Готовый перевод Sword Path of Eternal Devotion: Sister’s Quest Through Reincarnations / Ржавый меч и тысяча жизней брата: Глава 28

Пройдя сквозь арку из звериных костей и действительно ступив на территорию руин, Е Тяньмин остановилась.

Не то чтобы она не хотела идти дальше — она не могла.

Невидимое давление, словно материальная стена, встало перед ней. Это было не физическое препятствие, а удушающее ощущение гнёта, исходящее из глубин духа. В ушах зазвучали голоса — не те, что передаются через колебания воздуха, а те, что рождаются прямо в сознании, — вопли, сплетённые из бесчисленных звуков.

Плач, яростные крики, лязг мечей и копий, хруст костей, проклятия перед смертью и полные отчаяния вопли... Все эти звуки смешались в бешеный духовный поток, обрушившийся на её сознание.

Перед глазами появились видения.

Уже не нынешняя мёртвая тишина Древнего поля битвы, а та, что была здесь бесчисленные годы назад, — картина жесточайшего сражения, развернувшегося на этой земле.

Воины в древних доспехах неслись в атаку, их лица искажали крики, в глазах горела решимость умереть. Огромные боевые звери топтали землю, каждый шаг оставлял глубокую вмятину, вздымая грязь, смешанную с кровью. В небе парили хищные птицы с размахом крыльев в десятки чжанов, их когти разрывали облака, они пикировали вниз, унося целые отряды солдат.

Стрелы сыпались дождём, затмевая небо. Мечи и сабли сверкали, сталкиваясь, и каждое столкновение высекало ослепительные искры. Кровь била фонтанами, сливалась в ручьи, окрашивая всю землю в красный.

Кого-то из воинов пронзило копьё, но он, крепко обхватив врага, последними силами перекусил ему горло. Какой-то полководец, потеряв руку, всё ещё высоко держал изорванное знамя, издавая среди хаоса боя полный упрямства крик. Молодой солдат с лицом, залитым кровью, рыдал, прижимая к себе тело погибшего товарища, и в следующее мгновение прилетевшая шальная стрела пронзила ему голову.

Смерть здесь была самым обычным пейзажем.

Убийство — единственной главной мелодией.

Е Тяньмин стояла на месте, лицо её мгновенно побледнело, как бумага.

Тело её мелко дрожало — не от страха, а от того, что огромная, полная боли и обиды духовная атака бешено штурмовала её разум. Море сознания, словно поверхность озера, в которое бросили огромный камень, всколыхнулось, подняв бурные волны.

Видения перед глазами продолжались, становясь всё отчётливее и... «целенаправленнее».

Она увидела сцену, до боли похожую на её собственный опыт: юноша лет пятнадцати-шестнадцати, заслонив собой младшую сестру, перед лицом несущегося звериного потока решительно развернулся и бросился вперёд — и в конце концов был разорван на куски.

— Брат...!

Дыхание Е Тяньмин перехватило, сердце будто сжала невидимая рука, острая боль взорвалась из глубины души.

Силуэт того юноши почти наложился на спину её брата, когда он развернулся и бросился навстречу звериному потоку.

Но в следующее мгновение она резко прикусила кончик языка.

Острая боль и привкус крови вернули ей частицу ясности.

«Нет... Это не брат».

Она заставила себя вырваться из видения, хотя сердце всё ещё ныло, хотя голоса в голове по-прежнему накатывали, словно прилив.

Это не было реальностью. По крайней мере, не полностью. Это были остатки обиды и осколки памяти этого древнего поля битвы, которые, уловив самую глубокую привязанность и страх в её сердце, материализовались в видение, направленное именно против неё.

Цель — сокрушить её разум, погрузить в бесконечную боль и самобичевание, в конце концов сломать дух и сделать одной из бесчисленных мёртвых душ.

«Не выйдет...»

Зубы Е Тяньмин скрипнули, в серых глазах вспыхнул холодный, жестокий блеск.

Она перестала пытаться «разглядеть» видения и «услышать» эти вопли. Вместо этого она закрыла глаза и полностью погрузила своё сознание в тело, в самое ядро Силы Нирваны, которая всё это время медленно вращалась.

«Нирвана...»

Она мысленно произнесла эти два слова.

Не атака, не защита, а... «существование».

Какова самая суть Силы Нирваны? Это «окончание», «Возвращение в небытие». Но сейчас ей нужно было не завершить внешнее, а позволить собственному существованию «вернуться» в абсолютный «покой».

Словно в центре урагана, где, наоборот, самое тихое место.

Она направила Силу Нирваны — не так, как раньше, заставляя её циркулировать по меридианам для сопротивления, а позволила ей медленно разлиться в море сознания, превратившись в пустое, спокойное «море».

Те бешеные духовные атаки, болезненные осколки памяти, полные обиды вопли, едва коснувшись этого «моря Нирваны», словно камешки, брошенные в глубокий океан, хоть и вызывали лёгкую рябь, но быстро поглощались бесконечной пустотой, ассимилировались, возвращались в тишину.

