Готовый перевод Cooking in Cultivation World: Everyone Craves My Food / Повар в мире бессмертных: за мои блюда дерутся гении: Глава 18

Хотя ученики сект выше уровня Закалки Ци умели использовать простейшие Заклинания очищения, те могли лишь гарантировать чистоту одежды.

Без стирки вещи всё равно мялись и ветшали. К тому же, чистая одежда носилась куда приятнее. Иногда ученики даже обменивались вещами, на которых обнаруживались дыры.

Поэтому слугам периодически приходилось забирать одежду у личных учеников, внутренних и внешних адептов для стирки. Если вещь портилась, записывали, кому выдать новую форму.

Хэйцзы отвечал за стирку одежды внешних учеников.

Маленькая фигурка сидела на корточках, безэмоционально растирая ткань в руках.

Стоявшие рядом люди, пользуясь отсутствием управляющего, перешёптывались между собой.

......

День.

Юнь Цы готовил колбаски во дворе.

В прошлый раз на рынке он купил свинину и говядину, и мясник Чжан отдал ему внутренности — как раз пригодились для оболочки.

Зелёный лук в саду ещё не созрел, а салат уже можно было собирать. Благодаря духовной энергии и влиянию древесного корня Юнь Цы, овощи росли невероятно быстро, созревая буквально за считанные дни.

Глядя на салат, который, если не сорвать сейчас, станет жестким, Юнь Цы решил, что завтра приготовит «шоучжуабин».

В самом привычном виде это хрустящая лепешка, внутри которой спрятаны ветчина, салат и соус.

Он порубил свинину на мелкие кусочки. Не слишком мелко — чтобы чувствовались малюсенькие ломтики мяса, так будет вкуснее.

Приправив мясо, он наполнил им оболочку.

Чу Цзымо с любопытством наблюдал за процессом:

— Что это?

— Жареные колбаски. Очень вкусная еда.

В детстве, когда он заходил в торговые центры, там всегда стоял густой аромат, и он каждый раз умолял маму купить ему одну.

Юнь Цы склонился над работой, стараясь аккуратно набить мясо в оболочку.

«Жареные колбаски?»

Чу Цзымо прошептал эти слова про себя.

Пусть он и не знал, что это, но раз готовит Юнь Цы — значит, будет объедение!

Любопытство нарастало. Как Юнь Цы удаётся создавать столько странных и вкусных блюд? Не удержавшись, он спросил:

Юнь Цы блеснул глазами:

— Это еда из моих родных краев. Но мой дом... очень далеко. Наверное, мне уже никогда туда не вернуться.

При этих словах его голос дрогнул.

Чу Цзымо хотел спросить, где же находится это место с такой вкусной едой, но, услышав продолжение, сглотнул вопрос.

«Не вернуться... Значит, там захватили демоны? Тогда семья Юнь Цы...»

Заметив печаль на лице друга, Чу Цзымо решительно хлопнул себя по груди:

— Не переживай! Теперь у тебя есть я!

Пока он рядом, никто не посмеет обидеть Юнь Цы.

Юнь Цы уставился на него, хлопая глазами.

«Что это с ним опять? С чего вдруг такие речи?»

Чу Цзымо решил, что Юнь Цы сейчас расплачется, но увидел лишь спокойный взгляд.

— Не веришь? Я серьезно! — выпалил Чу Цзымо.

Юнь Цы кивнул:

— ...Верю, верю, верю. Иди лучше тренируйся, мне некогда.

Юнь Цы сидел за каменным столом, продолжая возиться с колбасками, а Чу Цзымо устроился рядом для медитации.

Он хотел помочь, но когда в четвертый раз порвал оболочку куском мяса, Юнь Цы просто велел ему проваливать.

Сяохэй барахтался в тазу с водой, а Сяобай отвесила ему два подзатыльника.

Спустя час Юнь Цы наделал две сотни колбасок.

Он развесил их на подставке, чтобы они подсохли на ветру перед варкой — потом их можно будет и жарить, и запекать.

Закончив с колбасками, Юнь Цы приготовил острый соус и сладкий соус, чтобы было два варианта вкуса. Можно было даже смазать ими сами колбаски.

Он снял половину изделий и разделил их на две кастрюли по пятьдесят штук в каждой. Чтобы сварить все двести, требовалось четыре захода.

Пока колбаски варились, Юнь Цы принялся за лепешки.

Подготовил тесто, скатал в круг, затем раскатал в плоский блин, смазал маслом и разделил листьями.

Когда всё было готово, совсем стемнело.

Разгладив последнюю лепешку, Юнь Цы потянулся, чувствуя напряжение в мышцах.

— Ух, спина затекла.

— Чю-ми! — Сяобай посмотрел на него.

Сяохэй в это время грыз огурец.

Юнь Цы улыбнулся:

— Проголодались? Сейчас будем ужинать.

