Готовый перевод Group Transmigration: I’m the Villain but Everyone Protects Me / Попаданцы в сянься: моя роль — злодейка, но я босс: Глава 13

Мэйхуа Цзе тут же прекратил свои действия, получив сообщение от Шу Юй «Не трогай его», и перестал позволять Минхуэю продолжать старение.

К этому моменту под воздействием Мэйхуа Цзе Минхуэй уже превратился в сорокалетнего мужчину.

Мэйхуа Цзе виновато уставился на лежащего на земле Минхуэя, который едва не состарился до смерти, и втайне почувствовал облегчение:

«Слишком быстро сработал. Еще секунда — и не смог бы остановить процесс».

Опасаясь, что Шу Юй вернется и обнаружит его вмешательство, Мэйхуа Цзе снова взял под контроль клетки Минхуэя, возвращая их к исходным показателям.

[Глава группы] Младшая сестра Цзяньгэ [Червовая Туз]: Сначала не трогай его. Ладно, лучше просто отнеси его обратно в гостиницу, на него жалко смотреть, когда он так валяется на полу.

[Глава группы] Младшая сестра Цзяньгэ [Червовая Туз]: Тебе лучше наладить с ним хорошие отношения. В конце концов, тебе предстоит стать Буддийским Сыном, а голос и поддержка толпы очень важны.

Несколько раз перепроверив сообщение Шу Юй, Мэйхуа Цзе нехотя схватил Минхуэя за обе руки, словно цыпленка, и рывком поднял на ноги.

Чтобы доказать, что он действительно послушался, Мэйхуа Цзе даже сфотографировал Минхуэя, которого держал одной рукой, и отправил Шу Юй.

Возвышенный и праведный Буддийский Сын [Мэйхуа Цзе]: [Минхуэй_лицом_в_пол.jpg]

[Глава группы] Младшая сестра Цзяньгэ [Червовая Туз]: …………

Увидев это сообщение, Шу Юй в очередной раз убедилась: в её группе нет ни одного нормального мужчины.

Более того, каждый раз, когда Мэйхуа Цзе писал ей в личку, контраст между содержанием и его образом «праведного человека» был просто запредельным!

Стоп, подождите...

[Глава группы] Младшая сестра Цзяньгэ [Червовая Туз]: Ты ведь и меня раньше так же хватала?!!!

Когда Мэйхуа Цзе подбирал Шу Юй, на самом деле он нес её на руках.

Дело было не в его заботе о дамах, а в том, что перед тем как душа Шу Юй покинула тело, она сама выбрала удобную позу, чтобы прийти в себя, и «принцесса-стайл» подхват был самым подходящим. Если бы Мэйхуа Цзе пытался схватить её так же, как Минхуэя, это было бы чистой воды издевательством.

Глядя на Минхуэя, который беспробудно валялся без сознания, Мэйхуа Цзе решил, что не будет грубо тащить его за шиворот — это решение он принял после долгих раздумий, боясь случайно задушить беднягу.

«Боже, я сейчас расплачусь от его благородства».

Получив сообщение Шу Юй, Мэйхуа Цзе небрежно бросил вернувшегося в гостиницу Минхуэя прямо на пол в комнате. Однако он не смог успокоить Шу Юй, ответив на её сообщение.

Потому что парень, которого он принял за извращенного монаха, очнулся.

Ненасытный Минхуэй и представить не мог, что потеряет сознание. Но аура злобы, исходившая от того человека, была слишком пугающей — она обладала подавляющей силой против тех, кто посвятил себя пути Будды.

Для практикующих буддизм даже простое приближение человека с такой аурой было невыносимым, а малейшее прикосновение к ней могло отразиться на культивации. И дело было не только в непоколебимости духа, о которой все твердили, но и в неспособности противостоять этой темной энергии. В мире всё взаимосвязано: свет и тень всегда идут рука об руку.

Когда Минхуэй пришел в себя, всё его тело ломило, а руки болели так, будто им вывихнули суставы. Маленький монах открыл глаза и увидел перед собой деревянный пол, хотя отчетливо помнил, что до обморока он был в темном, сыром переулке.

В гостинице было очень хорошо проветриваемо, а золотистые солнечные лучи, падающие на пол, создавали иллюзию, будто его подобрала какая-то добрая семья.

Поэтому, когда он поднялся и увидел мужчину, чье тело было словно погребено под воплощенной аурой злобы, напоминающей демона, Минхуэй от ужаса снова рухнул на пол.

На слишком бледном лице маленького монаха отчетливо виднелись покрасневшие от сдерживаемых слез глаза, но он всё еще не мог разглядеть лица противника.

...Скорее всего, как буддист, он в этой жизни больше никогда не увидит его лица.

Когда Шу Юй в спешке прибыла на место, она застала сцену: маленький монах, который следил за ней и был замечен Мэйхуа Цзе, замер в противостоянии с Мэйхуа Цзе, который выглядел как настоящий владыка демонов.

