Когда восточные лучи солнца пронзили линию горизонта, шторм наконец утих, небо прояснилось, а море успокоилось.
Измазанный с ног до головы Стэйн сидел, привалившись к фальшборту. Рядом изящно хрустела сушёной рыбкой Хедвиг.
Стэйн проглотил припасённые «Чудо-ягоды», его мысли были полностью поглощены итогами минувшей ночи.
Смерть более чем шестидесяти рыболюдей шахуа, четырёх змеелюдов, одного водного чудовища и половины команды принесла ему колоссальный прирост — 910 единиц Энергии души. Вместе с уже имеющимися 447 единицами, его общий пул Энергии души достиг 1357 очков. До отметки в 1800 оставалось совсем немного.
А благодаря оказанию помощи раненым матросам, его навык Медицины повысился на 3.
С точки зрения личной выгоды для Стэйна всё сложилось как нельзя лучше — одна масштабная битва почти подняла его до 4-го уровня. Но этот успех был выкован из жизней реальных людей.
— Хедвиг, ты отлично постаралась прошлой ночью.
Стэйн взял кошку на руки. В бою с водным чудовищем Хедвиг ничем не могла помочь, поэтому он велел ей содействовать матросам, добивая слабых рыболюдей шахуа, и её эффективность оказалась выдающейся.
— Мяу!
— Хедвиг гордо вздёрнула подбородок, не забыв при этом дожевать сушёную рыбку.
— Стэйн, иди отдохни, я покараулю.
Предложила Риэн, которая тоже только что съела «Чудо-ягоду». Её ментальное состояние до сих пор оставалось стабильным.
Стэйн покачал головой и, взглянув на плотные свинцовые тучи в нескольких километрах от них, ощутил странную гнетущую ауру, исходящую от океана:
— Не стоит. Думаю, Орм скоро сам придёт к нам.
Риэн проследила за его взглядом и задумчиво посмотрела на облака.
Как и ожидалось, вскоре к ним подошел уставший Орм, облачённый в полулаты:
— Господин Стэйн, госпожа Ефэн. Ещё раз благодарю вас. Вот ваша награда, как и было условлено. Сорок платиновых монет.
Стэйн вздохнул:
— Не нужно этих слов. Наша помощь тоже была ограниченной.
Риэн же совершенно естественно приняла кошель из рук Орма.
Отсчитав пятнадцать платиновых монет, она спрятала их у себя — это была её доля за совместное уничтожение чудовища. Ещё пятнадцать монет полагались Стэйну. Оставшиеся десять платиновых монет были платой Стэйну за спасение жизней с помощью «Лечащего слова».
Сорок платиновых монет равнялись четырёмстам монетам Платиновый Орел, что, в свою очередь, составляло четыре тысячи золотых.
Вес четырёх тысяч золотых был немалым. Тот факт, что Стэйн трижды возвращался в Кольцо Прилива с туго набитым рюкзаком, не был лишен смысла — слишком большое количество денег порой доставляло огромные неудобства.
Именно поэтому и существовали валюты более крупного номинала — платиновые монеты и монеты Платиновый Орел, которые подходили для оптовых торговых операций. Торговая палата Лунного Прилива, разумеется, всегда имела при себе такие крупные деньги.
— Нет, вы помогли нам неизмеримо, к тому же от части оплаты вы отказались, — торжественно отдал воинский салют Орм.
Стэйн отмахнулся:
— Я друид. В конце концов, я не могу быть столь же рациональным и бессердечным, как маги, которые до копейки просчитывают каждую услугу. Даже используя «Лечащее слово», я не смог спасти некоторых тяжелораненых матросов. Как у меня повернётся язык брать с вас полную сумму? Тем более, вам придётся выплатить немало компенсаций семьям погибших, так что это морское плавание вряд ли принесет много прибыли.
— Эх, сейчас проблема вовсе не в том, много ли мы заработаем. Есть дела куда серьёзнее. Вам двоим лучше морально подготовиться.
