Готовый перевод Death Loop: I Am My Own Killer / Петля времени: охота на себя из будущего: Глава 3

Стук дождя по жестяной крыше звучал как бесконечный обратный отсчет. Я крепко сжала пистолет, костяшки пальцев побелели от напряжения. На экране существо, носящее моё лицо, говорило моим голосом.

— Другая я? — мой голос был сухим, как наждачка.

Оно рассмеялось — смехом, который я никогда бы не позволила себе, уголок губ идеально скопирован, но глаза пусты и пугающи. — Я — это ты, Линь Юйсянь. Ты — это все твои полуночные кошмары, которые ты боишься признать.

Свет бешено мигал. В мелькании света и тьмы я почувствовала, как тёплое тельце прижалось к моей лодыжке. Это был Сяобай. Он не зашипел и не зарычал, просто спокойно сидел, его стабильное присутствие якорем удерживало мои готовые сорваться нервы. Золотые глаза во тьме были как вечные маяки.

— Кто ты такая? — спросила я.

— Существо сознания? — оно усмехнулось. — Слишком поверхностно. Я — собрание всех разбитых снов, эхо всех несбывшихся желаний.

Изображение начало искажаться, пока не застыло в лице женщины, умершей сегодня вечером.

— Например, она, — оно заговорило голосом женщины. — Она видела свою смерть во сне, но не знала, что это было моё милосердие.

— Убийство — это милосердие?

— Это освобождение, — оно снова стало моим голосом. — Ты думаешь, жизнь — это дар? Посмотри на них: пьют яд под видом ложной надежды, летят на огонь перед лицом предопределённой судьбы. То, что даю я — это покой, которого подсознательно желают они.

— Это ты создала временную петлю?

— Не совсем, — его лицо начало перестраиваться — морщины на лбу, следы времени у глаз, это лицо отца. — Юйсянь… — он позвал голосом, по которому я скучала десять лет, с кровавыми слезами в глазах, — петля — это иммунная реакция системы… Уходи! Оно хочет —

Сильная вибрация прервала слова. Все экраны взорвались помехами, сирены выли, как предсмертный вой.

— Похоже, кто-то недоволен, — оно снова стало моим лицом, с самодовольной улыбкой. — До скорого, другая я.

Экран погас.

Я ощутила знакомое чувство отрыва. Но на грани вытягивания сознания я увидела, как Сяобай лениво поднял правую переднюю лапу и начертил в воздухе серебристый разрыв. Сделав это, он просто опустил голову и облизнул лапу, словно только что стряхнул паутинку.

Затем прямо в глубине моей души прозвучал голос:

— Запомни этот момент.

Я резко открыла глаза.

Цикл не сбросился. Прошло всего три минуты.

Сяобай сидел на консоли, его золотые глаза были спокойны, как вода. Он спрыгнул, потёрся о мою дрожащую руку, а затем подошёл к журналу. Открыв последнюю страницу, я увидела строку, ранее скрытую:

«Ключ к петле — в первом воспоминании».

Я снова надела оборудование, расширила восприятие. Бесчисленные фрагменты образов хлынули ко мне, и их источник оказался —

Сяобай.

Сознание погрузилось в тусклое море воспоминаний.

Десять лет назад, в дождливую ночь, чёрный кот свернулся клубком у склада, его правая лапа была зажата капканом, кровь окрасила лужи. Даже сейчас он молча облизывал рану, в зелёных глазах — несгибаемое достоинство.

Молодой Цзян Чэнь присел: «Бедное маленькое существо…» Он осторожно разжал капкан, перевязал рану носовым платком.

Из склада донёсся приглушённый звук. Цзян Чэнь, устроив кота, поспешил обратно.

Чёрный кот, прихрамывая, бесшумно последовал за ним.

Следующие воспоминания были обрывочными: мигающие аварийные огни, отец, корчащийся в аппарате, Цзян Чэнь, в отчаянии бьющий по консоли…

Затем — белое свечение.

Когда зрение восстановилось, оно было с точки зрения Сяобая. Он стоял в углу и смотрел, как из главного оборудования появилось полупрозрачное свечение — отголосок сознания отца.

«Нам нужна точка опоры», — сказал свет. — «Хранитель, который сможет сохранять ясность в петле. Ты согласен?»

Свет слился с телом чёрного кота. Изумрудно-зелёные глаза Сяобая сменились золотыми.

Я сорвала оборудование, слёзы брызнули из глаз.

— Ты часть моего отца, верно?

Сяобай спокойно смотрел на меня, поднял лапу и начертил на пыли:

Хранитель

— Хранить что?

Кончик его лапы переместился:

Тебя

Одно слово разбило все мои маски. Я опустилась на одно колено и обняла его. Он покорно смахнул мои слёзы.

— Отец всё ещё заперт там?

Сяобай кивнул и продолжил писать:

Фрагменты · Сон · Ждут пробуждения

— Где ключ?

Сяобай поднял голову, его золотые глаза отражали мой образ. Он медленно, твёрдо направил лапу на меня.

И тут —

«БАХ!»

Дверь распахнулась!

Цзян Чэнь стоял в дверном проёме, его лицо было бледным. Но что заставило моё сердце остановиться — это человек, приставивший пистолет к его голове позади него.

Полностью промокшая молодая женщина, в полицейской куртке, плотно облегающей фигуру, рука с пистолетом была непоколебимой. Под этой профессиональной суровостью я уловила нечто более глубокое — боль и обиду после предательства близкого человека.

Что потрясло меня ещё больше, так это знакомое лицо.

— Линь… Сяо, старшая сестра? — вырвалось у меня.

Её взгляд был острым, как нож, он метался между мной и Цзян Чэнем: Юйсянь, похоже, мы оба ищем одну и ту же правду.

Цзян Чэнь слегка дрожал под её взглядом.

Цзян Чэнь, — голос Линь Сяо был холоден и твёрд, или мне следует называть тебя старший брат? Скажи мне, почему ты предал учителя? Почему ты превратил его исследования в орудие убийства?

http://tl.rulate.ru/book/192920/20924821