Готовый перевод Breaking Heaven’s Game: White Deer vs Destiny / Белый олень ломает игру Небес: Глава 31

Яо Минь ступила на облако удачи и вернулась на Бессмертную гору Лэнъюань, когда закатное солнце окрашивало облака в золотисто-алый цвет.

У горных врат Шестоухий макака уже сидел на корточках на ступенях из лазурита, пушистый хвост беспокойно хлестал из стороны в сторону. Заметив фигуру наставницы, он мгновенно превратился в поток света и устремился навстречу.

— Прогресс налицо, — пальцы Яо Минь скользнули по мягкой шерсти на макушке Шестоухого, коснувшись едва уловимой ауры Золотого Бессмертного, что окутывала его. Уголки её губ тронула улыбка. — Раз уж ты прорвался на новую ступень, пора проверить результат. Ступай за мной на Полигон для боевых искусств.

Задний двор Полигона для боевых искусств был местом, которое Яо Минь собственноручно открыла с помощью силы Пяти Духовных Жемчужин. Облака и туман на сотню ли вокруг сгустились в барьер, а на земле, залитой чёрным железом, мерцали голубым светом руны магического массива.

Как только Яо Минь указала пальцем на центр массива, свет и тени на поле исказились, и в воздухе материализовалась глиняно-деревянная марионетка высотой в три чи.

Лицо марионетки было размытым, но всё тело источало холодную твёрдость, свойственную металлу, словно она была выкована из духовной ци и отборного железа.

— Это марионетка имитации реальности, которую я создала из духовного дерева, — пальцы Яо Минь легко коснулись марионетки, и та засветилась тусклым сиянием.

— Она скопирует твой уровень cultivation и воспроизведёт бесчисленные техники мира. Сегодня будешь сражаться с ней в полную силу, не сдерживайся — её не сломать. — Не успели слова замереть в воздухе, как Яо Минь влила в лоб марионетки поток магической силы. Пустые глазницы глиняной фигуры внезапно вспыхнули алым светом, и в тот же миг в её руке материализовался Железный посох Послушания Сердцу — даже звук рассекаемого воздуха ничем не отличался от того, что издавал посох Шестоухого.

Зрачки Шестоухого сузились, ладони, сжимавшие посох, покрылись испариной. Он и представить не мог, что наставница достигла таких высот в искусстве создания артефактов. Марионетка не только внешне походила на него — даже колебания магической силы, струящиеся вокруг неё, полностью совпадали с его собственной аурой.

Он глубоко вздохнул, Железный посох Послушания Сердцу вытянулся до длины в один чжан и два чи, остриё подцепило упавший лист.

— Ученик приложит все силы!

Едва слова сорвались с губ, марионетка атаковала первой. Она двигалась как призрак, мгновенно оказавшись рядом с Шестоухим, и её посох со свистом рассек воздух в горизонтальном ударе.

Шестоухий среагировал молниеносно — уклонился в сторону и в тот же миг нанёс ответный удар своим посохом. Два божественных оружия столкнулись, брызнули искры, и мощная ударная волна разошлась от них в обе стороны, сотрясая облачный барьер на краю полигона и заставляя его покрываться рябью.

Яо Минь полулежала в кресле из лазурита с облачным узором, бессознательно поглаживая пальцами край чайной чашки, и её взгляд, острый как молния, был прикован к схватке.

Две фигуры на поле переплетались, словно золотые радуги. Каждый выпад марионетки был точно рассчитан на ритм дыхания Шестоухого, вынуждая того отступать шаг за шагом, пока на лбу не выступили мелкие капли пота.

Яо Минь смотрела на слегка подрагивающий кончик хвоста Шестоухого и вздыхала про себя: «Хотя он и пробудил боевые инстинкты крови Хаоса и Демонической Обезьяны, но всё же ему не хватает боевого опыта — в бою он только и знает, что бездумно атаковать в лоб…»

Она продолжала наблюдать за боем. Когда вокруг Шестоухого вспыхнуло золотое сияние, а Железный посох Послушания Сердцу, вобрав в себя сокрушительную мощь, обрушился вниз, уголки губ Яо Минь слегка приподнялись.

Но в тот миг, когда марионетка разлетелась на куски, она увидела в глазах юноши вспыхнувшую радость, которая в следующее мгновение, когда раны марионетки затянулись, сменилась изумлением.

Пальцы Шестоухого дрожали, сжимая посох так, что тот заскрипел. Только что нанесённый удар в полную силу истощил не только его магическую силу — он разбил его гордость, впервые столкнувшись с неудачей. Теперь он понял истинный смысл слов наставницы «её не сломать».

— Довольно, — Яо Минь легонько взмахнула пальцем, и марионетка застыла на месте. Тёплый лазурный свет скользнул по бледному лицу Шестоухого, и его пошатнувшееся от истощения тело вмиг обрело устойчивость, словно скала.

— Основа магии у тебя крепкая, но ты так и не научился прятать остриё, — она коснулась пальцем лба юноши, и духовная сила, словно чистый родник, влилась в его духовную платформу. — Бой — это не грубая сила. Умей видеть слабые места врага и используй обстоятельства — вот путь к победе.

Шестоухий опустился на одно колено, касаясь коленом холодной плитки из чёрного нефрита.

— Ученик запомнил!

