Готовый перевод Six Lives of Vengeance: Divine Soul Shattered for Love / Шесть жизней ради любви: божество разделило душу: Глава 1

Старая деревянная дверь издала протяжный, скрипучий стон.

Я невольно подняла голову, и моему взгляду предстала Наложница Фан – знакомая и одновременно режущая глаза фигура.

Она была облачена в шёлковое красное платье, предназначенное только для главной жены, и оно так слепило мои глаза, что болели.

На красном платье были вышиты замысловатые, сложные узоры, а голову украшала россыпь роскошных шпилек с драгоценными камнями, словно желая продемонстрировать мне свой нынешний статус.

За ней следовали несколько крепких пожилых служанок. Они держались вызывающе, бесцеремонно ввалившись в мою прежде комнату.

Я присмотрелась внимательнее: это шёлковое красное платье и сверкающие шпильки с перегородчатой эмалью показались мне смутно знакомыми.

В мгновение ока я поняла – это же часть моего приданого!

А теперь она носит это с такой непринужденностью. Вспомнив, это, должно быть, подарок от Лю Хуайэня.

Я невольно нахмурила брови, в глазах зажглось пламя гнева. Я уставилась на неё и грозно спросила: — Зачем ты пришла сегодня?!

Наложница Фан, увидев это, слегка приподняла изящную руку, прикрыла губы шёлковым платком и издала серебристый смешок.

— Хи-хи, моя милая сестрица, я пришла проводить тебя в последний путь.

Сердце моё ёкнуло. Я недоверчиво спросила: — Проводить в последний путь?

Ты хочешь убить меня?

Какая же ты смелая! Я – старшая принцесса государства Да Юй, неужели ты не боишься гнева Его Величества?

Уголки губ Наложницы Фан слегка приподнялись, она усмехнулась: — Хи-хи! Гнев?

Выражение её лица было крайне насмешливым, и она рассмеялась: — Сестрица, ты слишком много думаешь. Что касается Его Величества, премьер-министр уже доложил, что твои дни сочтены.

Услышав это, я была потрясена до глубины души и гневно взревела: — Неслыханно! Вы осмелились обмануть монарха!

Наложница Фан небрежно протянула руку, слегка коснулась дорогой шпильки в своей причёске и равнодушно улыбнулась.

Затем медленно произнесла: — Премьер-министр нашёл за пределами столицы мастера маскировки, который изобразил умирающего человека в твоём облике.

И даже пригласил императорского лекаря для осмотра. Именно императорский лекарь сообщил Его Величеству, что дни твои сочтены.

Я была полна сомнений, мой голос невольно задрожал, когда я спросила: — Неужели это Лю Хуайэнь хочет убить меня?

Услышав это, Наложница Фан холодно рассмеялась. Её смех был зловещим и пронзительным.

— Кроме премьер-министра, кто ещё осмелится желать смерти сестрице?!

В этот момент я крепко сжала кулаки, костяшки пальцев побелели от напряжения. Я взревела, обращаясь к Наложнице Фан: — Почему он поступает со мной так? Пусть он немедленно явится ко мне!

Наложница Фан фыркнула, в её голосе звучало нетерпение, и она рассмеялась: — Сестрица, почему ты всё ещё так наивна?

Премьер-министр делает это, потому что твоё существование мешает его карьере.

Это просто ошеломляет! Теперь я стала камнем преткновения на его пути к успеху? Это просто смешно!

Узнав правду, моё лицо мгновенно стало бледным, как бумага, тело начало слегка дрожать, полное скорби.

Я горько усмехнулась и спросила: — Как я могу мешать его карьере? Какого положения он хочет достичь?

Наложница Фан выразила отвращение, оглядела меня с ног до головы и сказала: — Хотя сестрица и является старшей принцессой, твоя репутация давно уже опорочена.

Разве ты не знаешь, как тебя описывают в народе?

«Старая курица, которая не умеет нести яйца, да ещё и без перьев!»

Так что, сестрица, ты сейчас не только не можешь помочь премьер-министру при дворе и среди народа Да Юй, но и стала пятном на его пути к успеху.

Она продолжала насмешливо улыбаться мне, взяла чашку с чаем, поданную служанкой, и сделала глоток.

Затем сказала: — Сейчас премьер-министр должен поскорее от тебя избавиться. Только так он сможет осуществить своё амбициозное стремление к абсолютной власти.

Услышав это, я рассмеялась, смех был полон горечи и презрения.

— Это ты хочешь убить меня! Тебе не хватит сил! Если Лю Хуайэнь действительно хочет моей смерти, пусть сделает это сам!

Наложница Фан посмотрела на меня с пренебрежением, затем медленно сказала: — Ты всё ещё мечтаешь увидеть премьер-министра?

Какая наивность! Сейчас премьер-министр испытывает к тебе крайнее отвращение.

Сестрица, ты не задумывалась, как давно премьер-министр не приходил в твою комнату?

С каких пор ты имеешь такое право требовать встречи с премьер-министром?

Я прекрасно понимала, что сейчас, чтобы выжить, ни в коем случае нельзя продолжать спорить с Наложницей Фан.

Поэтому я глубоко вздохнула, постаралась подобрать интонацию и сделать свой голос как можно мягче.

