Готовый перевод The Return of the Sword God / Возвращение Бога Меча: Глава 17: Люди не меняются

Словно доказывая это, Пан Ходжин с лёгкостью принял левой рукой решающий выпад, который нанёс Са Мугун.

Несмотря на то что атака была острой, как шило, и на колене противника вспыхнуло настоящее остриё канги, Пан Ходжин, призвав сияние ладоней, без труда заблокировал удар.

Затем, удерживая колено врага, он широко взмахнул клинком.

Вжик. Хруст.

Раздался негромкий звук разрезаемой плоти, и обе ноги Са Мугуна были отсечены.

Тот широко разинул рот, не успев даже среагировать на мгновенную потерю конечностей.

От невыносимой боли он не смог издать даже стона.

— Ох!

— …!

При виде этого зрелища не только Гым Хоён, наблюдавший со стороны, но и его телохранители замерли с выражением крайнего потрясения на лицах.

Они не могли поверить своим глазам, даже видя это вживую.

Когда Са Мугун, царивший на вершине среди наёмников, оказался беспомощным перед совсем юным молодым талантом, телохранители не могли понять, сон это или явь.

Точнее, им казалось, что они видят какое-то наваждение.

— Кх-а-а-а-а…!

Вернул их к реальности сам Са Мугун.

Лишившись правой руки и обеих ног, с левой рукой, разрубленной до самого локтя, он стонал от боли, извиваясь на земле, словно червяк.

От его вида — живого, но совсем не похожего на живое существо — всех присутствующих бросило в дрожь.

Казалось, можно было почувствовать его боль, просто глядя на него.

Хлыщ!

Пан Ходжин, некоторое время наблюдавший за ним, без малейших колебаний вонзил клинок в сердце Са Мугуна.

Это был окончательный удар.

— Т-ты… я тебя ни за что…

— Ага. Этого не случится.

Умирающий Са Мугун сверлил его взглядом, полным яда и жажды убийства, но Пан Ходжин лишь фыркнул.

Пройдя через смерть, он слишком хорошо знал, насколько тщетны подобные слова.

— П-послушайте…

Пан Ходжин, расправившийся с Са Мугуном с таким бесстрастным лицом, будто раздавил букашку, встряхнул клинок. Он сделал это так, словно стряхивал некую грязь.

В этот момент к нему осторожно подошёл Гым Хоён.

— Благодарю за помощь. Благодаря вам, великий герой, я смог сохранить жизнь. Огромное вам спасибо.

Когда Пан Ходжин обернулся, Гым Хоён искренне и почтительно сложил руки в приветствии кулаком и ладонью.

Он выразил благодарность по обычаям Мурима.

Увидев это, Пан Ходжин слегка удивился.

Он почувствовал, что тот выражает признательность не как второй молодой господин поместья Гым, а просто как человек.

— Б-благодарим!

— Спасибо за спасение, великий герой!

Следом за Гым Хоёном телохранители один за другим выкрикивали благодарности, склоняя головы перед Пан Ходжином.

У каждого из них на лице читалось облегчение человека, буквально восставшего из мёртвых.

— Говорят, что излишняя вежливость превращается в неблаговоспитанность, так что на этом и закончим. К тому же у нас с Са Мугуном были свои старые счёты.

Если быть точным, это была вражда из прошлой жизни, но важным оставалось то, что Пан Ходжин её помнил.

Да и в любом случае Са Мугун был тем, кто заслуживал смерти.

— Ах, меня зовут Гым Хоён из поместья Гым. Если не будет грубостью с моей стороны, могу ли я узнать ваше достопочтенное имя?

Хотя на вид спаситель был моложе него, Гым Хоён соблюдал этикет, преисполненный глубокого уважения.

Конечно, он испытывал неоплатный долг за спасение жизни, но в Канхо боевая мощь сама по себе была статусом и определяла иерархию.

Поэтому Гым Хоён без колебаний проявлял смирение.

— Меня зовут Пан Ходжин из монастыря Шаолинь.

— Значит, всё-таки Шаолинь. Подумать только, что там есть такой человек, как великий герой Пан. Вы светский ученик?

— Именно так.

Глаза Гым Хоёна заблестели.

Однако он мгновенно скрыл этот блеск.

— Поразительно. Быть светским учеником и обладать силой, достаточной, чтобы сокрушить Железного Короля.

— Мне просто повезло, — скромно ответил Пан Ходжин.

