Глава 35
Брызнули синие электрические искры.
Даже с выкрученным на милосердные 30% восприятием боли, несчастный игрок издал истошный, леденящий душу вопль, пошатнулся и мешком рухнул лицом в грязную пыль. На его спине моментально появился черный, дымящийся опаленный след; плотную ткань комбинезона разорвало в клочья, обнажив обугленную, воспаленно-красную кожу.
— А-а, бляха-а-а, — протяжно застонал от боли игрок в региональном чате. — Сука, и это мне так больно всего на 30%?!
— Эту плеть что, блядь, сам Кхорн лично благословил перед сменой?! — в ужасе отозвался кто-то.
— Говори, мразь! Ты украл руду?! — ревел надсмотрщик, занося хлыст для нового удара.
На этот раз [Кривые руки, пощадите], видимо, подстегнутый болью и страхом, выдал представление, достойное золотой статуэтки Оскара. Он выглядел по-настоящему мертвенно-бледным, скрючился на полу и в непритворном ужасе заикался:
— М-м-мой господин… мы-мы бы ни за что не посмели… нас же бьют каждый день… нам даже не дают вдоволь поесть… откуда у нас силы на то, чтобы воровать тяжелую руду… пощадите…
Надсмотрщик с отвращением отшвырнул его в сторону пинком тяжелого сапога и схватил за шкирку еще нескольких случайных, подвернувшихся под руку игроков, чтобы тщательно обыскать их.
Естественно, он снова не нашел ровным счетом ничего.
— Жалкие ублюдки… — сквозь зубы выругался одноглазый надсмотрщик, тяжело дыша. Он повернулся к раздраженному лысому управленцу: — Видишь? Абсолютно ничего. Чисты.
Лысый недовольно нахмурился, потирая подбородок.
— Тогда что за чертовщина происходит? Может ли это быть вина поставщиков…
Единственный глаз надсмотрщика хищно загорелся пониманием.
— Это точно те жадные торгаши из нижнего хаба! Проклятье на их головы!
— Они реально посмели продавать нам низкокачественную, пустую руду под видом хорошей! Пойдем, разберемся с этими крысами! — прорычал лысый.
Они вдвоем круто развернулись и умчались прочь, источая потоки отборной имперской ругани.
Игроки, затаив дыхание, переглянулись, а затем региональный чат просто взорвался истерическим, облегченным хохотом.
[Душа Кадии]: — Ха-ха-ха-ха! Вы видели?! Они свалили всю вину на поставщиков!
[Тау-кун, ты прав, но болтер правее]: — То есть руду, которую мы в наглую сперли, просто списали на производственный брак? Это же гениально!
[Беглый шестереночник Механикус]: — Сухие факты: качество сырой руды по своей природе нестабильно. Поскольку надсмотрщики физически не могут доказать факт кражи из-за отсутствия улик на телах, вполне естественно и логично, что они указывают пальцем на самое слабое звено — цепочку поставок. Рекомендую продолжать эту прибыльную операцию, но нам необходимо строго следить за частотой изъятий, чтобы не спровоцировать масштабную проверку от инквизиции завода.
[Вечно предан Императору]: — Братцы, не расслабляемся и не высовываемся. Сидим тихо, как мыши под веником. Большие деньги любят тишину.
***
Позже, во время короткого, долгожданного перерыва, Зик устало сидел на корточках в темном углу зоны отдыха, когда внезапно почувствовал, что к нему кто-то тихо приближается.
Он осторожно поднял голову и увидел перед собой молодого НПС-рабочего.
Комбинезон у парня был на удивление относительно чистым, без свежих пятен копоти. И хотя на его грязном лице ясно читалась изнуряющая усталость, глаза его не были совершенно пустыми и потухшими, как у подавляющего большинства остальных батраков. В них теплилась искра.
Он бесшумно присел на корточки рядом с Зиком и, оглянувшись, предельно понизил голос:
— Брат, ты ведь тут новенький?
