Готовый перевод Cousin became an official and kicked us out? Well, then I ll start a rebellion! / Кузен стал чиновником и выставил нас на улицу? Ну, тогда я подниму восстание!: Глава 28. Снова уличные задиры

Уложив лесные дары, все трое с комфортом устроились в повозке, привалившись к стенкам.

— Ох, пресвятые угодники, до чего же сиденья мягкие, до чего удобные... — выдохнула одна из женщин.

— В городе-то только и видишь, как господа да знатные дамы в таких разъезжают, а теперь и нам довелось жизнь сладкую вкусить.

Мать Шуня, выданная в Ницзао из соседней деревни, отодвинула занавеску и с улыбкой крикнула идущей по обочине родственнице:

— Кума, мать Э-лайцзы! Мы сегодня с тобой не пойдем, не обессудь. Как распродам лесные дары, дел будет невпроворот — столько всего купить надо!

В ее родном доме намечалось радостное событие, и нужно было подготовиться.

Мать Э-лайцзы недовольно поджала губы. Она приподнялась на цыпочки, вытягивая шею, чтобы заглянуть внутрь экипажа, и с сомнением спросила:

— Шоу-цзы, там же вроде еще есть места? Пусти и меня присесть.

С этими словами она уже вознамерилась было сама вскарабкаться на подножку.

— Тетушка, правда, мест больше нет. Дедушка с бабушкой тоже едут, как раз всё занято будет, — ответил Чжан Шоу.

Э-лайцзы когда-то считался приятелем прежнего владельца этого тела. По логике вещей, Чжан Шоу следовало бы пригласить его мать, но этот бездельник Э-лайцзы ему совершенно не нравился. К тому же в повозке и впрямь было не развернуться.

— Да неужто... — Мать Э-лайцзы посмотрела на него с явным подозрением. Неужто этот малый нарочно ее не пускает?

По выражению ее лица Чжан Шоу легко догадался, о чем она думает, но пускаться в объяснения не стал. Он лениво продолжал кормить лошадь пучками травы.

В этот момент торопливо подошли дедушка и бабушка. Старики несли на коромыслах тяжелые плетеные корзины, доверху наполненные сушеными лесными дарами и свежими яйцами. Ноша выглядела весьма увесистой.

Чжан Шоу спрыгнул на землю и помог им поднять добро в повозку.

— Ой, вот тут свободное место, ставьте сюда! — Три женщины внутри повозки засуетились, помогая старикам устроиться.

Чжан Шоу подсадил деда и бабку.

— Так вот оно как внутри-то? — Старуха Чжан осторожно погладила мягкую обивку сиденья и с благоговением оглядела потолок и стены. — Матушки мои, это ж сколько денег такая красота стоит?

Даже ткань занавесок, висевших здесь для украшения, на ощупь была куда лучше той, из которой была сшита их одежда.

Старик Чжан лишь молча кивнул, не проронив ни слова.

— Горная дорога неровная, будет трясти, так что держитесь крепче, — предупредил Чжан Шоу и взмахнул кнутом.

Дороги в деревне Ницзао были сплошь в рытвинах и ухабах. Поначалу пассажиров так подбрасывало, что к горлу подступала тошнота, но со временем они привыкли.

Когда они добрались до города, люди в повозке даже не сразу осознали, что путь окончен.

— Неужто уже овощной рынок? Так быстро! — изумилась мать Шуня.

Обычно, когда они шли пешком, выходить приходилось еще до рассвета, а в уездный город они попадали лишь к полудню.

— Приехали. На лошадях-то оно спорее будет, — с улыбкой сказал Чжан Шоу, помогая им выгружать товар.

Прохожие и рыночные торговцы невольно оборачивались, с любопытством поглядывая на них.

— С чего это вдруг в нашу грязь такой экипаж заехал?

— Никак слуги какого-нибудь богатея за провизией пожаловали?

Рыночная площадь в уезде Янгу была местом на редкость неопрятным. Там, где торговали птицей, повсюду виднелся помет, а в воздухе стоял тяжелый, неприятный дух. Еще никто и никогда не заезжал в такую клоаку на повозке, тем более на столь просторной и роскошной.

Люди разглядывали Чжан Шоу, и в их глазах вспыхивал интерес. Возница выглядел бодро и опрятно — наверняка служит в большом доме.

Все ожидали увидеть выходящего из кареты господина, но вместо этого из роскошного нутра один за другим стали выбираться жители деревни Ницзао в одежде, сплошь покрытой заплатами.

Торговцы в изумлении разинули рты.

— И чего это они на нас так вылупились? — Мать Шуня довольно усмехнулась.

