Готовый перевод Lazy Farming System Breaks Cultivation World / Система лентяя против мира прокачки: Глава 5

Су Юйчжэнь уставилась на нефрит у своих ног, затем перевела взгляд на дорогую селфи-палку, вtip которой из-за короткого замыкания валил едкий сизый дым. Она замерла, словно старая и обугленная грозой шелковица. В груди похолодело сильнее, чем когда на неё направили меч Лю Жуцзиня!

Её денежное дерево! Её источник сплетен! Её инструмент заработка в мире стриминга города Цинъян! Неужели всё… конец? Просто из-за куска дрянного нефрита?!

Волна яростного отчаяния, смешанная с болью от потери духовных камней, мгновенно вытеснила страх, сковавший её под давлением ауры. Она резко вскинула голову и уставилась на Шэнь Циншуан, которая среди груды погребальных табличек спала без задних ног, мерно и ритмично посапывая. Взгляд Су Юйчжэнь был таким, будто она смотрела на заклятого врага, раскопавшего могилу её предков!

— Шэнь! Цин! Шуан!!! — Су Юйчжэнь издала пронзительный, сорвавшийся на визг крик, точь-в-точь как кошка, которой наступили на хвост. — Верни мою «Посох Духовного Сродства»! Верни мои камни! Верни моего главного спонсора! Я тебя на части разорву!!!

Она напрочь забыла и об убийственном намерении Лю Жуцзиня и Лю Жуянь, и о том, что сама является лишь никчемной практикующей на стадии Закалки Ци. Сейчас в её голове пульсировала лишь одна мысль: броситься вперед! Раздергать это безмятежно спящее лицо! Прервать это раздражающее сопение! Пусть платит! Пусть отдаст всё до последнего гроша!

Она, размахивая руками и ногами, бросилась на груду табличек! Её пальцы с ярко-красным маникюром согнулись когтями, целясь прямо в нежную щеку Шэнь Циншуан!

— Наглость! — рявкнул Лю Жуцзинь, вскинув брови. Поведение этой бабьей задиры было очередным вызовом достоинству Секты Цинъюнь! Он направил духовную силу, и меч на его поясе мгновенно вышел из ножен на полдюйма. Ледяная энергия меча, подобно материальному потоку холода, готова была хлынуть наружу, чтобы заморозить эту шумную букашку!

В глазах Лю Жуянь блеснул холод, обнажая жажду убийства. Су Юйчжэнь испортила трансляцию, да еще и так безрассудно? Самое время смыть её кровью свой недавний конфуз! Нить ледяной, словно яд змеи, духовной силы бесшумно сконденсировалась на кончиках её пальцев, нацелившись в спину Су Юйчжэнь!

Воздух в родовом храме вновь натянулся до предела из-за двух внезапно вспыхнувших, совершенно разных намерений убить! Старейшины рода в ужасе втянули головы в плечи, мечтая лишь об одном — провалиться сквозь землю.

В самый критический миг, когда когти Су Юйчжэнь были еще в трех футах от лица Шэнь Циншуан, когда мечная энергия Лю Жуцзиня была готова вырваться, а ядовитая сила Лю Жуянь — пронзить плоть—

Хр-р-р… ффф…

Шэнь Циншуан, мирно спавшая среди табличек, кажется, была потревожена этим истошным криком. Во сне она недовольно сморщила носик, обиженно надула губки и затем — совершенно естественно — перевернулась на другой бок!

При этом повороте она из положения на спине перешла на бок, подставив спину и бедра бросающейся на неё Су Юйчжэнь. А рука, всё еще сжимавшая нефрит, вместе с движением тела бессознательно и вяло взметнулась в сторону!

Вум!

Теплая нефритовая подвеска с узором парящего дракона вновь вспыхнула!

Но на этот раз это был не ослепительный изумрудный щит, а мягкое, подобное лучам весеннего солнца, нежно-золотистое сияние, пропитанное сонной негой!

Это сияние разошлось по сторонам, словно круги на воде. Беззвучно, но с поразительной скоростью оно пронеслось сквозь бросающуюся Су Юйчжэнь, застывшего Лю Жуцзиня, затаившуюся Лю Жуянь и всех остальных присутствующих в храме!

[Динь! Обнаружено чрезмерное количество внешнего шума, серьезно влияющее на качество сна носителя в «Пятизвездочном курорте»!]

[Пассивный навык титула «Свет соленой рыбы» — «Тебя меня не видно» (начальный уровень) — активация не удалась! Индекс внешней угрозы слишком высок!]

[Принудительный запуск протокола безопасности «Курорта» — «Аура принудительного дневного сна» (демо-версия)! Радиус: десять чжанов! Эффект: принудительное введение цели в состояние глубокого расслабления, имитация качественного дневного сна! Длительность: половина фимиамидной палочки (варьируется в зависимости от уровня угрозы)!]

