы он выбрал с любимой женщиной скитаться по миру, герою войны он не хотел быть.

«Я просто хотел жить с любимым человеком».

Семья была против его брака с обычной женщиной, которая была на десять лет старше его. Он без колебаний порвал отношения с семьей, но под давлением деда был вынужден пойти в армию.

Наконец он дождался возвращения, но столкнулся с ужасной новостью о внезапной смерти Сян Юйсюань…

В этот момент неожиданная новость, принесенная Стариной Ху, вновь зажгла в Фан Яне страсть к жизни. Когда он постепенно убедился в этом, он почувствовал, что обретает сильную, несгибаемую силу, чтобы жить дальше.

Он заберет ребенка и воспитает его!

Фан Янь посмотрел на Старину Ху и пробормотал, его голос изменился от сомнения к уверенности: — У меня есть сын? У меня есть сын!

Он резко встал и бросился к двери, намереваясь выйти.

Старина Ху схватил его: — Куда ты?!

Фан Янь твердо сказал: — Я заберу своего сына.

Старина Ху указал на него: — Ты собираешься идти в таком виде?

Сказав это, он взял сумку, бросил взгляд на комнату, где ничего не было. Старина Ху сказал: — Сначала приведи себя в порядок, хорошенько обновись, а потом иди к моему крестнику. Пойдем, чего стоишь!

— О, хорошо.

Фан Янь радостно последовал за Стариной Ху из дома, в голове его были только мысли о сыне. Он все время размышлял, на кого похож его сын, какого он роста. Вот ведь, ему уже больше четырех лет! Учитывая его и Сян Юйсюань отличные гены, он определенно будет супер-милым, невероятно красивым маленьким очаровашкой, без сомнения!

Тень мрака рассеялась, он поднял голову и впервые почувствовал, что солнечный свет теплый…

http://tl.rulate.ru/book/198087/22678213