Без споров Цзинь Юйянь и Жезла жуи в зале стало заметно тише. Вскоре дамы снова завели светскую беседу.
— Неужели мне ночью послышалось? Мне показалось, будто проезжала колесница Фэнлуань Чуньэнь, — сменила тему Чуин.
— Вполне возможно. Колеса грохотали так сильно, что не услышать было трудно, — недовольно отозвалась Цзинь Юйянь.
— Но ведь Император прошлой ночью не выбирал фаворитку. Кого же он забрал? Ваше Высочество Хуэйфэй, неужели Император тосковал по вам и отозвал к себе? — Су Люцзюнь перевела взгляд на Гао Сиюэ.
— Подобные вещи, нарушающие дворцовый устав и совершаемые втайне, разумеется, не имеют ко мне отношения! — пренебрежительно бросила Гао Сиюэ.
— Если золотая шпилька упадет в колодец, кто-то обязательно бросится её доставать. Посмотрим, — хмыкнула Цзинь Юйянь.
— О чем это вы тут шепчетесь? Неужели случилось что-то любопытное? — появилась Ланхуа.
На самом деле она прекрасно понимала, о чем говорят эти женщины, но просто не хотела приходить слишком рано, давая им время переругаться.
— Ваше Величество, мы просто шутили. Раз Император не выбирал фаворитку, почему же колесница Фэнлуань Чуньэнь катилась по главной улице? — с улыбкой спросила Цзинь Юйянь.
— Я как раз собиралась сообщить вам, что у нас пополнение. Перед вашим приходом Император через Палату Почтения передал указ: отныне Меи назначена на должность Дайин и будет проживать в боковом флигеле Дворца Юнхэ, — даже без рекомендаций вдовствующей императрицы, Бай Жуйцзи сумела заявить о себе благодаря собственной хитрости. — Хуэйфэй наверняка её видела. Говорят, она — музыкантша из Южного Двора, играющая на пипе.
— Музыкантша из Южного Двора... — Гао Сиюэ на мгновение задумалась. — Раз уж Ваше Величество упомянули, я припоминаю, как недавно была у Императора и видела там девицу из Южного Двора. Она играла на пипе «фэнвэй», была довольно миловидной. Скорее всего, это она, — она добавила в голосе нотки презрения, гадая, какой же вкус у Императора.
— Музыкантша из Южного Двора? Да как она смеет ставить себя в один ряд с нами! — возмутилась Цзинь Юйянь.
— Цзя-бинь, ты становишься всё более дерзкой. Разве тебе позволено рассуждать о том, кто нравится Императору? — осадила её Ланхуа.
— Ваше Величество, я признаю свою ошибку и больше не посмею, — поспешила оправдаться Цзинь Юйянь. В Ланхуа она по-прежнему глубоко уважала.
Видя, что Цзинь Юйянь раскаялась, Ланхуа не стала продолжать:
— Каков бы ни был статус Меи Дайин, она — первая новая наложница со времен восшествия Императора на престол. Раз уж он так к ней расположен, её происхождение не имеет значения, — Ланхуа намеренно посеяла раздор среди присутствующих.
И действительно, лица дам помрачнели. Обычная музыкантша... Что в ней такого? Императора становилось всё труднее понять.
Даже Цинъин надула губы, чувствуя внутреннее беспокойство. «С первого взгляда узнаешь любимого, и сердце разрывается от боли». Как Хунли может любить другую? Неужели он забыл о том, что было между нами?
— Жизнь во дворце — это не жизнь в Цяньди. Здесь много правил. Я надеюсь на гармонию в гареме. Мелкие споры и ревность я могу не замечать, но если дело дойдет до интриг и вредительства — я буду беспощадна!
Дамы поспешили подтвердить свою покорность. Авторитет Ланхуа был непоколебим.
— Сиси, ты сегодня само величие, — прошептала Сяоцзю.
«Ха-ха, еще бы!» — ответила Ланхуа мысленно.
После завершения церемоны приветствия дамы начали расходиться, направляясь к Дворцу Юнхэ с подарками. Как бы они ни недолюбливали Меи Дайин, всё же обязаны были соблюдать лицо Императора.
— Ваше Величество, эта Меи Дайин и впрямь несносна. Когда я только шла с подарками, слышала, как она отзывалась о подношениях благородной леди Сянь как о чем-то старом и ветхом, — Сушу помогала Ланхуа поправлять прическу. Суцинь сейчас была у Юнляня, а главными служанками Ланхуа остались Сушу и Сусинь.
— Эта Меи Дайин слишком болтлива, рано или поздно она поплатится за это. Не обращай на неё внимания. С каждым днем становится холоднее. Сусинь, позже загляни к принцам и принцессам, проверь, не нужно ли им чего, — Ланхуа не питала к Бай Жуйцзи никаких симпатий. Эта женщина всю жизнь позволяла использовать себя, совершенно лишенная мудрости.