Ледяной, едкий электронный голос системы пронесся в спящем сознании Шэнь Циншуан.

В тот миг, когда золотистое сияние коснулось присутствующих—

Су Юйчжэнь, летевшая вперед, замерла прямо в воздухе! Ярость и искаженная боль на её лице словно разгладились невидимой ладонью. Поднятые когти безвольно опустились, выпученные глаза моргнули, а пламя безумия в них погасло, будто на него плеснули ледяной водой, оставив лишь ошеломленное, пустое выражение.

— Э-э? — она издала невнятное мычание, и её тело качнулось. Непреодолимая, всепоглощающая сонливость, похожая на теплую ванну, накрыла её сознание подобно приливу. Какие камни, какая селфи-палка, какая Шэнь Циншуан… всё стало туманным и далеким, словно события прошлой жизни. Веки налились свинцом, их невозможно было разомкнуть.

— Сонно… так сонно… — пробормотала Су Юйчжэнь невнятно. Она пошатывалась, словно пьяная, совершенно не замечая ни груду табличек, ни Шэнь Циншуан, ни затаившихся позади Лю Жуцзиня и Лю Жуянь. Пользуясь последними остатками инстинкта, она побрела к массивной лакированной колонне, поддерживающей часть потолка.

Тук!

Её голова несильно ударилась о твердую колонну.

— Ох… жестковато… — пробормотала она, даже не вскрикнув от боли. Словно коала, нашедшая дерево, она обхватила колонну руками и ногами, и её обмякшее тело сползло вниз. В итоге она осела у подножия в крайне неудобной позе, прижавшись щекой к холодному дереву. Веки сомкнулись окончательно, и почти в ту же секунду из её рта, прижатого к колонне, вырвалось тихое, но отчетливое сопение:

— Хр-р… ффф… хр-р… ффф…

Лю Жуцзиню стало еще страннее.

Его ледяная энергия меча, достигшая пика и готовая вырваться, при соприкосновении с золотистым сиянием растаяла, словно тонкий слой снега под палящим солнцем! Неописуемое тепло проникло в его поры, мгновенно усмиряя бурлящую от ярости кровь и натянутые нервы. Духовная сила в даньтяне, прежде вращавшаяся на бешеной скорости, словно была мягко прижата ладонью и начала медленно, неохотно замедляться. Глубокая, идущая из самых глубин души усталость накрыла его без предупреждения.

Рука, сжимавшая рукоять, непроизвольно расслабилась. Меч, вышедший наполовину, со звоном вернулся в ножны.

— Хм? — Лю Жуцзинь нахмурился, пытаясь воззвать к силе для сопротивления этой странной дремоте. Он — практик стадии Закладки Фундамента! Его воля крепка! Как его может подчинить подобное колдовство?!

Однако теплая сонливость впилась в него, как паразит. Чем сильнее он сопротивлялся, тем отчетливее становилась усталость. Веки отяжелели, зрение подернулось дымкой, а гнев, унижение и подозрения по поводу нефрита словно покрылись толстым слоем мутного стекла. Он даже не удержался и широко зевнул!

— А-а-а-х!

Зевок вышел долгим и громким, принося с собой чувство расслабленности, которое его самого привело в замешательство. Сразу после этого новая волна сна накрыла его, как гигантская волна. Ноги подогнулись, и он поспешно ухватился за стоящее рядом пошатнувшееся кресло из красного сандала.

«Нет… нельзя спать… это же родовой храм… это позор…» — Лю Жуцзинь боролся остатками воли, его веки бешено дрожали. Он пытался выпрямиться, сохранить достоинство гения Секты Цинъюнь, но тело казалось налитым свинцом. В конце концов он сдался и, сползая по опоре кресла, крайне неэлегантно опустился на холодный каменный пол, прислонившись спиной к его ножкам.

— Просто… просто прикрою глаза… отдохну немного… — пробормотал он, оправдывая себя. Веки окончательно сомкнулись. Голова склонилась набок, прислонившись к ножке кресла, и дыхание вскоре стало глубоким и ровным.

Для Лю Жуянь всё было куда страшнее!

Её ледяная, смертоносная нить духовной силы при контакте с золотистым светом испарилась мгновенно, будто раскаленная игла в лаве! Поток тепла насильно ворвался в её меридианы, грубо вытесняя всю жажду убийства и коварные планы. Но это тепло не приносило комфорта — оно принесло чувство потери контроля, от которого содрогнулась сама её душа!

Она отчетливо чувствовала, как её гордое сознание перерожденной — та мощная ментальная сила, что позволяла видеть детали и просчитывать будущее — окутывается мягкой, но непреклонной силой… и принудительно отключается!

«Нет! Остановитесь! Что это за чертовщина?!» — неистово кричала она про себя, пытаясь использовать тайные техники из прошлой жизни. Однако её сознание словно погружалось в теплую вязкую массу, и любые попытки борьбы были тщетны. Сонливость, как червь, вгрызалась в её ясность ума.

