Готовый перевод Naruto: The Young Lady of Hyuuga / Наруто: Молодая леди Хьюга: Глава 5. Дедушка лучше всех!

Глава 5. Дедушка лучше всех!

Смирившись с невероятным фактом, что его трехлетняя дочь уже способна концентрировать Чакру, пробудила Бьякуган и даже в совершенстве освоила базовые стойки Мягкого Кулака, Хиаши поднял тяжелый взгляд. Чакра девочки вновь угрожающе вспыхнула, и она стремительно бросилась в очередную атаку.

— Ты еще не устала? — изумленно выдохнул Хиаши, едва успевая блокировать град молниеносных ударов.

Техника «Восемь Триграмм Шестьдесят Четыре Ладони» требовала колоссальных, порой неподъемных затрат Чакры. То, что трехлетний ребенок смог выполнить ее без единой ошибки, само по себе звучало как нелепая, жуткая выдумка. Но то, что после такого сокрушительного выброса энергии девочка не рухнула без сил, а продолжала лучиться первозданной бодростью, противоречило всякому здравому смыслу.

— Ни капельки! — звонко отозвалась Хината, сверкнув чистыми, невинными глазами.

Девочка и сама не до конца понимала, в чем кроется секрет ее бездонной выносливости — возможно, все дело было в ее воистину богатырском аппетите, — но сейчас она чувствовала себя так, словно внутри нее завели раскаленный двигатель, без устали генерирующий дикую, бьющую через край мощь.

«Ни капельки…» — эхом отдалось в голове Хиаши, заставив его погрузиться в гнетущее молчание.

Базовых стоек у Мягкого Кулака было не так уж много, и вскоре проверка физических возможностей подошла к логическому завершению. Хината неподвижно стояла перед ним: бледные щеки не пылали от натуги, дыхание оставалось пугающе ровным и спокойным. Глядя на нее, глава великого клана начал всерьез сомневаться в собственной состоятельности. «На фоне собственной крошечной дочери я, прославленный воин и отец, выгляжу просто жалко», — с горечью признался он сам себе.

— И что, по-прежнему ни грамма усталости? — с тайной надеждой переспросил Хиаши.

— Ну-у-у… — замявшись на мгновение, протянула Хината. — Разве что самую малость.

— Запомни одну вещь, — Хиаши устало потер переносицу, тщательно подбирая слова. — Впредь, когда на тебя смотрят чужаки, ты обязана притворяться изможденной, даже если полна сил. Нельзя так сильно выделяться из толпы. Нельзя быть настолько другой. Ты поняла меня?

— Как скажешь, отец, — кротко кивнула девочка, изобразив абсолютное послушание.

— Вот и славно, — Хиаши пренебрежительно взмахнул рукой, отсылая дочь прочь. — Ступай, поиграй. Нам с твоим дедушкой нужно обсудить важные дела.

Ему предстоял тяжелый, судьбоносный разговор с отцом. Разговор о будущем этой пугающе невероятной девочки, а значит — и о будущем всего их древнего клана.

— Тебя что-то тревожит, милая? — с любопытством поинтересовался старик, заметив, что внучка так и осталась неподвижно стоять на татами.

Услышав это, Хиаши удивленно обернулся: девочка действительно словно приросла к полу.

— Я хочу пойти погулять… — тихо проронила Хината.

— Так иди, кто же тебе мешает? — отмахнулся Хиаши. — Только возьми с собой кого-нибудь из слуг для охраны.

— Нет, вы не поняли. — Девочка активно замахала маленькими ручками в воздухе. — Я хочу отправиться далеко-далеко! Я хочу увидеть… настоящее море!

— Море? — Хиаши опешил, смерив дочь недоуменным взглядом. — Да что там интересного? Вода одна, от горизонта до горизонта. Если тебе так уж хочется поплескаться, я прикажу вырыть для тебя персональный пруд прямо во внутреннем дворе.

— Это моя единственная просьба… на всю оставшуюся жизнь, — с невероятной для трехлетнего ребенка, леденящей душу торжественностью произнесла Хината и отвесила глубокий, показательно почтительный поклон.

«На всю жизнь? В твои-то три года?! Да еще и единственная просьба?» — у Хиаши нервно дернулся глаз. Он окончательно потерял дар речи.

— Хорошо-хорошо, — сдался он, издав тяжелый, полный обреченности вздох. — Как-нибудь на днях мы обязательно съездим посмотреть на твое море.

Его дочь всегда отличалась образцовым послушанием и взрослой рассудительностью. Она так редко о чем-либо просила, что отказать ей в столь пустяковом, откровенно детском капризе казалось немыслимым кощунством.

