Готовый перевод Raised by a Ghost Mom: 18 Years of Survival and Cheats / Мама-призрак воспитала идеального охотника: Глава 4

Долгое время Нин Цю был настоящей звездой в Солнечном приюте.

Когда ему исполнилось семь лет, его нашла мама и забрала домой. С тех пор он мог постоянно купаться в лучах материнской любви, живя той счастливой жизнью, которой восхищались другие дети.

Даже несмотря на это, Нин Цю часто навещал приют, чтобы проведать всех. Каждый раз, когда он приезжал, он выглядел так, будто не хотел уходить. Его ясные глаза были полны тоски и ностальгии, а иногда, во время разговора, он даже начинал плакать от волнения.

Он действительно хотел вернуться, настолько сильно, что чуть не сошёл с ума!

Кроме того, что ещё больше восхищало других детей, в свои восемнадцать лет Нин Цю был принят без экзаменов в Университет Цинъян — первый университет в Цинъяне, занимающий высокие позиции по всей стране. Он поступил в Академию Мистики и стал студентом, которым все восхищались, кумиром бесчисленных детей.

Однако его ореол кумира был фальшивкой, фальшивкой до предела.

Принят без экзаменов? Это правда. Тогда Нин Цю случайно помог соответствующим органам в разрешении очень сложного инцидента с аномальными явлениями и успешно спас большинство людей.

Среди спасённых был ребёнок высокопоставленного сотрудника Университета Цинъян, и именно благодаря этому Нин Цю был принят без экзаменов в этот храм знаний, о котором мечтали бесчисленные студенты.

Высококлассный студент?

Нин Цю уже трижды оставался на второй год, и этот семестр был четвёртым.

Поначалу Нин Цю думал, что с памятью из прошлой жизни и знаниями, полученными в этой, окончание университета будет легкой задачей. Но когда он действительно приступил к университетским занятиям, Нин Цю осознал очень серьёзную проблему.

«Я, оказывается, двоечник».

Различные странные и необычные курсы полностью вывели из строя его мозг и мозжечок.

До сих пор даже по самому базовому курсу «Введение в Основы Чувствования Сверхспособностей» Нин Цю едва держался на грани проходного балла, а все более продвинутые курсы для него были совершенно непонятны.

Что касается уровня сверхспособностей, Нин Цю всё ещё оставался на начальном уровне F.

«Старшие братья и сёстры, я позорю армию тех, кто прошёл через реинкарнацию…»

В Солнечном приюте Нин Цю шёл, неся в руках банку, и к нему то и дело подбегали любопытные дети.

— Братик Нин Цю, что в банке?

— Я знаю! Я знаю! Это что-то вкусненькое, правда?

— Братик Нин Цю, как там живётся в университете? Ты, наверное, многому научился, да?

Нин Цю выборочно проигнорировал последний вопрос и, улыбаясь, поприветствовал детей.

— Это подарок для дедушки директора… Вы ведите себя хорошо, в следующий раз я принесу вам что-нибудь вкусненькое.

Дети окружили Нин Цю, задавая ему множество вопросов. Неподалёку, за большим деревом, чья-то голова робко выглянула, украдкой наблюдая за молодым человеком, болтающим с детьми.

Пара глаз, сияющих, как осенняя вода, была полна обожания и смущения, две чёрные косички игриво раскачивались.

Чэнь Цинъяо, которой было восемнадцать, была одной из старших детей в приюте. Но при виде Нин Цю она словно возвращалась в детство, к тому моменту, когда впервые встретила Нин Цю.

Тогда она, как и эти дети, толпилась вокруг него, называя его «братик Нин Цю» и выпрашивая у него сладости. Однако, с возрастом, постепенно пробудившиеся чувства принесли Чэнь Цинъяо присущую девушкам робость, и теперь она боялась подойти к Нин Цю.

— Братик Нин Цю вернулся, чтобы увидеть меня, это точно…

Нин Цю, окружённый детьми, заметил девушку, выглядывающую из-за тени дерева неподалёку. Её юная и прекрасная фигура старательно пыталась спрятаться, но в то же время она смущённо надеялась, что Нин Цю заметит её первым.