Стэйн и Риэн переглянулись, мысленно произнеся: «Так и знали».
— Что за плохие новости? Выкладывайте.
— Их две.
— Две? И какие же?
— Один из кораблей отстал от флотилии. Возможно, его потопили эти рыболюди шахуа, а возможно, они просто сбились с курса. В любом случае, корабль пропал.
— Это и впрямь скверная весть, — с долей скорби произнес Стэйн.
— А вторая?
— Мы сбились с курса, — мрачно ответил Орм.
— Но что ещё хуже, мы зашли в Район Смертоносных Рифов.
— Район Смертоносных Рифов?! Что это за место?
Стэйн повернулся к Риэн. Услышав слово «смертоносный», он почувствовал дурное предчувствие.
— Если вкратце, это одно из известнейших мест кораблекрушений в Море Лунных Теней. Оно кишит морскими хищниками, зазубренными рифами, призраками затонувших флотилий, мстительными духами утопленников, водоворотами и подводными течениями, а также отличается отвратительной погодой. За всю историю мореплавания у Островов Лунных Теней из этого района не возвращалась и одна флотилия из ста.
Равнодушно поведала Риэн об обстановке в этом гиблом месте.
Стэйн глубоко вдохнул, успокаивая нервы, и посмотрел на Орма:
— Выходит, мы обречены?
— Я бы так не сказал, — покачал головой Орм.
— Какая-то надежда ещё теплится.
— Да? И как же нам отсюда выбраться?
— Благодаря тебе.
— Мне?! — с сомнением указал на себя Стэйн.
— Причина, по которой многие случайно забредшие сюда флотилии не могут выбраться, не только в том, о чём рассказала госпожа Ефэн. Главная причина — это магический лабиринт, сформированный рифами. Всем, кто попадает сюда, невозможно просто развернуться и уйти тем же путём. Мы должны найти живую тропу внутри этого магического лабиринта. И вы, господин Стэйн, с вашими способностями к восприятию океана — ключ к нашему спасению.
Орм с отчаянием посмотрел на друида.
— Магический лабиринт?! — пробормотал Стэйн и невольно взглянул на Риэн. Увидев её кивок, он понял, что его повисшее в напряжении сердце окончательно ухнуло вниз.
— Хорошо. Раз уж на кону жизни экипажей четырёх кораблей, не говоря уже о моей собственной, я сделаю всё, что в моих силах.
Стэйн поднялся, отряхивая пыль с одежды.
— Идём в рулевую рубку.
На самом деле, ещё во время помощи матросам, Стэйн, благодаря своей тесной связи с океаном, уловил исходящий от него холодок и мрачность, которые со временем только усиливались. Именно это и было причиной его плохих предчувствий.
Теперь, выслушав объяснения Риэн и Орма, он наконец осознал природу этих ощущений.
Океан вмещает в себя всё сущее. Стэйн и раньше ощущал нечто подобное, но тогда это было едва заметно, ведь терпимость океана безгранична, и малейший дисбаланс был подобен капле в море.
Но сейчас Стэйн столкнулся с обратной, темной стороной Океана.
— Не спеши прокладывать курс. Флотилия бросит якорь на сутки для передышки. Вы тоже измотаны после битвы, сперва восстановите силы.
Сутки спустя.
Все матросы, кроме тяжелораненых, собрались на носу корабля. Семь шлюпок с телами погибших товарищей, объятых бушующим пламенем, плыли на север.
Это был особый ритуал погребения в море, характерный для Островов Лунных Теней. Все верили, что души усопших вместе с приливами Моря Лунных Теней вернутся на прародину предков на севере.
После завершения церемонии по приказу Орма четыре корабля подняли якоря и тронулись в путь.
Возглавляемые «Туманным Китом», три других судна выстроились в кильватерную колонну и медленно двинулись вглубь Района Смертоносных Рифов.