— А если можно, давайте поедем прямо сейчас! Ну, или хотя бы завтра утром, — Хината захлопала ресницами, включив все свое безграничное детское очарование, а ее голосок стал сахарно-нежным. — Мне до смерти не терпится вдохнуть соленый бриз!

— Исключено, — жестко отрезал Хиаши, и между его бровями залегла суровая, непреклонная складка. — Да, мы стоим на пороге мирных переговоров, но война еще не закончена. Покидать пределы деревни в такое время — чистое безумие. Слишком велик риск. Если с тобой хоть что-то случится, то…

— Ничего не случится! — уверенно перебила его девочка, сжав маленькие кулачки, словно готовая прямо сейчас ринуться в кровавый бой. — У нас ведь есть Бьякуган! Мы заметим любую опасность за версту и легко обойдем засаду!

— Ты слишком наивна, дитя. Ты в корне недооцениваешь навыки скрытности и разведки настоящих ниндзя. И вообще, я сказал — не… — Хиаши не успел договорить.

Хината пулей сорвалась с места и с разбегу уткнулась носом в широкую грудь деда. Подняв на старика огромные, блестящие от подступающих слез глаза, она посмотрела на него так, словно была самым несчастным и брошенным существом во всем жестоком мире.

— Де-е-едушка! — жалобно всхлипнула она.

Старое, покрытое боевыми шрамами сердце дрогнуло. Он впервые видел свою обыкновенно сдержанную внучку в таком беззащитном отчаянии. Какой нормальный человек устоит перед искренними слезами ребенка? А уж тем более — родной кровиночки.

— Раз уж малышка Хината так сильно хочет увидеть море… почему бы не пойти ей навстречу? — дед виновато кашлянул в кулак, и на его губах заиграла снисходительная улыбка. — Возьми с собой лучших бойцов из тех, кто сейчас свободен. Проявите максимальную осторожность, смотрите в оба, и я свято верю, что всё пройдет без сучка без задоринки.

Хиаши лишь сухо хмыкнул, не дрогнув ни единым мускулом лица. Однако внутри у него больно кольнуло уязвленное самолюбие. «Почему она не ластится так ко мне? — ревниво подумал он. — Да, может, ее дешевые слезы на меня бы и не подействовали… но она даже не попыталась попробовать!»

— Дедушка, а можно мы возьмем с собой и других детишек из Побочной ветви? — почувствовав слабину, Хината пошла в наглое наступление, безжалостно пользуясь своим привилегированным положением. — Братец Неджи целыми днями торчит на изнурительных тренировках, ему вечно не до меня. А одной гулять по пляжу так тоскливо…

— Разумеется, золотце, — тепло усмехнулся старик.

— И вы, дедушка! И отец с матушкой! Мы должны поехать все вместе! — безапелляционно заявила девочка, хищно сужая глаза.

— Езжайте без меня. Кому-то же нужно присматривать за поместьем, — мягко отказался старик, потрепав внучку по шелковистым волосам. — Родной дом нельзя оставлять без крепкого хозяина.

— Так не пойдет! — Хината упрямо топнула ножкой. — Семья должна быть вместе, только тогда всем по-настоящему весело! Если вы останетесь здесь, дедушка, мне не нужно никакое море! Без вас мне везде будет до слез тоскливо. Прошу вас, поедемте с нами, чего бы это ни стоило!

«Семья должна быть вместе…»

Хината до мельчайших подробностей помнила оригинальный сюжет. Шиноби Облака, гнусно прикрываясь фальшивыми мирными переговорами, под покровом кромешной ночи проникнут в резиденцию Хьюга. Они попытаются выкрасть ее, ценнейшую наследницу. Отец вовремя обнаружит пропажу, бросится в погоню и одним разящим, смертоносным ударом разорвет похитителю внутренности.

Как ни посмотри, вся вина за кровавый инцидент целиком и полностью лежит на ублюдках из Облака.

Но разве Деревне Скрытого Облака не плевать на справедливость и честь? Их наглости нет предела. Они наотрез откажутся признавать факт подлой попытки кражи Бьякугана. Напротив, эти лицемеры обвинят клан Хьюга в коварном предательстве, разразятся гневными тирадами на международной арене и выставят Деревне Скрытого Листа ультиматум: выдайте убийцу, или кровопролитная война продолжится.

Итог этой омерзительной политической игры был трагичен. Третий Хокаге, панически боявшийся новой крови и разрушений, трусливо придет к клану Хьюга и попросит о жертве. Чтобы замять скандал, на алтарь гнилого мира будет брошена жизнь Хизаши — родного брата-близнеца ее отца.

