Готовый перевод Great Tang: Teaching Immortality With A World-Upgrade System / Система прокачки мира: миллион учеников или смерть: Глава 10

Священная Гора явила миру свой истинный лик, не скрывая ни единой детали.

Нефритовые склоны, омываемые сиянием зари; диковинные цветы и травы, источающие разноцветный свет; водопады из духовных источников, мерцающие звездной пылью; и возвышающийся на самой вершине, окутанный туманным бессмертным светом величественный Бессмертный дворец, излучающий бесконечное величие и святость...

Эта картина, превосходящая любое человеческое воображение, мгновенно разожгла в сердцах всех у подножия горы первобытную жажду — жажду бессмертия, жажду сверхъестественной силы и жажду благосклонности небес!

После мимолетной мертвой тишины грянул взрыв фанатичного безумия!

— Бессмертная гора! Настоящая Бессмертная гора! — выкрикнул один из богатых наследников знатных семей. Лицо его покраснело от возбуждения, и он бросился к нефритовым ступеням у подножия, которые явно возникли совсем недавно и мягко поблескивали.

— Быстрее! Нужно обойти остальных! Вдруг бессмертный дарует нам шанс! — не выдержал и другой человек, одетый как богатый купец, устремляясь следом.

Несколько отважных молодых охотников из деревни Сиюнь, не в силах сдержать волнение и надежду на удачу, с покрасневшими глазами тоже бросились вперед.

Однако стоило им ступить на первую ступень...

— Бум! — Ай! — Грох! —

Словно они врезались в невидимую, но невероятно прочную бронзовую стену! Те, кто бежал впереди всех, отлетели назад с еще большей скоростью. Они беспомощно повалились на землю, хватаясь за ушибленные лбы и груди; перед глазами у них все плыло, а лица исказились от ужаса и растерянности.

— Что... что это было? — в панике закричал кто-то.

— Между бессмертными и смертными есть преграда! — старый староста деревни Сиюнь, опираясь на посох, наблюдал за происходящим. В его мутных глазах промелькнуло благоговение и понимание. Он тяжело вздохнул; его голос не был громким, но отчетливо достиг ушей окружающих.

— Разве дозволено смертным грубо вторгаться в обитель бессмертных? Такое отсутствие почтения и попытка силового прорыва не принесут благосклонности, а лишь разгневают небеса!

Слова старосты, словно ушат ледяной воды, погасили огонь порывистости в сердцах многих. Люди, собиравшиеся броситься вперед, замерли на месте, переглядываясь и не смея сделать ни шагу.

Ли Личжи наблюдала за всем этим, мысленно одобряя мудрость старика.

Она глубоко вздохнула, подавляя собственное волнение и трепет, и торжественно обратилась к стоящим позади Чжан Шигую и Чжансуню Чу:

— Генерал Чжан, двоюродный брат, отдайте приказ: всем спешиться! Убрать оружие! Привести себя в порядок! Никакого шума и самовольных действий! Это священная земля бессмертных, к ней нужно относиться с почтением и смирением!

Ее голос, чистый и твердый, звучал с неоспоримым величием. Чжан Шигуй тут же сложил руки в приветствии и низко ответил:

— Слушаюсь!

Затем он быстро развернулся, чтобы разнести приказ. Обученная стража Юйлинь мгновенно спешилась. Их движения были слаженными: они убрали мечи в ножны, поправили доспехи и замерли в торжественном молчании.

Чжансунь Чун тоже сумел скрыть изумление и свои скрытые расчеты, почтительно ответив:

— Слушаюсь, Ваше Высочество.

Он последовал примеру Ли Личжи: тщательно поправил свое дорогое парчовое одеяние, разгладил складки на груди и принял предельно серьезный вид.

Сама Ли Личжи встала впереди всех. Посмотрев в чистую, как зеркало, гладь пруда, она слегка поправила выбившиеся от горного ветра пряди у висков и поправила головной убор.

Сделав глубокий вдох, словно выветривая из себя все лишние мысли, она сделала взгляд ясным и сосредоточенным. Затем, твердым и почтительным шагом, она начала приближаться к той самой первой нефритовой ступени, которая только что отбрасывала людей.

Чжансунь Чун следовал за ней тенью, стараясь не выделяться.

Хотя Чэн Чูлян и остальные не ладили с Чжансунем Чу, в такой момент никто не смел дерзить. Они, подражая принцессе, приводили в порядок вид и молча следовали позади.

В трех шагах от ступеней Ли Личжи остановилась.

Она не стала пытаться подняться. Вместо этого она вытянула руки перед собой, положив левую ладонь на правую, и глубоко поклонилась, совершив безупречный поясной поклон.

Ее движения были грациозными и торжественными, полными врожденного королевского достоинства.

Затем она выпрямилась, слегка приподняла голову, глядя на вершину горы, уходящую в облака и окутанную сиянием, и заговорила. Ее голос, подобный звону серебряного колокольчика о чистый родник, разнесся по всему подножию:

— Смертная дева Ли Личжи, дочь императора Великой Тан Ли Шиминя, принцесса Чанлэ, по велению отца прибывает к Бессмертной горе, дабы обратиться к небесам!

