Готовый перевод I Arrested My Fiancée During a Raid / На облаве я арестовал свою невесту: Глава 112: «Он использовал собственное тело как проводник! Он стал человеком-кардиостимулятором!!»

И Инчжэ первым пришел в себя. Лицо его было серым, но он, даже не взглянув на свое личное авто, купленное меньше полугода назад, решительно скомандовал:

— Живо! Делайте, как он сказал!

Хотя И Инчжэ и понятия не имел, что задумал Ли Фань, он предпочел довериться этому юноше, который уже не раз творил настоящие чудеса.

— Есть!

Несколько сообразительных следователей тут же бросились вперед. Следуя указаниям Ли Фаня, они в суматохе один за другим закрепили зажимы пусковых проводов на клеммах автомобильного аккумулятора.

— Всем отойти! — Прорычал Ли Фань, отталкивая людей в стороны.

Затем под полными ужаса взглядами присутствующих он совершил поступок, который каждый из них запомнит на всю оставшуюся жизнь.

Глубоко вздохнув, он без малейших колебаний схватил два зажима, от которых уже летели опасные электрические искры, и прижал один к ладони левой руки, а другой – к правой.

— З-з-зт!

Мощный разряд тока мгновенно прошил всё его тело.

Ли Фань вздрогнул, волосы на его голове встали дыбом, а по коже разлилась жгучая боль от ожогов и пронзительное чувство онемения.

Тяжело! Больно так, что хотелось выть!

Но ему было плевать. До боли стиснув зубы, он чувствовал, как бешеная энергия беснуется внутри него. Превозмогая судороги, он медленно наклонился и прижал свои дрожащие руки, превратившиеся в «электроды», к холодной и неподвижной груди ребенка.

— Боже… — прошептал один из опытных следователей, осознав происходящее. — Он… он хочет использовать свое тело как проводник! Сделать из себя человека-кардиостимулятора!!

Эти слова заставили толпу вздрогнуть. Все смотрели на Ли Фаня как на безумца, как на демона.

Разве это возможно? Использовать мгновенное напряжение автомобильного аккумулятора для реанимации сердца? Это не имело ничего общего с медицинской дефибрилляцией!

Напряжение, сила тока, время воздействия – ни один параметр невозможно было контролировать. Это было не спасение, это было чистое безумие!

— Это же самоубийство! Остановите его немедленно! — Закричал другой полицейский, немного разбиравшийся в медицине.

Зрачки И Инчжэ сузились, он инстинктивно дернулся вперед, чтобы прекратить это.

— Начальник И!

В этот момент чья-то рука преградила ему путь. Это был Шэнь Лэчжан.

Этот закаленный боец из департамента провинции сейчас смотрел на мир покрасневшими глазами. Он не сводил взгляда с юноши, который ставил на кон собственную жизнь, и голос его звучал хрипло, словно скрежет наждака:

— Пусть пробует.

Он обернулся к И Инчжэ, а затем окинул взглядом всех остальных, четко выговаривая каждое слово:

— До больницы мы его уже не довезем.

— И знайте, каков бы ни был исход, — взгляд Шэнь Лэчжана снова упал на Ли Фаня и своего внука, чья судьба висела на волоске, — он, Ли Фань, навсегда останется благодетелем для меня и всей моей семьи!

После этих слов никто не проронил ни звука. Воцарилась тишина, в которой слышалось лишь зловещее шипение электричества и тяжелое, подавленное дыхание Ли Фаня, терпящего невыносимую муку.

— А-а-а-а!

Ли Фань издал сдавленный рык. Используя собственное тело как рубильник, он напряг мышцы рук, направляя яростный поток тока прямиком в маленькое сердце.

— Пах!

Раздался негромкий звук. Тело ребенка под воздействием разряда резко дернулось и тут же снова обмякло.

Неудача.

Ли Фань не остановился ни на секунду. Он разомкнул цепь и тут же начал непрямой массаж сердца и искусственное дыхание.