Зная все это наперед, могла ли Хината позволить деду остаться в поместье и стать невольным соучастником надвигающейся катастрофы?

Если старик останется, события могут развиваться лишь по двум возможным сценариям.

Первый: дед окажется сильнее вторгшихся Шиноби Облака, охотящихся за Бьякуганом, и безжалостно прикончит их на месте. В таком случае маховик сюжета вновь завертится по наезженной колее, неминуемо приведя к бессмысленной смерти Хизаши.

Второй: силы старика окажутся несопоставимы с боевой мощью элитных убийц из Облака. Этот вариант был и вовсе фатальным — деда разорвут на куски, а бесценные тайны Бьякугана навсегда попадут в руки врага.

Поэтому план Хинаты был предельно прост и радикален. Ей жизненно необходимо вывезти из деревни всех детей Побочной ветви младше трех лет — тех самых невинных малышей, на чьих лбах ублюдочные старейшины еще не успели выжечь «Проклятую печать Птицы в клетке». И, конечно же, забрать с собой всех ключевых членов Главной ветви: себя, отца и деда. Поместье должно опустеть. Ни единой живой души, представляющей хоть малейшую стратегическую ценность.

В идеале, следовало бы эвакуировать вообще всю Побочную ветвь подчистую, чтобы не оставить мерзавцам-Шиноби Облака ни единого шанса на их грязную, многоходовую игру.

— Это уже переходит всякие границы! — возмущенно рявкнул Хиаши, наконец-то осознав, к чему клонит дочь со своими мягкими, но дьявольски настойчивыми просьбами. — Если ты вообразила, что весь мир будет покорно плясать под твою дудку и потакать каждой твоей сумасшедшей прихоти, то ты глубоко заблуждаешься, девочка! У клана дел по горло! Каждый день расписан по секундам! Ради того, чтобы ты помочила ножки в море, мы должны парализовать работу всего огромного поместья?! Что за нелепые, глупые шутки?!

Хината испуганно вздрогнула, безупречно отыгрывая глубочайший шок и неподдельную обиду. Ее нижняя губка мелко затряслась, и она, робко прижимаясь к старику, выдавила из себя сдавленный, полный горьких слез писк:

— Де-е-едушка…

Брови деда грозно сошлись на переносице, и он, не выдержав, обрушил весь свой накопленный гнев на сына, рявкнув так, что задрожали тонкие бумажные перегородки в просторной комнате:

— Чего ты орешь на ребенка, как резаный?! Совсем ополоумел, идиот?! Решил до смерти ее напугать?!

Хиаши аж подпрыгнул на месте от неожиданности. Открыв рот от праведного возмущения, он жалко попытался оправдаться:

— Да кто орет-то?! Я разговариваю своим абсолютно обычным, повседневным тоном!

Старик лишь пренебрежительно отмахнулся от него, ласково поглаживая по спине притихшую, дрожащую внучку. Он закрыл глаза, с головой погрузившись в тяжелые, вязкие раздумья. Тишина в комнате стала густой и осязаемой. Наконец, дед тяжело, со свистом выдохнул:

— Мы сделаем в точности так, как просит Хината.

— Чего?! — Глаза Хиаши едва не вывалились из орбит от потрясения. Он напрочь отказывался верить собственным ушам. — Но… п-почему?!

«Детей нельзя баловать. Дашь малейшую слабину — мгновенно сядут на шею и обрастут гнилыми привычками!» — разве не эти самые слова отец годами вколачивал в них бамбуковыми палками?! В детстве они с братом Хизаши не вылезали из жестоких наказаний и изматывающих тренировок за малейшую провинность! Так какого, мать его, черта все перевернулось с ног на голову, стоило только родиться Хинате?! Почему этой малявке позволено вить из железного старейшины веревки, а он покорно потакает каждому ее нелепому, разрушительному слову?!

— Она рождена в Главной ветви. В ее венах течет чистейшая первородная кровь, а ее пугающий талант превосходит все мыслимые и немыслимые пределы, — неспешно и пугающе веско произнес дед, вонзив в сына ледяной взгляд. — Она по праву заслужила привилегию на маленькие капризы. И какие-то жалкие, временные неудобства для клана — ничтожная плата за то, чтобы будущая абсолютная владычица Хьюга была довольна.

Хиаши беззвучно открыл рот, словно выброшенная на берег рыба, но так и не нашел, что на это возразить. Все аргументы ссохлись и застряли у него поперек горла.

— Дедушка — самый лучший на всем белом свете! — радостно пропищала Хината, пряча за своей ангельски-невинной улыбкой холодный, безжалостный расчет.

http://tl.rulate.ru/book/196228/21752576