В водах, усеянных острыми, как бритва, рифами, высокая скорость была равносильна самоубийству. Но если они будут двигаться слишком медленно и проведут в этом районе слишком много времени, возникнет другая острая проблема — провизия. Еда рано или поздно закончится, и тогда даже самый точный курс не спасет их от гибели.
Поэтому способность Стэйна прощупывать морское дно стала критически важной. Носовая фигура дельфина-штурмана на «Туманном Ките» в этом нагромождении рифов оказалась практически бесполезной.
— На север! Лево руля на 16 градусов, впереди в трехстах метрах скрытый риф!
— На юго-запад! Право руля на 3 градуса, спереди слева в пятистах метрах риф!
— На юго-восток! Лево руля...
Флотилия «Туманного Кита» прокладывала путь сквозь Район Смертоносных Рифов уже целые сутки. Поначалу они продвигались с крайней осторожностью, но по мере того, как указания Стэйна раз за разом подтверждали свою точность, скорость флотилии начала постепенно расти.
Это позволило Орму, лично стоявшему за штурвалом, наконец-то выдохнуть с облегчением.
На вторую ночь над поверхностью моря начал подниматься бледный туман. «Туманный Кит» немедленно зажег сигнальные фонари, чтобы указывать путь идущим следом кораблям.
— Смотрите! Что это там?
Закричал дозорный Маллен, указывая на тени, проступающие по обоим бортам.
— Обломки... Слишком много обломков! Это всё корабельные остовы!
Стэйн вышел из рулевой рубки, активируя «Тёмное зрение», и вгляделся вдаль. Бесчисленные скопления остовов простирались так далеко, что не было видно конца.
— Это кладбище затонувших кораблей, — вздохнула Риэн.
— Не знаю, станем ли мы его частью.
Вокруг стояла ужасающая тишина. За исключением плеска воды о корпус судна, Стэйн отчётливо слышал биение собственного сердца.
Они плыли более трех часов, но вереница обломков по бортам всё не заканчивалась.
В какой-то момент над палубой «Туманного Кита» зазвучало едва уловимое пение.
— Выход... Я вижу выход! Вон там выход!
Тяжелораненый матрос, пошатываясь, выбрался на палубу посреди всеобщей тишины. Высунув половину тела за фальшборт, он забормотал:
— Там, это вон там. Мама, мама, я вернулся! Я принес лекарство!
Его здоровая рука отчаянно тянулась вдаль, а тело всё сильнее переваливалось за борт.
— Айк, Айк!
Бултых!
Когда остальные опомнились, матрос по имени Айк уже упал в воду.
— Айк!
— Ого! Это и вправду выход! Вы видите? Там выход!
— Красавицы... Сколько красавиц!
— Драгоценности, золотые монеты! Скорее сюда! Здесь целые горы золота и серебра!
— ...
Словно заразная болезнь, стоило Айку упасть за борт, как галлюцинации начали охватывать всех остальных.
— Это голос морской сирены.
Орм, благодаря своему богатому опыту, мгновенно распознал источник проблемы:
— Саймон! Быстро выруби их!
Риэн и Стэйн переглянулись, после чего эльфийка рванула вперед. Перехватив парные клинки обратным хватом, она начала ловко наносить удары эфесами по шеям околдованных людей.
После предупреждения капитана Стэйн прислушался внимательнее и наконец различил слабое, едва уловимое пение, разносящееся в воздухе.
— Капитан, что будем делать?
Спросил Стэйн, глядя, как Орм достает с пояса какой-то флакон и выпивает его содержимое.
— Мы должны немедленно найти этих сирен и убить их. Раз они могут транслировать свой голос на корабль, значит, они прячутся где-то поблизости в обломках.
— Понял. Предоставьте это мне, я найду их.
Стэйн всё понял. Они-то могли бы просто стиснуть зубы и уплыть прочь — на них чары не действовали. Но позади шли ещё три корабля, и тамошние люди не обладали сопротивлением к «Голосу морской сирены». Если ничего не предпринять, вся флотилия пополнит местное кладбище.