Раз, два, три…

Пот градом катился с его лба, капая на бледное, синюшное личико мальчика, но Ли Фань этого не замечал.

Бесполезно. Ребенок по-прежнему не дышал, оставаясь безжизненным, словно сломанная кукла.

Сердца окружающих упали. В глазах Шэнь Юэ, где только что забрезжил призрачный луч надежды, снова воцарилась мертвая тьма. Она зажала рот руками, не в силах издать ни звука; слезы, словно оборвавшиеся нити жемчуга, беззвучно катились по ее щекам.

— Еще раз! — Ли Фань, словно упрямый бык, не желающий признавать поражение, снова прижал руки к груди мальчика.

— З-з-зт!

Снова вспыхнули искры. Он вновь выстроил из собственного тела мост между жизнью и смертью для этого ребенка.

Раз! Нет реакции.

Еще раз! Тишина.

Губы Ли Фаня были искусаны в кровь, его самого сотрясала крупная дрожь от повторяющихся ударов тока, а сознание начало туманиться.

Атмосфера была настолько гнетущей, что людям становилось трудно дышать. Отчаяние, подобно приливу, накрывало каждого присутствующего.

Даже Шэнь Лэчжан, до последнего веривший в чудо, в муке закрыл глаза, не в силах больше на это смотреть.

«Сдавайся…» – эта мысль невольно возникла в головах у всех.

Но только не у Ли Фаня.

— Давай еще!! — Из последних сил прохрипел он полицейскому, стоявшему у аккумулятора.

У того дрогнули руки. Увидев пылающий, неистовый взгляд Ли Фаня, он стиснул зубы и снова замкнул контакты.

Это была последняя попытка. Ли Фань вложил всю свою веру, всю ярость и всё свое нежелание мириться с судьбой в этот последний удар.

— ОЧНИСЬ ЖЕ! — закричал он, и его голос, полный нечеловеческого напряжения, разорвал ночное небо.

Время словно замедлилось. В тот миг, когда ток иссяк и все окончательно уверились, что чуда не произойдет…

Маленькая синюшная ручка ребенка, неподвижно лежавшая на земле, вдруг… едва заметно вздрогнула.

А следом в мертвой тишине ночи раздалось:

— У-у-уа-а-а-а!

Этот слабый, едва слышный плач прозвучал для всех как райская музыка.

Этот крик, словно удар грома, взорвался в головах у каждого. Жив! Ребенок ожил!

Скорбь, отчаяние и боль на лицах людей мгновенно сменились предельным шоком и невероятным восторгом.

Шэнь Лэчжан резко распахнул глаза. И Инчжэ и Гу Юнцзюнь одновременно шумно выдохнули.

А Шэнь Юэ, услышав этот плач, замерла, пораженная до глубины души. Она оцепенело смотрела на своего кричащего сына, а в следующую секунду плотина ее чувств рухнула – она упала на землю и зарыдала навзрыд, но теперь это были слезы величайшего счастья.

— У-у-уа-а-а!

Плач ребенка становился всё громче. Здесь, в этом проклятом месте, которое только что было охвачено огнем и кровью, он казался самым прекрасным звуком на свете.

Вокруг суровые офицеры, повидавшие немало смертей на своем веку, стояли с покрасневшими глазами, а многие и вовсе не скрывали слез.

Ли Фань, сотворивший это невозможное чудо, услышав крик, почувствовал, как струна внутри него окончательно лопнула. Неописуемая усталость нахлынула на него подобно океанской волне; в глазах потемнело, и он бессильно рухнул на землю.

Он был насквозь мокрым, словно его только что вытащили из воды, его короткие волосы всё еще стояли дыбом, а от тела шел едва заметный сизый дымок.

Но на его лице, перемазанном кровью и потом, сияла улыбка – улыбка ярче самого солнца.

http://tl.rulate.ru/book/196354/21509739