Ее голос эхом разлетался по долине, неся в себе не только девичью чистоту, но и врожденное благородство и искренность.

— Божественная гора явила свое чудо, сияние озарило мир, а небесная влага оросила землю — это великая удача для нашей Великой Тан и благословение для всего народа! Мой отец, преисполненный благодарности к бессмертным, не находит покоя в ночи и днем, и потому направил меня сюда. Во-первых, дабы поклониться и поблагодарить за милость и исцеление народа от недугов; во-вторых, дабы просить о возможности постичь Дао, услышать тайные звуки истины и познать порядок между миром людей и миром бессмертных, утешая сердца подданных!

Она сделала паузу, и ее тон стал еще более проникновенным:

— Я знаю, что мое тело бренно, а душа полна мирской суеты, и не смею просить о великой милости. Однако сердце мое жаждет Дао и истинного знания. Я готова со всем смирением служить у ваших ног, следить за чистотой двора и внимать вашим наставлениям.

— Молю бессмертных проявить милосердие и даровать хотя бы малую искру возможности, дабы я смогла приоткрыть врата Дао и не подвела ни отца, ни надежды всего народа!

Закончив, она снова совершила глубокий, предельно почтительный поклон.

Чжансунь Чун и остальные поспешили последовать ее примеру, не смея проявить малейшего неуважения.

На вершине горы Ли Юнь, скрытый в пустоте, наблюдал за всем происходящим. Видя, как неосторожных людей отбрасывает прочь, он презрительно усмехнулся:

«Ха, суетливые и ослепленные жадностью... Да достойны ли они искать бессмертия?»

Его мысль слегка изменилась, и невидимый, неосязаемый, но несокрушимый барьер, окутывающий всю Священную Гору, мгновенно стал еще плотнее и тяжелее.

Хотя на нем лежала задача системы «Распространение Дао», в сердце Ли Юня жило убеждение: разве можно раздавать законы Дао так легко?

Качество духовного корня — это лишь порог, но характер и проницательность — вот истинный ключ! Он должен установить множество испытаний, чтобы отобрать тех, кто действительно достоин встать на путь бессмертия.

Когда его взгляд упал на Ли Личжи, он сразу узнал в ней особу королевской крови под этим роскошным облачением. Судя по свите, он догадался, что перед ним та самая знаменитая принцесса Чанлэ из истории.

В мгновение ока имена из учебников истории слились с живым человеком перед ним, и в груди возникло необъяснимое волнение — ведь это же живая легенда! Самая любимая дочь императора Тай-цзуна!

Но это волнение, подобно камню, брошенному в озеро, лишь на мгновение всколыхнуло поверхность и быстро улеглось. Он слегка покачал головой, и на его губах заиграла спокойная улыбка. Волнение? Это чувство из мира смертных.

Теперь он был мастером стадии Золотого Ядра, хозяином этой Священной Горы и избранником Небесного Дао этого мира. В будущем он мог стать и первым среди всех миров.

Земные императоры, генералы, принцессы и знать — чем они отличались от торговцев или крестьян у подножия? Все они — лишь пыль в бесконечном круговороте бытия.

Наблюдая за безупречными манерами Ли Личжи, ее искренними словами и выдержкой, не свойственной ее возрасту, Ли Юнь мысленно кивнул: «Не зря королевская семья так тщательно ее воспитывала. Такое воспитание и характер действительно впечатляют».

Он на мгновение задумался, окинув взглядом толпу, в глазах которой все еще читались жажда, трепет и тревога. В голове созрела мысль: а не пустить ли их в гору?

С одной стороны, это позволило бы ему вблизи изучить «образцы» этого мира: проверить способности людей разных сословий, распределение духовных корней... Это были бы ценные данные для будущего масштабного распространения Дао.

С другой стороны, сам путь на гору уже был первым испытанием!

После того как он взял Священную Гору под контроль, она стала совсем иной. Извилистые, крутые тропы казались обычными, но на деле каждый шаг на них зависел от густой духовной энергии и невидимых ритмов Дао.

Смертные, идущие пешком, почувствуют давление гравитации; их силы и воли подвергнутся жесточайшему испытанию.

Без твердой веры и железной выдержки они не дойдут даже до середины, какая уж там речь о постижении бессмертия?

«Если они не вынесут даже такой малости... Хм, тогда им лучше и не пытаться стать бессмертными», — решил Ли Юнь.

Он сделал глубокий вдох, словно вбирая в себя энергию горы. Его голос, хоть и негромкий, прозвучал как мягкий весенний гром, отчетливо достигнув слуха каждого человека у подножия, неся в себе неоспоримую власть Небесного Дао:

— Да будет так!

Всего одно слово, но люди вздрогнули, словно их души очистились.

Затем спокойный, ясный голос, таящий в себе бесконечную глубину, продолжил:

— Если вы желаете обрести путь бессмертных и познать вечность, вы должны подняться на вершину своими ногами, используя лишь смертное тело. Только тогда вы сможете узреть мой лик.