Стэйн незамедлительно организовал «Ритуал океанического медиумизма».
Тот факт, что сирены ускользнули от его восприятия, означал одно из двух: либо у них были особые методы маскировки, либо они пользовались уникальными условиями этой среды.
Стэйн склонялся ко второму варианту.
Это был его первый сеанс глубокого медиумизма в этой морской зоне. Холод, сырость, смерть, разложение, разрушение и безумие — всё это шквалом обрушилось на его разум.
Силой воли стабилизировав своё сознание, Стэйн обратился к духам океана и действительно наткнулся на вездесущие преграды. Подобно туману, застилающему взор, повсюду были тупики, петли и иллюзии.
Стэйн попытался направить силу духов, чтобы пробить эту завесу, но туман, как ему и полагалось, лишь медленно отступал, отказываясь рассеиваться или слабеть.
К счастью, даже этого отступления тумана хватило, чтобы проявить часть обстановки среди обломков.
— Три морские сирены.
В восприятии Стэйна эти три твари сидели на остовах кораблей. Их верхние половины напоминали женские тела со стройными фигурами и кожей, отливающей жемчужным блеском. Её цвет перетекал от бледно-серебристого в лунном свете до бледно-голубого морского оттенка в зависимости от освещения.
Нижняя часть их тел была вовсе не обычным рыбьим хвостом, а длинным туловищем, покрытым ромбовидной чешуёй. В лунных лучах чешуйки светились призрачным синим сиянием, словно тысячи крохотных лун вспыхивали на коже. Они наполовину погрузили свои рыбьи тела в море, лениво перебирая ими и пуская рябь по воде.
Густые, похожие на морские водоросли волосы колыхались в такт чарующему пению, словно всё ещё плыли под водой.
— Нашёл.
Стэйн завершил ритуал и посмотрел на Орма.
— Саймон, назад.
Орм уже успел облачиться в доспехи и сжимал в руках щит и огромный молот.
Выйдя на палубу, они увидели, что на ногах остались лишь Саймон, старпом Булинга и Риэн, а вся остальная палуба была усеяна бессознательными телами раненых и целых матросов.
— Капитан, я бросил якорь и передал сигнал остальным, — доложил старпом Булинга, который последним поднялся на палубу.
— Господин Стэйн, вы остаётесь на корабле. Я, Булинга, Саймон и госпожа Ефэн отправимся убить сирен.
— Нет. Без меня вы их не найдёте. Я должен пойти.
Покачал головой Стэйн.
Орм тяжело выдохнул:
— Ладно. Булинга, тогда ты остаёшься. Остальные идут со мной за сиренами.
Через три минуты с борта «Туманного Кита» спустили шлюпку.
Орм, обладающий наибольшей физической силой, в одиночку сел за весла.
— Морские сирены Островов Лунных Теней отличаются от остальных. Помимо природного чарующего пения, они превосходно управляют океаном. Могут контролировать воду на небольших дистанциях: создавать подводные течения, водяные стены и водовороты. Своей кожей они чувствуют погоду. Магия иллюзий позволяет им менять облик между человеческим и истинным. В полнолуние их сила возрастает наполовину, и они получают способность лечить лёгкие раны... Слава богам, сегодня не полнолуние. И наконец, они трижды в день могут применять заклинания «Туманное облако» и «Внушение».
Орм быстро провёл ликбез по способностям сирен:
— Особое внимание следует уделить их «Внушению». Без сильной Мудрости поддаться этому очень легко. Саймон, тебе нужно быть предельно осторожным. Не выдавай своего присутствия раньше времени, не давай сиренам ни единого шанса.
— Понял, капитан.
После того как четверка ещё раз обсудила план действий, шлюпка под руководством Стэйна вскоре приблизилась к обломкам, где находились морские сирены.
Согласно плану, Стэйн оставил Хедвиг в лодке, а сам первым скользнул в воду и бесследно исчез.
http://tl.rulate.ru/book/193921/20469205
Сказал спасибо 1 читатель