И это была доля правды. Если бы он не знал особенностей боевых искусств Са Мугуна, и если бы Са Мугун не проявил беспечность, победить его так легко бы не удалось.

Пан Ходжин сейчас находился в состоянии, когда уровень его мастерства был высок, но из-за недостатка нэйгуна он ещё не мог в полной мере раскрыть свои истинные боевые искусства.

«Да он ещё и скромен!»

Этот ответ произвёл на Гым Хоёна ещё более глубокое впечатление. Ему казалось невероятным, что человек, одолевший воина уровня Железного Короля, ничуть не задирает нос. Обычно люди в таком возрасте склонны важничать или проявлять высокомерие, но в Пан Ходжине этого не было и в помине. Напротив, он вёл себя так, будто ничего особенного не произошло.

Глоть!

У Гым Хоёна бешено забилось сердце. Но сейчас было кое-что поважнее.

— Вы спасли жизни не только мне, но и моим телохранителям, поэтому я хочу отблагодарить вас. Если вы не слишком заняты, я хотел бы пригласить вас на достойный ужин. Не могли бы вы проводить нас хотя бы до ближайшей деревни? Если я отпущу великого героя Пана вот так, мне будет очень неспокойно на душе.

Гым Хоён снова почтительно склонил голову. Он искренне просил дать ему возможность отплатить за добро.

Однако Пан Ходжин понимал: всё это было просчитано.

«Ну конечно. Только такой человек может метить на место наследника поместья Гым».

Безусловно, Гым Хоён был искренен. Просто он хотел одновременно и отблагодарить спасителя, и обеспечить собственную безопасность. Инстинкт выживания был естественным для человека.

И подобная хитрость казалась Пан Ходжину вполне невинной.

«Не знаю, сможет ли он победить в борьбе за наследство, но иметь такого должника лишним не будет».

Мысли Пан Ходжина работали так же быстро, как и у Гым Хоёна. Чтобы победить в войне с Четырьмя Гегемонами, сил одного лишь Праведного Мурима было недостаточно. Пан Ходжин ощущал это острее, чем кто-либо другой. Но если Срединные Равнины и весь Канхо объединят силы, результат будет иным.

— Хорошо. Я тоже беспокоюсь, поэтому провожу вас до ближайшей деревни. Раз уж я ввязался в это дело, будет правильно довести его до конца.

— Благодарю!

Гым Хоён лучезарно улыбнулся. При этом про себя он отметил, что этот юноша не так прост, как кажется на первый взгляд.

Он мгновенно понял истинный смысл слов Пан Ходжина. И от этого тот понравился ему ещё больше.

— Второй молодой господин, я заберу трофейную голову Железного Короля.

— Сделай это. Найдутся те, кто не поверит, пока не увидит своими глазами. К тому же она пригодится и для других целей.

— Слушаюсь.

Когда разговор был окончен, к ним осторожно приблизился капитан гвардии. Он бросал на Пан Ходжина взгляды, полные восхищения.

Гым Хоён заметил это, но не стал ругать подчинённого. Он прекрасно понимал, насколько велика была продемонстрированная Пан Ходжином мощь.

— Вы подождёте, пока мы здесь всё закончим?

— Да.

Раз уж он решил идти до деревни, Пан Ходжин ответил без колебаний. Он неспешно огляделся вокруг. Даже не двигаясь с места, он мог прощупать окрестности, используя чувство Ци.

Шорох!

Тем временем телохранители быстро собирали тела погибших товарищей.

Видя, как те, с кем они ещё вчера смеялись и болтали, превратились в холодные трупы, некоторые воины всхлипывали. Даже близость к смерти не делала её привычной. Каждый поминал усопших по-своему, отдавая им дань уважения.

Закончив со сборами, Гым Хоён немедленно направился к ближайшему поселению. Как и обещал, он собирался устроить Пан Ходжину настоящий пир. Однако, сняв комнату в самом большом постоялом дворе и заказав лучший ужин, Гым Хоён тут же, без отдыха, принялся за дела.

— Что слышно о третьем молодом господине?

— Кажется, он ещё не знает о смерти Железного Короля.

— Скорее всего. У нас есть примерно день.

Несмотря на то что это был его брат, Гым Хоён называл его «третьим молодым господином». Он изначально не считал его роднёй. Отцы у них могли быть одними, но они были детьми от разных матерей, а значит, по крови наполовину чужие. И после этого нападения Гым Хоён окончательно признал в нём врага.