Почему-то, хотя Минхуэй уже встал и выпрямил спину, по своей ауре он всё равно казался на голову ниже противника.

Хотя Шу Юй понимала, что причина проста: Мэйхуа Цзе был значительно выше и крепче этого малыша.

Но этот последователь Будды сейчас напоминал травоядное, встретившее своего естественного врага, а стоящий перед ним Мэйхуа Цзе — хищником, готовым в любой момент вцепиться в глотку.

Шу Юй: «??? Я же просила тебя наладить с ним отношения! Но я не имела в виду отношения в пищевой цепочке!»

Неизвестно, о чем думал маленький монах, но, несмотря на то что он дрожал от страха, он искренне выдал:

— Грешник... ваши грехи слишком тяжелы! Вам не место в этом мире!

Шу Юй, прибежавшая на зов, замерла на месте в шоке. Её детские глаза округлились:

— ...Да как ты смеешь?! Ты же так напуган, неужели нужно еще и правду говорить?!!!

Мэйхуа Цзе, не практикующий буддизм и не знающий о своей ауре, для Шу Юй был подобен ядерной бомбе, приставленной к лбу. Она надеялась, что он воспользуется случаем, чтобы по-доброму пообщаться с последователем Будды и оставить хорошее впечатление.

Но, увидев их «взаимодействие», Шу Юй поняла, что не может оставить этого монаха рядом с Мэйхуа Цзе. Нужно было немедленно уводить его.

Она просила Мэйхуа Цзе подружиться с ним, чтобы облегчить его будущий путь Буддийского Сына, но очевидно, что если они продолжат разговор, Мэйхуа Цзе оставит в мозгу этого малыша неизгладимый след, став главным кошмаром всей его жизни!

Произнеся свое наставление «сходить на тот свет», Минхуэй даже не осмелился поднять глаз, чтобы увидеть реакцию Мэйхуа Цзе.

Впрочем, он и не мог её увидеть.

Минхуэй сам себя довел до полного ступора. Приготовившись к мучительной смерти, он совершенно не услышал возмущенный возглас Шу Юй.

Шу Юй незаметно подмигнула Мэйхуа Цзе и потянула Минхуэя за собой.

Она правда не знала, что о нем думать: смелый он или трусливый?

Смелый — ведь он смог упасть в обморок от одного вида человека; трусливый — ведь он осмелился посоветовать тому, кто его напугал, отправиться на тот свет...

Только когда Шу Юй оттащила Минхуэя на приличное расстояние, тот начал постепенно приходить в себя.

Казалось, он сам не ожидал, что останется жив. На его юном лице не осталось никаких секретов — все эмоции были написаны так ясно, что их легко было прочесть.

Глядя на растерянного Минхуэя, который с воодушевлением уставился на неё, Шу Юй подумала с причудливым чувством:

«Прямо как бродячая собака, виляющая хвостом».

Шу Юй моргнула и мысленно запечатлела эту картину.

Еще одна бродячая собака, спасенная из рук участника группы... а нет, монах.

С учетом его старшего брата Бинчэня, Шу Юй почувствовала, что Буддизм задолжал ей целую кучу жизней.

«Ну, спасать людей — это одно, но спасать монахов... это же невероятная заслуга перед небесами!»

С этой мыслью Шу Юй с легким чувством гордости зафиксировала этот момент:

«Это же живые души, которые я вырвала из лап живого дьявола!»

Забыв о недавнем ужасе, Минхуэй, чья рана на сердце уже затянулась, с энтузиазмом заговорил с Шу Юй:

— Мое монашеское имя Минхуэй. А как зовут вас? Вы следуете за тем господином, чтобы наставить его на истинный путь?

Минхуэй даже не допускал мысли, что её позвал Мэйхуа Цзе. Он был убежден, что Шу Юй пришла именно за Мэйхуа Цзе, просто она встретила его чуть раньше.

Шу Юй: «...Неудивительно, что тебя зовут Минхуэй. Ну ты и умник».

Хотя она была благодарна за то, что он не заподозрил её, а сам придумал ей оправдание, которое даже ей в голову не пришло, но...

Шу Юй: «Я искренне не понимаю вашу монашескую тягу к спасению душ!»

— Меня зовут Шу Юй. Но прежде чем ты задашь следующий вопрос, ответь мне: почему ты шел за мной? Судя по всему, ты даже не знаешь моего имени, так зачем следил?

Если бы Мэйхуа Цзе не обнаружил этого Минхуэя, она бы даже не заметила слежки. И хотя Мэйхуа Цзе из-за этого ошибочно принял его за преследователя, Шу Юй считала, что такая ошибка была вполне оправданной.

Поскольку рядом не было настоятеля, который мог бы разжевать ему, в чем ошибка, Минхуэй и не подозревал, что его поведение было предосудительным:

— Я видел, что состояние старшего брата Бинчэня после встречи с господином было не в порядке. Сейчас брат занят и не может поговорить с господином, поэтому я осмелился прийти сам. Подскажите, господин, что тревожит ваше сердце?

