Готовый перевод Lost Memory, Found Power: Saving Family with Ancient Talismans / Амнезия, долги и древние талисманы — спасаю семью от краха: Глава 2

После ухода медсестры в комнате остались лишь мерные щелчки медицинских приборов да его собственное тяжёлое дыхание.

Чэнь Лэй не мог отвести взгляда от фотографии. Женщина на снимке — Линь Сюя — её улыбка, словно слабый луч света, пыталась пробиться сквозь густой, непроглядный туман в его сознании. Каждый удар сердца сопровождался остаточным эхом внезапной, острой боли, напоминая ему, что между ним и этой незнакомой женщиной, должно быть, существует какая-то связь, настолько тяжёлая, что его тело само собой инстинктивно содрогалось.

«Любовница…»

Это слово эхом отдавалось в его пустой голове, но не вызывало ни малейшего намёка на сладость или тепло, лишь более глубокое беспокойство и… вину? Почему вина? Он пытался ухватиться за это чувство, но оно, словно юркая рыба, мгновенно ускользало в мутной воде сознания.

Время медленно текло в запахе дезинфицирующего средства. Неизвестно, сколько прошло, когда снаружи снова послышались шаги, тише, чем у медсестры, с некоторой нерешительностью.

Затем дверь тихо приоткрылась.

Вошла женщина.

Первым, что бросилось в глаза, была выцветшая, даже полинявшая синяя блуза из грубой ткани, старого покроя, но выстиранная дочиста. Её фигура была хрупкой, словно её могло сдуть порывом ветра, лицо — бледным от постоянного недосыпания, под глазами залегли тёмные круги.

Это была женщина с фотографии. Но не только.

На фото она улыбалась светло, в глазах горел огонь. А перед ним её глаза той же формы были полны усталости, словно покрыты слоем нестираемой пыли, и лишь когда она смотрела на него, она изо всех сил старалась высечь хоть искру слабого света.

Её взгляд встретился с его растерянным взглядом.

В тот миг Чэнь Лэй ясно увидел, как всё её тело едва заметно дрогнуло, бледные губы слегка приоткрылись, словно она хотела что-то сказать, но тут же сдержалась. В её глазах бушевали сложные эмоции — недоверчивая радость, облегчение, глубокая обеспокоенность и оттенок… боли от его незнакомого взгляда.

Всё это, в конце концов, вылилось в нечто почти смиренное, осторожное.

Она подошла, толкая инвалидное кресло, к его кровати, её голос был очень тихим, с едва уловимой хрипотцой, словно она боялась что-то потревожить: — Ты проснулся… Врач сказал, твоё состояние стабилизировалось, я пришла за тобой… домой.

Домой?

Ещё одно незнакомое слово. У него не было никакого понятия о «доме».

Видя, что он лишь смотрит на неё в оцепенении, не проявляя никакой реакции, женщина — Линь Сюя — слегка сжала пальцы, лежащие на подлокотнике кресла. Она опустила голову, избегая его изучающего взгляда, её голос стал ещё тише, словно перышко, коснувшееся кожи:

— Не бойся, — сказала она, — я рядом.

Не бойся, я рядом.

Эти простые четыре слова, словно обладая какой-то странной тяжестью, глухо упали в пустое сердце Чэнь Лэя. Он смотрел на её опущенную, тонкую, хрупкую шею, на её старую-престарую синюю блузу, и чувство, смешанное с незнанием, зависимостью и сильной сердечной болью, бурно накатило на него.

Он по-прежнему не мог вспомнить, кто она.

Но его тело, его инстинкты, казалось, узнавали этот голос, этот запах. Среди бесплодных руин памяти она была единственным тёплым существом, появившимся.

Линь Сюя подняла голову, снова посмотрела на него, стараясь выдавить улыбку, хотя улыбка выглядела устало и натянуто: — Сможешь встать? Я помогу.

Чэнь Лэй не ответил, лишь повинуясь инстинкту, опёрся на левую руку, пытаясь сдвинуться. Гипс на правой ноге был так тяжёл, что каждое движение давалось ему с огромным трудом.

Линь Сюя тут же подошла, её движения были несколько неуклюжими, но необычайно твёрдыми. Её тонкая рука проскользнула под его мышкой, и она всем своим хрупким плечом взяла на себя большую часть его веса. Лёгкий запах, смешанный с мылом и отваром трав, ворвался в его ноздри, странным образом ослабляя резкий запах дезинфицирующего средства.

Его почти полуобняв, она шатко переместила его в инвалидное кресло. Одно только это простое действие заставило обоих покрыться испариной.

Сидя в кресле, Чэнь Лэй слегка приподнял голову, глядя на неё, находящуюся так близко. Пот смочил пряди волос на её лбу, прилипнув к гладкой коже. Она тяжело дышала, грудь её слегка вздымалась, но видя, что он уже удобно устроился, в её усталых глазах наконец появилась настоящая, облегчённая улыбка.

— Поехали, — сказала она, обошла кресло сзади и взялась за ручки.

Кресло медленно двинулось вперёд. Чэнь Лэй откинулся на спинку, его взгляд упал на руки, которые она держала, толкая кресло — пальцы были чёткими, немного грубыми, виднелись даже мелкие царапины и мозоли.

Его взгляд, наконец, остановился на её спине, которая казалась необычайно тонкой, словно могла быть раздавлена тяжестью жизни в любой момент, когда она толкала кресло.

Незнакомо, и невозможно контролировать желание полагаться на неё.

Это и была его… «любовница»?

Колёса кресла зашуршали по гладкому полу больничного коридора, издавая ровный звук, и оно направилось в сторону неведомого будущего, называемого «дом».

http://tl.rulate.ru/book/195721/21038829