— Чю-ми! — Сяобай потерся о его ногу.

На ужин Юнь Цы решил устроить жаркое.

В пространственном мешочке нашлись говядина, свинина, курица и колбаски, а также салат. Выбор был невелик, но для пиршества вполне хватало.

В качестве гарнира он планировал использовать только что испеченные лепешки: в них заворачивали мясо, салат и добавляли острый соус. Это было невероятно вкусно.

Чу Цзымо всё еще сидел с закрытыми глазами, сосредоточенно тренируясь.

Юнь Цы хотел попросить его сделать большую сковороду, но, взглянув на него, решил не мешать.

Он решил сварить оставшиеся сто колбасок.

Когда работа была закончена, Чу Цзымо прервал медитацию.

Юнь Цы продиктовал ему размеры и форму, и вскоре Чу Цзымо всё изготовил.

Юнь Цы соорудил из камней подставку рядом со столом, чтобы на сковороду можно было ставить еду прямо во время трапезы.

Под сковороду подложили дрова, развели огонь, смазали поверхность маслом и выложили гору мяса и колбасок.

Стоило им коснуться жара, как раздалось громкое шипение.

Вскоре по двору поплыл умопомрачительный аромат.

Глядя на шкварчащее мясо и меняющие цвет колбаски, Чу Цзымо невольно сглотнул слюну.

Аромат был слишком сильным.

Особенно колбаски — их запах буквально захватывал сознание. Даже вегетарианец Сяохэй прибежал на запах.

Они уселись за стол. Сяобай был слишком мал, поэтому устроился прямо на столе перед своей персональной миской.

Мясо приготовилось быстрее всего. Чу Цзымо не выдержал и, услышав, что можно начинать, тут же закинул кусок говядины в рот.

— Горячо-горячо-горячо! — Чу Цзымо от жара едва не пустил слезу, но не решился выплюнуть мясо. Он жевал нежнейшую говядину, не в силах вымолвить ни слова от восторга, и просто уплетал её за обе щеки.

Сяобай вел себя так же, набив рот до отказа.

Юнь Цы макнул кусок мяса в острый соус, завернул в лист салата и отправил в рот.

Вкусно!

Чу Цзымо, увидев это, решил повторить.

Но, не зная, что такое перец, он макнул слишком много соуса и тут же обожгся.

Только после трех стаканов воды ему стало легче.

Чу Цзымо посмотрел на свои ярко-красные губы и скорчил гримасу:

— Юнь Цы, посмотри на меня! У меня губы как будто раздулись!

Юнь Цы поднял глаза:

— Пха-ха-ха-ха!

Глядя на пухлые красные губы друга, он вспомнил одного персонажа из кино.

— Что ты смеешься? Ай! Во рту так больно! — Чу Цзымо снова отхлебнул воды. Почувствовав облегчение, он не удержался и схватил кусок мяса.

— Не ешь! — Юнь Цы попытался перехватить его руку, но было поздно.

Раскаленное мясо коснулось неба, и Чу Цзымо почувствовал, что жжение стало еще сильнее, чем прежде.

Из глаз брызнули слезы.

— Скорее пей воду! — крикнул Юнь Цы.

Чу Цзымо жадно припал к кружке, осушив её залпом, прежде чем боль утихла.

Юнь Цы лишь хмыкнул.

— Острое — это ведь тоже боль. Это соус из перца. То, что ты чувствуешь, — это просто реакция на остроту.

— Так это называется «перец»? Больше я это есть не буду! — Чу Цзымо обиженно коснулся губ.

Юнь Цы кивнул.

Некоторые люди просто не выносят острого, хотя вместе с ней теряют и кучу удовольствия.

Тем временем колбаски дошли и начали лопаться.

Юнь Цы взял одну, откусил — и из неё брызнул сок. Ароматный, жирный сок, а внутри — отчетливые волокна мяса.

Чу Цзымо и Сяобай окончательно влюбились в эти колбаски, поглощая их одну за другой.

Юнь Цы съел две обычные, а затем взял еще одну, смазав её острым соусом.

Чу Цзымо взглянул на покрасневшую колбаску, вспомнил о жжении и сглотнул.

Он тоже макнул её в соус.

Юнь Цы удивленно приподнял бровь.

Чу Цзымо откусил кусочек. Сначала было жгуче, но вкус оказался настолько хорош, что он мгновенно проникся этим сочетанием.

Неподалеку расстилался тихий, темный лес и бамбуковая роща.

Во дворе маленького дома горел свет. Два подростка сидели за каменным столом, наслаждаясь жарким, а два зверька — черный и белый — уплетали свою еду. Теплый пар от сковороды поднимался к самому небу.

В этот миг воцарилась атмосфера тепла и покоя.

— А эти лепешки просто объедение! И так их можно есть! Юнь Цы, ты просто мастер!

http://tl.rulate.ru/book/192425/20697968