Готовый перевод Ten Years for Anothers Crime: Returned Invincible / Десять лет в адской тюрьме: Возвращение непобедимого бога: Глава 8: Герой склоняет голову, почитая за божество

— Я и есть правила.

Эти слова, словно гром среди ясного неба, оглушительно отозвались в сознании Чжао Сихая.

Улыбка мгновенно сползла с его лица. Теперь на нем застыла мрачная, свинцово-серая маска ярости.

Больше двадцати лет он правил Цзянчэном. Пройдя путь от обычного уличного хулигана до нынешнего положения, Чжао Сихай полагался на два столпа: беспощадную «жестокость» и расчетливую «стабильность».

Еще никогда в жизни никто не осмеливался бросать ему в лицо столь дерзкие, безумные слова. Никто еще не позволял себе так открыто и бесстыдно давать ему пощечину перед подчиненными.

— Хорошо!

— «Я и есть правила»! Великолепно сказано! — Чжао Сихай рассмеялся от закипевшей в нем ярости, и в его глазах вспыхнула неприкрытая жажда крови.

Он не стал больше тратить слова. Резко взмахнув рукой, он отдал приказ ледяным голосом, в котором слышалось дыхание самой преисподней:

— Взять его!

— Я хочу посмотреть, что окажется крепче: твой лоб или мои пули!

— Пусть узнает, кто в Цзянчэне на самом деле устанавливает правила!

Раздался резкий лязг металла.

Несколько десятков элитных бойцов, затаившихся за его спиной, слаженно выхватили из-за пазух вороненые пистолеты. Щелкнули предохранители, и в то же мгновение десятки холодных стволов нацелились прямо в сердце Линь Фэна.

Атмосфера в роскошном вип-зале мгновенно пропиталась запахом смерти. Воздух, казалось, застыл, превратившись в монолит.

Однако в тот самый момент, когда ситуация накалилась до предела и кровопролитие казалось неизбежным...

— Посмотрю я, кто посмеет шелохнуться!

Яростный рев, подобный удару молнии, донесся из-за дверей.

Следом за криком дубовые створки с грохотом распахнулись под напором грубой силы. Первым в зал ворвался Брат Бао — известный в Цзянчэне местный авторитет. Лицо его было искажено гневом, а в руках он сжимал сверкающий тесак.

За ним хлынула живая черная волна — более сотни бойцов, вооруженных стальными трубами и мачете, заполонили пространство, мгновенно взяв людей из Общества Лунсин в плотное кольцо.

Две группировки замерли друг против друга в роскошном «Императорском зале». Напряжение достигло апогея.

Ван Бао стремительно прошел сквозь толпу и остановился за спиной Линь Фэна. Затем, под ошеломленными взглядами присутствующих, он почтительно склонился, опустив голову, которую никогда прежде не склонял ни перед кем в криминальном мире города.

— Господин Фэн! Ван Бао прибыл слишком поздно, молю о прощении!

Это обращение — «Господин Фэн» — прозвучало так естественно и с таким глубоким почтением, что лицо Чжао Сихая снова изменилось.

Он в упор уставился на Ван Бао холодным, змеиным взглядом.

— Ван Бао, что это значит?

— Ты собираешься из-за какого-то безродного выскочки пойти против Общества Лунсин и всего теневого мира Цзянчэна?

Чжао Сихай не ожидал, что даже такой осторожный делец, как Ван Бао, заботившийся только о своей территории, окажется на стороне противника. Но даже так глава Лунсин чувствовал себя в безопасности. Сила его организации была несравнима с мелкими бандами Ван Бао. Если дело дойдет до настоящей бойни, он был уверен, что за полчаса заставит всех людей Бао лечь в лужи собственной крови.

В тот момент, когда запах пороха в воздухе стал почти невыносимым...

В кармане Чжао Сихая внезапно бешено завибрировал телефон.

Сначала он хотел проигнорировать звонок, но, мельком взглянув на экран, замер. Его зрачки сузились до размеров игольного ушка, а лицо резко побледнело.

Не смея медлить ни секунды, он знаком приказал своим людям не дергаться и поспешно поднес трубку к уху. На его губах мгновенно появилась та самая дежурная подобострастная улыбка.

— Господин Чэнь, здравствуйте, здравствуйте. Почему вы звоните так поздно...

Он не успел договорить. Из динамика донесся властный голос, пропитанный едва сдерживаемой яростью.

Это был богатейший человек Цзянчэна — Чэнь Тяньсюн.

— Чжао Сихай! — Голос Чэня был холодным, как арктический лед. — Человек, стоящий перед тобой — мой спаситель! Драгоценный гость, которого семья Чэнь почитает за божество!

— Мне плевать, какие у вас с ним терки. Я скажу тебе только одно!

— Если ты сегодня посмеешь тронуть хоть волосок на его голове, то с завтрашнего дня семья Чэнь бросит все силы на то, чтобы ты и всё твоё Общество Лунсин навсегда исчезли из Цзянчэна!

— Мы будем биться с тобой до последней капли крови! До самой смерти!

Последние слова Чэнь Тяньсюн практически прокричал. Эта волна первобытного гнева и непреклонной решимости через динамик ударила Чжао Сихая прямо в сердце.

В голове у Чжао мгновенно помутилось.

Семья Чэнь! Война на уничтожение!

Эти слова, словно огромные скалы, рухнули на него, лишая возможности дышать.

Смартфон с глухим стуком выпал из его ослабевших пальцев на ковер. На лбу выступила холодная испарина, за мгновение пропитавшая рубашку на спине.

Когда он снова посмотрел на Линь Фэна, его взгляд полностью преобразился. От былой жестокости и пренебрежения не осталось и следа. Теперь в его глазах плескались ужас, шок и... глубочайшее благоговение.

Человек, ради защиты которого Чэнь Тяньсюн готов объявить тотальную войну... Что это за могущественная фигура с доступом к небесам?!

А он только что целился в него из пистолета? Хотел научить его своим правилам?

От этих мыслей у Чжао Сихая закружилась голова, ноги стали ватными, и он едва не рухнул на колени.

Он не колебался!

На глазах у всех своих подчиненных, перед сотней людей Ван Бао...

«Хлысь!»

Он со всей силы влепил себе звонкую, сокрушительную пощечину. Удар был такой мощи, что из уголка его рта брызнула кровь.

Затем он отвесил Линь Фэну глубокий, девяностоградусный поклон. Его поза выражала крайнюю степень смирения.

— Господин Фэн! — Его голос дрожал от нескрываемого страха. — Это я, Чжао Сихай, был слеп и не узнал великого мастера! Мои глаза заросли грязью, я заслуживаю смерти!

— Умоляю, Господин Фэн, проявите великодушие, пощадите мою никчемную собачью жизнь!

В этот момент грозный лидер подземного мира Цзянчэна окончательно склонил свою гордую голову.

Он почитал его как бога.

http://tl.rulate.ru/book/194552/21393536