Как только слова затихли, люди почувствовали, что удушающее давление у подножия горы внезапно исчезло! Барьер, который только что отбрасывал людей, словно никогда и не существовал.

Сердце Ли Личжи екнуло, а следом нахлынули радость и решимость.

Она взяла себя в руки, подавила волнение и повернулась к Ван Мэну, Чжансуню Чу, а также к страже Юйлинь, представителям знати и крестьянам. Ее лицо стало предельно серьезным:

— Вы все слышали! Бессмертный проявил милосердие и даровал нам шанс! Это величайшая удача, но также и испытание нашей воли и характера!

Она обвела взглядом собравшихся, и ее голос стал строгим:

— Во время восхождения помните: храните почтение и ступайте уверенно! Не смейте шуметь и нарушать тишину священной горы!

— Не смейте губить ни единой травинки или цветка! И не смейте проявлять никакого неуважения! Любой, кто нарушит это, познает гнев закона и дворцовых правил! Генерал Ван!

— Слушаю! — Ван Мэн сложил руки.

— Присматривай за стражей Юйлинь. Поддерживай порядок, следи за безопасностью людей, но ни в коем случае не используй оружие, чтобы запугивать их! Не смейте беспокоить покой горы!

— Слушаюсь!

— Брат, — Ли Личжи перевела взгляд на Чжансуня Чу, — следи за детьми из знатных семей. Они должны вести себя крайне осмотрительно.

Чжансунь Чун поспешно поклонился:

— Не беспокойтесь, Ваше Высочество, я приложу все усилия!

Ли Личжи кивнула и в последний раз посмотрела на вершину, окутанную сиянием. Ее взгляд был непоколебим. Она знала: это, возможно, единственный шанс в ее жизни!

И дело было не только в ее жажде пути бессмертных, но и в надежде... Возможно, она сможет помочь отцу в государственных делах, а может... раздобудет эликсир, который исцелит мать от ее затяжной болезни легких!

Она больше не колебалась. Повернувшись к нефритовым ступеням, она снова почтительно поклонилась, а затем уверенно ступила на первую ступень!

Чжансунь Чун последовал за ней.

Жители деревни Сиюнь под предводительством старосты, с безграничной верой в сердце, молча двинулись в хвосте колонны.

Чэн Чูлян, остальные дворяне и их свита тоже оставили свое высокомерие. С трепетом и ожиданием они покорно последовали за принцессой и Чжансунем Чу, начиная этот трудный путь наверх.

Перед Бессмертным дворцом на вершине Ли Юнь отвел взгляд. Он посмотрел на себя: после удара молний его одежда превратилась в лохмотья, покрытые копотью и пылью — зрелище было не из приятных.

«Система, обменяй мне новый наряд. Такой, чтобы соответствовал образу великого мастера», — мысленно приказал он.

[Принято. Рекомендуем использовать:]

[Даосское одеяние звездной пыли 4-го ранга (древний вид, внутри вплетена звездная нить, обладает функцией самоочищения от пыли, защита средняя)]

[Аксессуар: Очищающая кисть спокойствия сердца (помогает сосредоточить дух и успокоить дыхание)]

«Беру это», — подтвердил Ли Юнь.

Вспыхнул свет, и его ветхие лохмотья исчезли. Вместо них появилось темно-зеленое одеяние, казавшееся простым, но таившее в себе тайны.

На первый взгляд оно было обычным, но при ближайшем рассмотрении между нитями ткани будто были вкраплены бесчисленные крошечные звезды. При движении они мерцали слабым светом, создавая таинственный и глубокий образ. В руке у него появилась кисть с нефритовой ручкой и серебристыми нитями, чья бахрома мягко ниспадала вниз.

Затем он лишь пожелал — и его короткие волосы начали расти с невероятной скоростью, словно в них вдохнули жизнь! В мгновение ока иссиня-черные пряди достигли талии. Легким движением он призвал поток прохладного ветра, который пригладил волосы, и заколол их простой нефритовой шпилькой в изящный узел.

Напоследок он слегка встряхнул кистью и закинул ее на сгиб локтя.

Теперь Ли Юнь стоял прямой и статной, как сосна. Несмотря на все еще молодое и красивое лицо, в его глубоких глазах, казалось, отражались солнце, луна, звезды и бездна вселенной.

Даосское одеяние звездной пыли подчеркивало его отрешенность от мира, а длинные волосы и кисть в руках придавали ему облик истинного бессмертного.

От него не исходило намеренно давящего давления, но сама его аура, слитая с небом и землей, была бездонной и таинственной. Он был бесконечно далек от того человека, что сражался в пламени молний!

Довольный своим отражением в магическом зеркале, он слегка улыбнулся. Под его ногами возник Меч Лиюань Цзинхун, который подхватил его, и он, превратившись в луч чистого света, бесшумно влетел в величественный Бессмертный дворец, парящий в небесах.

Теперь оставалось лишь ждать в этом дворце тех «искателей истины», чья воля и судьба приведут их на этот путь, шаг за шагом, к вершине Священной Горы.

http://tl.rulate.ru/book/192208/20175559