Она впилась взглядом в Шэнь Циншуан, пытаясь использовать ненависть и ужас как щит против сна, но с содроганием обнаружила: четыре иероглифа [Свет соленой рыбы] над головой Шэнь Циншуан в этом золотистом сиянии светились еще более лениво и «законно»! Этот свет словно нес в себе силу самого Дао, безмолвно провозглашая: «Спи! К чему эта суета? Лежать пластом — вот истинный путь!»

— Э-э… — короткий, полный негодования стон вырвался из горла Лю Жуянь. Она почувствовала, как подкашиваются колени. Собрав последние силы, она попыталась отступить, уйти из зоны действия этого странного света.

Но тело предало её.

Ноги подогнулись, и Лю Жуянь, лишившись всякой опоры, рухнула вперед.

Плюх!

Она не нашла колонну, как Су Юйчжэнь, и не прислонилась к креслу, как Лю Жуцзинь. Эта «главная героиня», вернувшаяся из прошлой жизни с неземным изяществом, просто рухнула лицом в холодный, грязный пол, усыпанный древесной стружкой и пылью!

Её нежно-желтое платье испачкалось, тщательно уложенная прическа растрепалась, пряди волос небрежно прилипли к пыльному лицу. У неё даже не было сил повернуть голову — половина лица так и осталась прижатой к ледяному полу.

Небывалое унижение жгло её разум, словно магма, но в следующую секунду оно было полностью поглощено мощным приливом сна. Веки сомкнулись, и последним, что она увидела перед тем, как провалиться в небытие, был безмятежный профиль Шэнь Циншуан среди табличек и ослепительно-золотое сияние [Света соленой рыбы] над ней.

В последнее мгновение перед потерей сознания Лю Жуянь, казалось, услышала в своей голове холодный, едкий электронный голос, точь-в-точь как у Шэнь Циншуан, но с явным соревновательным подтекстом:

[Динь! Обнаружено вторжение сверхнормативного «Закона лени»! Механизм защиты «Системы контрнаступления трудоголиков» (тестовая версия) — активация не удалась!]

[Внимание! Воля носителя подверглась загрязнению «Ассимиляцией соленой рыбы»! Принудительный переход в режим «Энергосберегающего сна»! Запуск экстренного восстановления… бззз… недостаточно энергии… ошибка восстановления…]

[…Спи… нет сил бороться…]

Лю Жуянь: «……» У неё не осталось сил даже на гнев, сознание окончательно погрузилось во тьму. Из её рта, прижатого к полу, донеслось слабое, сдавленное сопение.

В родовом храме время словно нажали на паузу, а затем перевели в режим замедленной съемки.

Золотистое сияние, подобно тонкой вуали, окутало этот крошечный мир.

В центре, среди погребальных табличек, Шэнь Циншуан лежала на боку, её дыхание было ровным и мелодичным, будто она спала на облаках.

У красной колонны Су Юйчжэнь обнимала дерево, прижавшись лицом к холодной поверхности, и её сопение было глухим, из-за заложенного носа.

Рядом с креслом Лю Жуцзинь прислонился к его ножке, голова его была склонена набок, дыхание — длинным, а на уголке рта, казалось, застыла подозрительная капля слюны после расслабления.

Хуже всех пришлось Лю Жуянь: она лежала лицом вниз, в пыли, с растрепанными волосами и испачканным желтым платьем. В её позе сквозило какое-то отрешенное смирение перед судьбой, и лишь едва заметное движение спины доказывало, что она еще жива.

А старейшины рода? Еще до того, как «Аура принудительного дневного сна» накрыла их, половина из них уже отключилась от волнения, а оставшиеся несколько стариков теперь сидели в креслах или привалившись к стенам, с открытыми ртами и слюнявыми подбородками, вливаясь в этот беспрецедентный «коллективный дневной сон в храме».

[Динь! Эффект «Ауры принудительного дневного сна» превосходен! Индекс внешней угрозы обнулен!]

[Динь! Обнаружено повышение качества сна носителя до уровня «Глубокого и качественного»! Прогресс строительства «Пятизвездочного курорта» +20%! Текущий общий прогресс: 35%!]

[Динь! Получено дополнительное достижение: «Дирижер колыбельной в родовом храме»! Награда: пассивный навык «Храп для помощи в засыпании (слабый)» (ваш храп будет оказывать легкое успокаивающее действие, крайне эффективно против людей со слабой волей)!]

Системные уведомления прозвучали в глубоком сне Шэнь Циншуан с оттенком… удовлетворения?

Весь родовой храм семьи Шэнь погрузился в беспрецедентную, странную тишину, наполненную гармоничным сопением.

http://tl.rulate.ru/book/191982/19596521