У Зика екнуло сердце от неожиданности, но он усилием воли сохранил абсолютно невозмутимое выражение лица. И ответил на беглом низком готике с легким, грубым местным акцентом:
— Ага, приволокли пару дней назад. А что?
— Как именно тебя поймали? — пытливо спросил парень, цепко окинув взглядом спокойное лицо Зика.
— Бродил без дела. Без идентификационных бирок, — ответил Зик, используя свою заранее тщательно отрепетированную легенду. — Схватили в трущобах Пустоши Красного Пламени. Назвали это «незаконным собранием», но, по правде говоря, мы просто кучка несчастных беженцев.
Парень понимающе кивнул, казалось, ничуть не удивленный таким стандартным ответом.
Он помолчал несколько долгих секунд, словно взвешивая что-то, прежде чем спросить снова:
— Вас тут… похоже, много таких? Я слышал краем уха, в этот раз арбитры поймали тысячи человек разом.
Внутренняя бдительность Зика мгновенно достигла пика.
— Я не уверен в цифрах. Я просто очнулся в тесной клетке, а напуганные люди были повсюду.
— Ясно, — парень не стал допытываться и лезть в душу. Вместо этого он, как бы невзначай, глядя прямо перед собой, сказал: — Это место… не самое лучшее для жизни. Надсмотрщики — конченые звери, труд каторжный, а еда — настоящий мусор. Многие слабаки не протягивают здесь и полугода. — Он замялся на секунду, еще сильнее понизив голос, почти перейдя на шепот: — Но нельзя сказать, что возможностей выбраться отсюда совсем нет. При условии… что ты найдешь нужных, правильных людей.
С этими загадочными словами он по-дружески похлопал напрягшегося Зика по плечу, плавно встал и непринужденно удалился, растворившись в толпе рабочих.
Зик долго и задумчиво провожал взглядом его удаляющуюся спину, слегка нахмурившись.
С этим неприметным НПС явно было что-то не так.
Он был слишком, подозрительно инициативным для сломленного раба, и его аккуратные вопросы слишком сильно напоминали профессиональное прощупывание почвы.
В региональном чате Лоялист Шредингера, который наблюдал за сценой со стороны, уже задал резонный вопрос:
— Зик, что это за мутный парень сейчас с тобой тер? Он вообще не похож на обычного, забитого работягу.
— Я не знаю наверняка, — честно ответил Зик. — Но с ним определенно что-то не так. Он может быть хитрым стукачом надсмотрщиков, выявляющим недовольных, а может быть… кем-то еще. Более интересным.
Он не стал вдаваться в подробности перед всей группой, но в его голове уже стремительно формировалась интригующая теория.
В мрачном мире Warhammer, на таком до жестокости деспотичном очистительном заводе, среди тысяч угнетенных душ всегда найдутся люди, которые ни за что не захотят до конца своих дней оставаться бесправным расходным материалом.
Организация тайного сопротивления, подпольный радикальный профсоюз или даже скрытный культ Хаоса… все эти опасные варианты были вполне возможны и вписывались в лор.
Может ли этот молодой парень быть осторожным вербовщиком от одной из таких теневых организаций?
Зик разумно отложил эту будоражащую мысль на потом, не став пока упоминать о ней в общем чате. Сейчас было совершенно не время идти на сомнительный контакт и рисковать всем. Сначала им всем нужно было сколотить солидный начальный капитал.
***
К вечеру резкий свисток об окончании смены прозвучал для рабочих словно благословенный хор ангелов.
Волоча свои невероятно уставшие, ноющие тела, игроки покорно выстроились в длинную очередь за скудным дневным заработком — очередным серым тюбиком безвкусной Питательной пасты и крошечным пакетиком тепловатой воды.
Затем надсмотрщики, сыпля привычными проклятиями, погнали их обратно в переполненные, пропахшие потом и отчаянием общие спальни.
Но в ту же секунду, как тяжелые двери за надсмотрщиками закрылись, игроки моментально преобразились и слаженно принялись за дело.
http://tl.rulate.ru/book/196122/24329574
Сказали спасибо 4 читателя