Раньше она частенько приходила сюда торговать. Местные лавочники смотрели на нее свысока, едва ли не через ноздри, ни в грош не ставя деревенских, а некоторые и вовсе не давали им пристроиться рядом со своими лотками. А сегодня — гляди-ка, сами дорогу уступают.

Мать Шуня смекнула, что всё дело в мажоре, с которым они приехали. Она обернулась к Чжан Шоу и с жаром произнесла:

— Шоу-цзы, сегодня всё благодаря тебе! Как вернусь, обязательно занесу тебе гостинец из лесных даров, попробуешь.

— Договорились! — ответил он.

Чжан Шоу понимал, что женщина просто набивает себе цену, чтобы ее здесь не обижали, прикрываясь его авторитетом, но не придал этому значения.

Из-за того, что у обочины стоял такой приметный экипаж, многие подходили просто поглазеть. Местные торговцы тут же воспользовались моментом: они начали зазывать зевак, и торговля пошла куда бойчее. Даже у приехавших из Ницзао уже появились первые покупатели.

Чжан Шоу уже собирался уезжать, как вдруг заметил, что лица окрестных торговцев резко переменились. Некоторые начали судорожно прятать кошельки.

Мать Шуня и вовсе побледнела как полотно.

— Беда... Это те уличные задиры, опять за деньгами пришли. А я-то надеялась, что они все передохли, — прошептала она.

Она только что выручила за товар десяток-другой медных монет. Спрятать их было уже некогда — эти проходимцы обязательно обыщут. Будь она помоложе, пришлось бы бояться еще и за свою честь, а так — только за кошель.

В тревоге озираясь, она увидела, что повозка Чжан Шоу всё еще стоит у дороги. Сердце ее екнуло. Она поспешно подбежала к нему и зашептала:

— Шоу-цзы, видишь ту свору? Уезжай скорее! С ними шутки плохи.

В ее родной деревне Цинши была семья, которая отказалась платить этим бандитам за место на рынке и даже донесла властям. В итоге вся семья вскоре погибла при странных обстоятельствах. Если эти задиры увидят, что у Шоу-цзы есть лошадь и повозка — быть беде. Точно отберут.

Старик Чжан и старуха Чжан тоже сообразили, чем пахнет дело. Они подскочили к внуку, умоляя его поскорее убираться.

Чжан Шоу бросил взгляд на приближающихся бандитов, кивнул и забрался на облучок. Он не хотел лишний раз ввязываться в неприятности и уже собирался развернуть лошадь.

Однако банда уже заприметила его.

— Это еще что такое? Кто это додумался сюда на повозке заезжать? — выкрикнул один из них.

Несколько громил тут же подбежали к ближайшим торговцам и, перемежая слова угрозами, принялись выспрашивать об экипаже. Услышав, что из кареты вышли оборванцы в заплатанных рубахах, один из задир схватил торговца за грудки и потребовал показать, кто именно.

Торговцу ничего не оставалось, как подчиниться. Он дрожащим пальцем указал на старика Чжана и его спутников.

— Грех-то какой! — Старик Чжан побледнел, его руки затряслись.

У него за пазухой лежали те самые десять лянов серебра, которые Шоу-цзы дал ему вчера вечером. Он планировал после рынка зайти в академию и передать деньги Чжан Чжэню.

Видя, что банда направляется прямо к нему, старик Чжан, превозмогая страх, бросил корзины и бросился наутек.

Но уличные задиры в мгновение ока настигли его. Они повалили старика на землю и принялись бесцеремонно обыскивать.

— Ого! Гляньте-ка, какой слиток! Тут никак не меньше десяти лянов будет? Старый хрыч, раз ты такой богатый, неудивительно, что в каретах разъезжаешь!

Громилы с хохотом отобрали у него серебро.

— Вы... вы что же творите... — Старик Чжан покраснел от гнева и бессилия, его кулаки беспомощно колотили по утоптанной земле.

Старуха Чжан уже стояла перед ними на коленях, отвешивая поклоны и причитая:

— Прошу вас, люди добрые, давайте миром... Не бейте его! Мой старик и одного вашего удара не выдержит!

Мать Шуня стояла ни жива ни мертва. Ее тоже схватили и уже собирались обыскивать. Та же участь постигла и двух других женщин из их деревни.

Остальные торговцы, хоть и сочувствовали бедолагам, не смели и слова сказать против силы.

— Совсем нравы упали! — процедил Чжан Шоу.

Он уже вывел повозку за пределы рынка, но, услышав шум за спиной, обернулся. Увидев, что происходит, он нахмурился, спрыгнул на землю и бегом бросился назад.

http://tl.rulate.ru/book/196933/21722467