Не сопротивление, а принятие, а затем... переваривание.

Сила Нирваны начала активно впитывать энергию, заключённую в этих духовных атаках — предельную боль, отчаяние, обиду, гнев. В сущности, это тоже была форма «существования». А Нирвана может завершить любое существование.

Этот процесс был чрезвычайно опасен.

Стоило ей оступиться — и её собственное сознание могло быть ассимилировано этой огромной массой негативных эмоций, потерять себя. Но отступать было некуда.

Она превратила свою привязанность к брату в единственный «якорь» в этом море Нирваны. Что бы ни бушевало снаружи, её сознание крепко держалось за ту деревню в Пустоши, за того нежного юношу, который всегда уступал ей лесные ягоды.

«Брат всё ещё ждёт меня...»

«Я должна оставаться в сознании... Я должна найти его...»

Эта мысль, словно маяк во тьме, не давала ей утонуть в потоке обиды.

Время в духовной борьбе тянулось медленно.

Неизвестно, сколько прошло — возможно, ароматическая палочка, а может, и целый час, — но бешеные вопли постепенно стихли, видения перед глазами стали расплывчатыми, разбитыми.

Сознание Е Тяньмин медленно всплыло из моря Нирваны.

Она открыла глаза.

Всё те же руины, всё то же тёмно-красное небо и густая убийственная аура. Но голоса, напрямую врезавшиеся в сознание, исчезли, видения рассеялись.

Вместо них появились более чёткие, но уже не агрессивные... фрагменты памяти.

Больше не было мучительных картин битвы. Это были разрозненные воспоминания о прошлом этой земли.

Она «увидела», что очень, очень давно здесь не было поля боя. Это было процветающее святое место культивации. Горные цепи, духовная энергия, словно туман, величественные дворцы, построенные вдоль склонов, могущественные культиваторы, летающие на мечах, звуки проповедей, эхом разносящиеся по долинам.

Потом из глубин земли хлынула некая «тьма». Не убийственная аура, а нечто более чистое, более злое, пытающееся поглотить всё живое. Культиваторы святого места объединились, подняли восстание, и здесь разразилась битва, длившаяся сотни лет. Бесчисленные сильные пали, святое место было разрушено, духовная энергия отравлена, и в итоге всё превратилось в это мёртвое Древнее поле битвы.

И среди тех сражавшихся культиваторов она смутно уловила знакомое «присутствие» — не внешность, не голос, а чрезвычайно слабое «чувство резонанса» на уровне души. Это ощущение, казалось, имело какую-то невыразимую связь с источником её собственной Силы Нирваны.

«Это...»

Сердце Е Тяньмин дрогнуло.

Но не успела она как следует всмотреться, как эти фрагменты памяти, словно отлив, быстро исчезли, оставив лишь несколько разрозненных, лишённых смысла картинок.

Она окончательно вышла из этого особого состояния.

Тело качнулось, она едва устояла на ногах. Лоб покрылся мелкими капельками холодного пота, одежда на спине давно промокла насквозь. Эта духовная битва измотала её больше, чем физическое сражение с Земляным Ящером-Скорпионом и боевыми духами.

Но она чувствовала, что её сознание стало яснее, и... крепче.

Словно сталь, закалённая в огне, — примеси выжжены, осталась лишь чистейшая твёрдая основа.

Она посмотрела на руины впереди.

Обрушенные остатки дворцов, расколотые колонны из белого нефрита, разбросанные по земле кирпичи и черепица с вырезанными древними рунами... Теперь в её глазах это были не просто мёртвые предметы. Они несли на себе следы забытой истории, трагической эпопеи, написанной кровью бесчисленных сильных мира сего.

И сейчас она стояла в конце этой эпопеи, а также... в новом начале.

Е Тяньмин глубоко вздохнула. На этот раз жгучая боль от убийственной ауры значительно ослабла. Не потому, что аура стала слабее, а потому, что её тело и дух после пережитого испытания стали более «адаптированными» к этой среде.

Она шагнула вперёд.

Поступь оставалась твёрдой.

Меч Следования Пути сжимала рука, воля Меча Безмолвного Исчезновения на клинке самопроизвольно вращалась, разгоняя пытавшуюся сгуститься вокруг убийственную ауру.

В глубине руин что-то звало её.

Не звук, не картина, а некое неясное чувство — связанное с Силой Нирваны, возможно, и с фрагментом души брата.

Она должна была идти.

Что бы ни ждало впереди.

Ради того, чтобы найти брата, и ради того, чтобы... понять правду о собственной силе.

Фигура девушки медленно двигалась среди бесчисленных рухнувших колонн и разрушенных дворцовых стен, словно шагая по руинам времени, направляясь вглубь погребённой истории.

http://tl.rulate.ru/book/192102/20972740