— Когда он узнает о гибели Железного Короля, это станет для него шоком.

— Несомненно. Я и сам приготовился к смерти в тот момент, когда Железный Король меня предал.

На слова капитана Гым Хоён тихо вздохнул. Одно лишь воспоминание об этом заставляло его содрогнуться. Если бы не появился Пан Ходжин, он наверняка погиб бы от руки Са Мугуна, а наследником поместья Гым стал бы либо первый, либо третий молодой господин.

«Он нанёс удар в спину. Не думал, что он решит первым делом избавиться от меня».

Хотя это и была борьба троих, на данный момент ближе всех к креслу главы был первый молодой господин. Гым Хоён и третий молодой господин лишь активно преследовали его. То есть для успеха в будущей схватке логично было сначала ослабить первого брата, но третий, вопреки ожиданиям, нацелился на Гым Хоёна.

«Значит, вот как ты решил играть».

Глаза Гым Хоёна налились кровью. На самом деле он не воспринимал третьего брата всерьёз. Его силы были самыми слабыми, и Гым Хоён полагал, что тот понимает: чтобы перевернуть доску, нужно сначала скинуть лидера — первого молодого господина. Но, вопреки логике, третий брат выбрал своей целью его.

«Видно, хотел сожрать меня, а потом уже договариваться с первым братом, полностью поглотив моё влияние. Глупо. Думать, что если я исчезну, то вся моя поддержка автоматически перейдёт к нему…»

Гым Хоён усмехнулся. Такой ход был верхом ограниченности. С другой стороны, возможно, именно поэтому он и решился на нападение — потому что не видел всей картины целиком.

— Мы сами сообщим о смерти Железного Короля. Третий наверняка уверен, что я мёртв. Когда он увидит, что я цел и невредим, он дрогнет. Наверняка он потратил кучу денег, чтобы переманить Железного Короля. Мы не должны упустить этот момент и обязаны раскачать лодку ещё сильнее. Так, чтобы он потерял почву под ногами. Вместе с ним должны засомневаться и те, кто его поддерживает. Мы воспользуемся этой трещиной и переманим людей на свою сторону. В конце концов, торговец всегда идёт туда, где больше выгоды. Узнав, что Железный Король повержен, многие призадумаются, даже если не подадут виду.

— Вы собираетесь поглотить влияние третьего молодого господина.

— Он ударил первым, так что это самооборона. А раз решился ударить, должен быть готов получить сдачи.

— Вы правы.

Капитан гвардии согласно кивнул. В каком-то смысле война торговцев была такой же яростной и беспощадной, как и схватка воинов. Капитан прочувствовал это на собственной шкуре, оказавшись в этом мире. А также понял, что везде, где живут люди, всё устроено примерно одинаково.

— Давай вернём долг с процентами. Просто отдать основную сумму — это как-то не по-родственному, верно?

— Я сделаю всё возможное.

Капитан гвардии ухмыльнулся. Эта война была не только войной Гым Хоёна. Если бы Пан Ходжин не помог, капитан закончил бы свою жизнь на том диком склоне так же, как и его господин, поэтому он тоже горел желанием поквитаться.

— Кстати, что ты узнал о великом герое Пане?

— Да. Он действительно ученик Шаолиня. Светский ученик, а его наставник — сам настоятель.

— Ого. Впрочем, неудивительно. Чтобы обладать такой силой в его возрасте, учителем должен быть кто-то уровня настоятеля.

Гым Хоён сначала удивился, но быстро принял это как должное. Иначе его мастерство просто не имело бы объяснения. Но капитан ещё не закончил.

— Говорят, в этом году ему исполнилось двадцать. Боевое искусство, которое он практикует, — это, как ни странно, Три меча Бодхидхармы. Ещё при поступлении его называли гением. У него не было связи с буддийским учением, но великий мастер Тамхён лично привёл его, впечатлившись исключительно его талантом.

— Двадцать лет и Три меча Бодхидхармы?

Глаза Гым Хоёна округлились. Три меча Бодхидхармы — это техника, о которой, без преувеличения, слагали легенды. Тот факт, что её доверили светскому ученику, а не прямому последователю, означал, что талант Пан Ходжина был поистине заоблачным. Гым Хоён не мог скрыть своего потрясения.

— Насколько мне удалось выяснить, до недавнего времени само его существование держалось в секрете, но после поединка с молодым главой клана Намгун о нём узнал весь мир.

Люди не меняются

http://tl.rulate.ru/book/194921/20590432