Глядя на стеснительную Чэнь Цинъяо, Нин Цю невольно воскликнул: «Кормят в приюте так хорошо, что ли? Маленькая уже так быстро развивается».

— Братик сейчас пойдёт к дедушке директору, потом поиграю с вами…

Увидев, что у Нин Цю действительно дела, несколько детей неохотно разошлись. Перед уходом Нин Цю помахал рукой тому, кто прятался в тени дерева, и улыбнулся в знак приветствия.

«Эта девчонка всё такая же глупая, забывает про одно, думая о другом».

Его непринуждённая улыбка в глазах Чэнь Цинъяо казалась безгранично большой и прекрасной, отчего девочка за деревом радостно подпрыгнула, её две косички весело развевались, словно крылья маленькой птички.

«Он меня увидел, братик Нин Цю точно приехал посмотреть на меня!»

Глаза Чэнь Цинъяо теперь были похожи на два полумесяца от счастья, а любовь в её сердце, казалось, вот-вот переполнится.

«Братик Нин Цю точно думает обо мне. Слухи говорят, что братик Нин Цю никогда не покидал университет, и наверняка он ждёт меня, ждёт, когда я смогу поступить в тот же университет, что и он».

В кабинете директора Ван, директор метался, как муравей на раскалённой сковороде.

«Интересно, догнал ли Нин Цю сотрудник службы безопасности? Если нет, то выйдя сейчас, я, скорее всего, столкнусь с ним. Может, спрятаться?»

Оглядев всю комнату, он не нашёл подходящего места, чтобы спрятаться. Шкаф и стол подходили лишь условно, но если Нин Цю его обнаружит, то старое лицо Вана, вероятно, будет опозорено.

Он, достопочтенный директор, будет вытащен из своего кабинета, как воришка, и тогда ему действительно придётся задуматься о досрочном выходе на пенсию.

«Притвориться, что никого нет? Когда он постучит, просто не открою ему дверь».

Перебрав множество вариантов, он нашёл лишь один, который не был решением.

Хлопнув себя по лбу, Ван решил сегодня ни за что не открывать дверь Нин Цю, что бы ни случилось. В конце концов, разве он сможет разобрать дверь?

«Тук-тук-тук…»

Кто-то постучал в дверь. Ван вздрогнул. Он хотел спросить, кто это, но тут же пришёл в себя и закрыл рот рукой.

«Тук-тук-тук…»

«Эй, дедушка Ван, ты там?»

Точно он!

Ноги Вана подкосились, он едва мог стоять. Он тихонько двинулся к дивану.

«Есть кто-нибудь? Если нет, я войду!»

Добравшись до дивана, Ван услышал эти слова и тут же рухнул на него.

*Что это за слова, парень! Если никого нет, ты всё равно войдёшь!*

«Там точно никого нет? Тогда я открою и войду».

Он действительно войдёт? Нет, дверь заперта кодом. Он не знает код, он точно не сможет войти.

Подумав об этом, Ван почувствовал огромное облегчение, полностью расслабился на диване, закрыл глаза, радуясь, что сегодня ему удалось избежать неприятностей.

«А? Дедушка Ван, оказывается, ты внутри».

Тело пожилого мужчины, расслабленно лежавшего на диване, мгновенно застыло, не двигаясь.

*Как это возможно? Он не знает пароль, как вошёл?*

В этот момент мозг Вана заработал с бешеной скоростью, обдумывая, как разрешить эту неловкую ситуацию. Чуть позже он медленно приоткрыл веки и повернул голову к двери.

«А, это Нин Цю. Я только что заснул. У людей, когда они стареют, слух становится хуже…»

Нин Цю, стоящий у двери, уставился на Вана, который выглядел так, будто только что проснулся, и про себя подумал: *Вот это да, одно предложение — два объяснения. Ты точно что-то скрываешь!*

Видя, как на лице Нин Цю появляется всё больше сомнений, Ван поспешил пригласить его войти.