— Не беспокойтесь, Ваше Величество, я заходила утром. С принцами и принцессами всё в порядке, — улыбнулась Сусинь. — Вы навещаете их каждый день, но всё равно не можете успокоиться.
— Когда станешь матерью, всё изменится. Вы, девчонки, еще не замужем, вот поженитесь — поймете.
— Ваше Величество, я буду служить вам всю жизнь! — в один голос воскликнули Сусинь и Сушу. Обе покраснели, но голоса их звучали твердо.
— Глупышки... Я знаю вашу преданность, но хочу, чтобы вы жили в достатке и счастье, — обе девушки были тронуты. Служить такой госпоже было истинной удачей.
Когда выпал снег, дамы снова собрались вместе. Пошли слухи, что сегодня Меи Дайин должна прийти на приветствие.
— Эта Меи Дайин до сих пор не соизволила почтить Императрицу своим присутствием. Слишком балует себя милостью, — проговорила И Чанцзай.
— Да что музыкантша из Южного Двора может смыслить в правилах? — пренебрежительно добавила Гао Сиюэ.
Никто из присутствующих не видел Меи Дайин в лицо, поэтому все пришли пораньше, чтобы рассмотреть её. Вскоре послышался голос евнуха за дверью:
— Меи Дайин прибыла!
Дамы увидели, как вошла женщина в роскошном дворцовом платье. Она шла уверенно, с высокомерным выражением лица — сразу было видно, что она не из робкого десятка.
Первым делом она поклонилась Ланхуа:
— Дайин Бай из Дворца Юнхэ приветствует Ваше Величество. Желаю вам благоденствия.
— Встань. Садись, — Ланхуа не стала чинить ей препятствий.
— Ой, так это и есть Меи Дайин? А внешность-то совсем ничего, — раздался ленивый голос Цзинь Юйянь.
Бай Жуйцзи посмотрела в сторону и увидела одну из наложниц, чей вид так и лучился кокетством. Она догадалась, что это Цзя-бинь.
— Разве может кто-то быть прекраснее тебя? Твоя красота — первая в гареме, — подхватила Гао Сиюэ.
В этот момент подошла Сусинь и начала представлять Бай Жуйцзи присутствующим:
— Меи Дайин, позвольте представить: Ваше Высочество Хуэйфэй, госпожа Чжэ-бинь, Чистая Наложница, Цзя-бинь, благородная леди Сянь, благородная леди Шэнь, Вань Чанцзай, И Чанцзай, Хай Чанцзай.
Бай Жуйцзи лишь кивнула им в знак приветствия, не поднимаясь с места, демонстрируя крайнее высокомерие.
— Прошу Меи Дайин подняться для совершения поклона, — беспристрастно произнесла Сусинь.
Все взгляды устремились на неё. До этого момента всем было всё равно, но слова Сусинь заставили почувствовать неладное.
— Вот она, выходка из Южного Двора — совершенно не знает приличий, — прямо заявила Су Люцзюнь.
Бай Жуйцзи оказалась в затруднительном положении и всё же совершила поклон. Дамы лишь сухо кивнули в ответ. Когда очередь дошла до Жезла жуи, та одарила её мягкой, приветливой улыбкой, но Бай Жуйцзи не почувствовала тепла — ей казалось, что над ней насмехаются.
— Кажется, на сестрице наряд из теплого атласа, присланного из Цзяннина? Должно быть, это стоило немалых денег, — снова спровоцировала Цзинь Юйянь.
Меи Дайин не стала отпираться:
— У госпожи Цзя-бинь острый глаз!
— Не в глазах дело, просто на первый взгляд твой наряд кажется тонким, я испугалась, что ты замерзнешь! Но такой атлас — редкость, его нет даже в покоях Императрицы, — парировала Цзинь Юйянь.
— Вот как? Император лишь дарует мне одежду. Разве я могу знать, дарует ли он что-то другим? — Бай Жуйцзи снова села, сохраняя надменный тон.
— Цзя-бинь просто не знает, — вставила Гао Сиюэ, — что каждый раз, получая что-то ценное, Император первым делом посылает это Императрице. Но сейчас Ваше Величество призывает к скромности, поэтому ткани идут на одежду для принцев и принцесс, — она повернулась к Бай Жуйцзи. — Сейчас во дворце проповедуют бережливость, а ты ведешь себя столь расточительно. Это просто возмутительно!
На колкость Гао Сиюэ Меи Дайин ответила невозмутимо, даже с оттенком хвастовства:
— Но ведь Императору нравится, когда я одеваюсь именно так! Ваше Высочество Хуэйфэй, так кому мне следует подчиняться — Императору или Императрице?
http://tl.rulate.ru/book/192069/20743786
Сказали спасибо 0 читателей