Шу Юй: «...Так это ты, Бинчэнь, навел на меня этих призраков!»

Любой нормальный человек на её месте должен был бы начать её опасаться, раз она попала в такую ситуацию. Почему же все буддисты только и думают, как бы её спасти?

И есть ли вероятность, что твой старший брат Бинчэнь вовсе не хочет меня спасать, а просто считает меня отбросом!

— Хочешь помочь? Тогда купи мне пудру в Ланянфан.

Шу Юй улыбнулась самой доброй улыбкой, мастерски скрыв фальшь.

Она указала в сторону лавки, где выстроилась огромная очередь — это была самая популярная мастерская косметики в мире культиваторов.

И этот дурачок Минхуэй, конечно же, поверил и с энтузиазмом отправился в очередь.

Монах, идущий покупать пудру, мгновенно привлек внимание окружающих.

Отправив Минхуэя по делам, Шу Юй не выдержала и тут же зашла в групповой чат, чтобы выговориться. Она начала в красках описывать появление Минхуэя.

Закончив, Шу Юй с облегчением выдохнула: наконец-то на душе стало спокойно!

Далекий предок, находившийся в храме на месте «коммерческого обмена любезностями» между Буддизмом и Цзяньгэ, уловил суть.

Почтенный предок [Червовая Семерка]: Тебе правда не страшно, что тот монах обнаружит, что ты и Мэйхуа Цзе уже знакомы?

Десятка Бубен, мастер скоростного серфинга в сети, после своей смерти находился в режиме ожидания новой личности, поэтому скорость его ответов была просто запредельной.

Отец главного героя в версии «принесен в жертву» [Десятка Бубен]: А не подумают ли они, что вы с Мэйхуа Цзе на самом деле разыгрываете спектакль?

Стоило зайти речи о Шу Юй, как тут же объявился Червова Двойка.

Верный и ответственный свинолюд [Червова Двойка]: Спектакль? Нет, я искренне и очень по-настоящему хотел её пришибить.

Верный и ответственный свинолюд [Червова Двойка]: Ой, подождите, я её не пришиб? Тогда да, это был спектакль.

[Глава группы] Младшая сестра Цзяньгэ [Червовая Туз]: …………

Подпевала Владыки Демонов [Пиковая K]: Я тут просматривал аналитику нашего первого сценария. Появление А добавило много очков из-за перспективы главного героя.

Подпевала Владыки Демонов [Пиковая K]: На самом деле, часто лучше позволить им самим додумать детали, чем прописывать каждый мелкий шаг.

Подпевала Владыки Демонов [Пиковая K]: Например, появление того монаха — разве это не идеально? Зачем злодею, которого настоятель признал несовместимым с Буддой, без причины спасать ученицу Цзяньгэ? Я не верю, что тот старый монах был дурачком. Он мог не заподозрить А, но он точно не мог не подумать, что в этом замешан Мэйхуа Цзе, который извлек выгоду. Но если ученица Цзяньгэ и этот злодей знакомы, всё становится логичным.

Подпевала Владыки Демонов [Пиковая K]: А тот маленький монах сам следил за Шу Юй. Собственные открытия всегда кажутся более достоверными, чем рассказы других. Он ведь решил, что ты пытаешься наставить Мэйхуа Цзе на путь истинный.

[Глава группы] Младшая сестра Цзяньгэ [Червовая Туз]: Какое еще «добавление очков за перспективу героя»? Когда я случайно встретила героя, я переживала, не столкнусь ли я с сюжетными дырами.

Подпевала Владыки Демонов [Пиковая K]: Я не знаю, что там напридумывал мозг главного героя, просто система решила, что описания его внутренних чувств при контакте с тобой и те настройки, которые он тебе приписал, делают сюжет ярче. Поэтому баллы начислены.

...

Результат превзошел ожидания Шу Юй: Минхуэй действительно скоро вернулся с пудрой.

Перестав следить за чатом, она с недоумением посмотрела на него:

— Как ты вернулся так быстро?

Судя по очереди, он должен был быть где-то на середине. Как он успел? Этот монах точно не из тех, кто лезет без очереди.

Минхуэй обеими руками протянул ей изысканно упакованную коробочку:

— Те добрые дамы в очереди оказались очень милосердны. Узнав, что я покупаю пудру, одна из них просто подарила её мне. Хотя я считаю, что не должен был принимать подарок, я подумал, что вы захотите получить её поскорее.

Шу Юй проследила за его словами и посмотрела на женщин в очереди. Все они смотрели на них, прикрывая рты ладонями и хихикая.

Шу Юй: «…………»

Он, конечно, не осознавал этого, но монаха явно разыграли!

А теперь, когда он привлек их внимание, она сама стала объектом насмешек...

Шу Юй не стала брать пудру. Подобно тому, как она уводила его от Мэйхуа Цзе, она схватила его за рукав и поспешила бежать прочь из этого ада социального позора.

http://tl.rulate.ru/book/191968/19944112