«Нин Цю, почему ты сегодня заглянул?»

Взяв чашку с чаем, стоявшую рядом, и отпив уже остывший напиток, Ван спросил Нин Цю, по какому делу тот пришёл.

«Ничего особенного. Давно не навещал вас. Вот, я принёс тушёную свинину, которую приготовила мама, попробуйте».

Сказав это, Нин Цю поставил банку с мясом на письменный стол.

Чайная чашка в руке Вана дрогнула, едва не упав на пол.

«Ваша… ваша мама готовила мясо?»

Дрожащим голосом произнеся эти слова, Ван теперь не мог описать своё состояние. Это был не просто страх.

«Да, мама только что приготовила, специально попросила меня передать».

Молодой человек перед ним говорил искренне, с неподдельным выражением лица, словно заботливый сын, стремящийся отплатить за воспитание старшего, но Ван совсем не был счастлив.

Глядя на это знакомое лицо, воспоминания Вана вернулись на восемнадцать лет назад.

В тот год в городе Цинъян разразился масштабный кризис, затронувший все районы города. Солнечный приют, которым он управлял, тоже не избежал этого. Все силы безопасности города были переброшены для спасения важных районов, и только небольшая группа сотрудников службы безопасности и он сам защищали детей в приюте.

Однако серьёзность того кризиса превзошла все ожидания и не заканчивалась целый месяц. За пределами приюта царил хаос, словно в конце света, а внутри приюта таились опасности и возникали критические ситуации.

Члены группы безопасности падали один за другим, дети пропадали. В свои тогдашние лучшие годы Ван постарел на двадцать лет за этот месяц.

Когда все были на грани гибели, семилетний Нин Цю нисколько не боялся, словно всё это его не касалось.

Этот ребёнок всё время прилипал к нему и беспрестанно спрашивал: «Дедушка Ван, как думаешь, мои родители скоро придут за мной?»

В смятении он сначала не заметил ничего необычного в Нин Цю, считая, что ребёнок просто напуган и скучает по семье.

Вскоре все сотрудники группы безопасности погибли в борьбе с аномальными явлениями, отдав свои молодые жизни, чтобы защитить чужих детей.

Затем погибло большинство сотрудников приюта. За долгие годы заботы они уже считали детей приюта своими родными, и ни один из них не отступил в решающий момент из страха за свою жизнь.

Люди, с которыми они проводили дни и ночи, были убиты и поглощены ужасными и отвратительными существами. Сердце Вана было наполнено скорбью, и в конце концов он сам был готов умереть в любой момент.

Но когда наступил самый отчаянный момент, Нин Цю с улыбкой подбежал к нему и сказал: «Дедушка Ван, я чувствую, что сегодня вечером мои родители придут за мной».

Ван горько усмехнулся, погладил Нин Цю по голове и утешил его, сказав, что родители обязательно придут за ним сегодня вечером.

В ту ночь город Цинъян, бушевавший целый месяц, встретил свой первый дождь, весь город был окутан пеленой дождя.

В ту ночь ворота, которые держались целый месяц, были распахнуты высокой фигурой, и низкий, леденящий душу зов разнёсся по всему приюту.

Этот голос непрестанно звал одно имя.

Ван с недоверием смотрел на ужасающую фигуру в дожде, и, услышав имя, которое звал этот голос, был ещё более поражён и испуган.

Нин Цю, который всё время был рядом с ним, радостно улыбнулся и повернулся к нему.

«Дедушка Ван, мои родители пришли за мной».

Сказав это, он, не оборачиваясь, побежал в тёмный дождливый вечер, на ходу отвечая на этот зловещий зов.

В тот момент, то ли из-за беспокойства о безопасности Нин Цю, то ли из-за своей ответственности как директора, Ван решительно последовал за ним.

Когда он добежал до ворот и по-настоящему увидел облик этой высокой фигуры, Ван понял, с каким ужасающим существом ему предстоит столкнуться.