Яо Минь подняла руку и поправила влажную от пота прядь у его виска. В ладонь юноши упала нефритовая пластина, покрытая звёздными узорами. Пластина излучала тусклый холодный свет, в ней была заключена частица её божественного сознания.

— В этой пластине есть частица моего божественного сознания. Она может вызвать центр массива и управлять марионеткой.

Увидев в глазах Шестоухого вновь вспыхнувший боевой дух, Яо Минь улыбнулась.

— Запомни: настоящее поле боя не на полигоне, а в постоянно меняющейся человеческой душе. — С этими словами она взмахнула рукой, и они оба оказались в главном зале.

В главном зале вился аромат сандала. Вокруг Яо Минь проявились десятки тысяч рун Дао. Шестоухий сел, скрестив ноги, на только что призванную подстилку для медитации и уставился на сияние, исходившее от наставницы.

— Сегодня я расскажу о пути от стадии Золотого Бессмертного до стадии Великого Предела. — Голос Яо Минь звучал то приближаясь, то удаляясь, в нём чувствовалась вековая мудрость, прошедшая сквозь время и пространство. — Когда я закончу этот рассказ, мне пора будет отправиться во Дворец Цзысяо… — Голос растаял в пустоте, и лишь истинные слова Великого Дао заструились под сводами зала, превращаясь в золотые письмена, входящие в духовную платформу Шестоухого.

Десять тысяч лет пролетели в мгновение ока. Когда Шестоухий медленно очнулся от постижения Дао, Яо Минь уже давно ждала его в стороне.

Она мягко улыбнулась и достала из рукава прозрачный плод бессмертия женьшеня.

— Ты, должно быть, многое постиг. Прими это и закройся в уединении, чтобы переварить полученное. Твоему учителю пора в путь.

Шестоухий встал, почтительно принял плод и низко поклонился.

— Ученик благодарит наставницу!

Проводив Шестоухого, ушедшего в затворничество, Яо Минь взмыла в небо и покинула Бессмертную гору Лэнъюань. Перед отбытием она воздвигла вокруг горы девятислойный барьер и лишь после этого устремилась в сторону Дворца Цзысяо, готовясь слушать второе поучение Предка Дао.

Яо Минь летела по морю облаков на потоке света, как вдруг до её слуха донёсся чистый зов. Голос был пропитан изначальными ритмами Дао, отчего облака и туман вокруг сгустились в нефритовые цветы.

Она обернулась и увидела, как в клубящихся облаках удачи по лотосам к ней приближаются две фигуры — Нюйва и Фуси.

Одеяние Нюйвы развевалось, словно утренняя заря. Фуси держал в руках Диск Восьми Триграмм, а вокруг него витали призраки восьми триграмм. Это были старые друзья, которых она давно не видела.

— Наконец-то я тебя поймала! — Нюйва коснулась носком облака, и её стройный силуэт, словно бабочка, метнулся вперёд. Руки, подобные лотосу, обвили шею Яо Минь, принеся с собой сладкий аромат.

Яо Минь от неожиданности глухо охнула. Нефритовая подвеска на её поясе столкнулась с колокольчиком Сюаньцзи Нюйвы, издав звонкий звук, а лунно-белая лента у виска запуталась в волосах.

Фуси стоял в нескольких чжанах, сложив руки за спиной. Он легонько коснулся Диска Восьми Триграмм, и гадание рассеялось. Увидев, как Яо Минь, покраснев, пытается высвободиться, он мягко улыбнулся.

— Сестрица, не пугай так нашего друга.

Нюйва наконец разжала руки. Нефритовая шпилька в её волосах слегка качнулась, а звёздные очи сверкнули укором.

— Тебя так долго не было видно, я уж думала, ты забыла обо мне!

Яо Минь погладила грудь, восстанавливая дыхание, и вздохнула про себя: «У Нюйвы невероятная сила… Чуть не задушила меня этим жарким объятием».

На её губах заиграла улыбка.

— На днях я заходила на Гору Фэнси, чтобы навестить тебя, но как раз застала твоё уединение для постижения Дао. Подумала, что не стоит мешать твоей практике, и ушла.

Глаза Нюйвы засияли. Она снова взяла Яо Минь под руку, сжав её ещё крепче, и золотые колокольчики на запястье зазвенели.

— Раз так, не отправиться ли нам вместе во Дворец Цзысяо? В пути ты расскажешь нам о своих приключениях за эти годы! — Она повернулась к брату, в глазах читалась просьба.

Золотистые глаза Фуси отражали море облаков. Он убрал Диск Восьми Триграмм в рукав и кивнул с улыбкой.

— Раз уж мы направляемся во Дворец Цзысяо слушать поучения, идти вместе действительно будет безопаснее. — С этими словами он поднял руку, вычисляя направление, и призрачный образ Диска Восьми Триграмм из рукава превратился в путеводный огонь.

Яо Минь посмотрела на радостный вид Нюйвы, затем на снисходительную улыбку в глазах Фуси и наконец, покачав головой, улыбнулась.

— Раз так, тогда я составлю вам компанию. — Не успели слова слететь с губ, как Нюйва уже потащила её вперёд.Подол одежды взметнулся, поднимая небесный ветер, пропитанный ароматом духовных трав.

Фуси держался чуть поодаль, время от времени поднимая руку, чтобы разогнать встречные ветры. В его глазах читалась только братская нежность.

http://tl.rulate.ru/book/192000/21669053