Двухметровые ворота едва достигали его шеи, длинные чёрные волосы закрывали всё лицо, постоянно искажённый мрак клубился вокруг него.

Это было существо, словно вышедшее из бездны, перед которым все живые существа превращались в муравьёв.

Он наклонился, протянул огромные руки к Нин Цю, приглашая его.

Но в глазах Вана это было не что иное, как хищный зверь, раскрывшй свою пасть, ожидающий, когда добыча сама прыгнет в неё. Он хотел броситься вперёд, чтобы остановить его, но увидел сцену, которую не забудет до конца своих дней.

Мальчик в дожде радостно побежал к высокой аномалии, его нежные маленькие руки схватили бледную гигантскую руку, и тут же он весь бросился в объятия тьмы.

Существо медленно сжало руки, обняв мальчика, и затем, выпрямившись, собралось уходить.

Ван больше не мог сдерживать слёзы. Он ненавидел себя за свою беспомощность, за то, что мог лишь наблюдать, как этот ребёнок, который так к нему привязался, был соблазнён и контролируем аномалией, и ничего не мог сделать.

Боль от потери близких в течение месяца заставила этого уставшего и беспомощного мужчину в тот момент проявить величайшую смелость в своей жизни.

Он бросился в пелену дождя, прорываясь сквозь огромное давление, исходящее от тёмной тени. Сегодня он был готов отдать свою жизнь, чтобы спасти мальчика из лап аномалии.

Но именно в этот момент Нин Цю, обнятый аномалией, заговорил.

«Дедушка, всё хорошо. Мама пришла за мной, чтобы забрать домой. Вам не стоит беспокоиться».

Шаги Вана остановились, он замер на месте, не в силах поверить, позволяя дождю промочить глаза и затуманить зрение.

Он смутно видел, как высокая чёрная фигура, обняв Нин Цю, повернулась и ушла. Нин Цю обернулся, радостно помахал ему рукой на прощание.

Неизвестно, было ли это его воображением, но голос аномалии снова прозвучал в его ушах, но уже не так низко и холодно. Он сказал ему:

«Спасибо».

В тот момент, по неведомой причине, он ответил: «Н-нет… не за что…»

В мгновение ока аномалия исчезла из его поля зрения.

Как раз когда Ван подумал, что на сегодня всё кончено, аномалия снова появилась перед ним.

Он держал Нин Цю одной рукой, а другой крепко сжимал серую тень, которая отчаянно извивалась и металась.

Серая тень изо всех сил пыталась вырваться из хватки большой руки, но ничего не получалось.

Большая рука продолжала сжиматься, серая тень продолжала кричать, затем крики становились всё слабее, пока наконец не прекратились.

Высокая фигура повернулась, унося Нин Цю и серую тень, и исчезла в бескрайней дождливой ночи.

С тех пор в приюте больше не пропадали люди, а кризис в городе Цинъян также рассеялся.

Кризис миновал, но многие люди тоже ушли.

Приют возобновил нормальную работу, продолжая принимать детей, потерявших родителей в катастрофе, и нанял новых воспитателей.

Но мальчик, унесённый аномалией в дождливую ночь, исчез без вести.

Многие дождливые ночи Ван стоял у окна в коридоре и тихо смотрел в сторону ворот приюта.

У него всегда было чувство, что этот ребёнок не умер и однажды вернётся.

Время медленно стирало воспоминания Вана о той ночи. Работа продолжалась, жизнь продолжалась.

И вот, год спустя, тот, кого он помнил, вернулся. Целым и невредимым.

Когда Нин Цю снова появился перед Ваном после того, как его забрала аномалия, он просто не мог поверить, что кто-то может вернуться невредимым после того, как его забрала аномалия, тем более, что Нин Цю был всего лишь семилетним ребёнком, когда его забрали.

Помимо шока, радость Вана была очевидна, но прежде чем он успел что-либо сказать, слова Нин Цю заставили его похолодеть.

«Дедушка Ван, я сейчас очень хорошо живу с мамой».

http://tl.rulate.ru/book/195553/20876310