Успокоившись, я мягко спросила: — Наложница Фан, кажется, я никогда не обижала тебя, почему ты так язвительна ко мне?

Когда премьер-министр захотел взять тебя в свой дом, я не препятствовала. Когда он захотел сделать тебя своей второй женой, я тоже согласилась.

Почему ты смотришь на меня как на врага?

Наложница Фан улыбнулась, но улыбка не касалась глаз. Она подошла ко мне, подняла палец и легко приподняла мой подбородок. В этом жесте было явное издевательство.

— Хи-хи, не обижала? Ты знаешь, что мы с премьер-министром были друзьями детства, у нас была помолвка с самого детства. Если бы не твоё вмешательство, я бы уже вышла замуж за премьер-министра и стала бы главной женой. Положение жены премьер-министра изначально должно было быть моим!

Ты говоришь, почему я не злюсь на тебя, почему не ненавижу тебя! Мой род Фан – великий клан в Южном царстве. Из-за тебя я, законная дочь старшей ветви, вынуждена стать наложницей!

Я только ненавижу, что ты так долго занимала это место напрасно! Ах, да, моя милая сестрица, есть ещё одна хорошая новость.

Сейчас я беременна ребёнком премьер-министра, это старший сын премьер-министра!

Но, пока ты жива хоть один день, мой несчастный ребёнок будет незаконнорождённым, которого нельзя показывать.

Как я могу смириться с тем, что мой ребёнок будет ниже других!

Поэтому, сестрица, ты должна умереть. Только когда ты умрёшь, премьер-министр сможет официально признать меня.

И тогда, когда мой ребёнок родится, он станет законным старшим сыном в доме премьер-министра.

Услышав это, я наконец поняла, почему она меня ненавидит!

Хотя я была потрясена, я всё же подавила волнение в сердце и спросила: — Но ведь он первым начал меня преследовать, а потом обменял свои заслуги на императорский указ о браке. Почему он теперь хочет моей смерти? Он мог бы просто развестись со мной!

Наложница Фан скривила губы и усмехнулась, в её смехе звучал сарказм.

— Развестись? Кто осмелится развестись по императорскому указу?

Ты думаешь, премьер-министр женился на тебе из-за любви? Ха-ха, какая глупость!

Если бы премьер-министр не хотел использовать имя принцессы Юнгу Аньнин, чтобы стать зятем и участвовать в государственных делах, зачем бы ему жениться на такой падшей и грязной женщине, как ты!

Тогда брак с тобой был лишь временным решением. А теперь ты совершенно бесполезна, поэтому тебе пора отправляться в путь!

Сегодня привезённое лекарство, как бы тебе ни было неприятно, ты должна выпить! Приведите кого-нибудь, держите её хорошенько и заставьте выпить лекарство!

Как только она сказала это, служанки, пришедшие с ней, быстро окружили меня.

Их движения были грубыми и умелыми. Мозолистые руки, словно железные клещи, крепко схватили мои руки и ноги, не давая пошевелиться.

Я отчаянно боролась, но это было похоже на мотылька, попавшего в паутину – чем больше я боролась, тем крепче становились путы.

Затем одна из служанок грубой рукой схватила меня за подбородок, заставляя открыть рот.

А другая служанка, взяв чашу с отвратительно пахнущей жидкостью, без колебаний насильно влила её мне в рот.

Горькая жидкость потекла по моему горлу, с резким запахом, вызывая у меня рвотные позывы.

Но в конце концов, лекарство было выпито.

Я, Ли Цинвань, старшая принцесса государства Да Юй, старшая дочь покойной императрицы, некогда прозванная первой красавицей Да Юй.

Я была искусна во всём: в игре на цине, шахматах, каллиграфии и живописи, легко сочиняла стихи и песни, была образцом для подражания среди знатных дам города Шэнцзин.

Когда мне было почти пятнадцать лет, император Да Юй, мой дорогой отец, одержимый славой, лично повёл войска в поход. Не послушав слов «не преследуй обедневшего врага», он был захвачен государством Цзя Е.

После поражения государство Цзя Е выдвинуло условие: если они хотят выкупить императора Да Юй, то не только потребуют дань в десять тысяч золотых, но и отправят принца Да Юй в государство Цзя Е в качестве заложника.

Но у моего отца было мало сыновей, кроме меня, был только родной брат Ли Цинли.

Тогда, чтобы спасти моего брата Ли, а также выкупить моего отца, я выдала себя за принца и в одиночку отправилась в государство Цзя Е в обмен на отца.

Но счастье было недолгим, моя женская природа была раскрыта.

Король Цзя Е в гневе низвёл меня, принцессу, до статуса презренной рабыни, и в итоге я стала игрушкой в покоях короля Цзя Е.

За одиннадцать лет пребывания в качестве заложницы в государстве Цзя Е я, терпя унижения, стиснув зубы, выжила.

А все эти годы, когда я была рабыней в государстве Цзя Е, мой отец, которого я спасла, совершенно не обращал на меня внимания, словно у него не было такой дочери.

Спустя несколько лет мой отец скончался.

Мой брат Ли Цинли взошёл на престол. Он объединился с шестым принцем Цзя Е, Хэлянь Ванцином, сверг старого короля Цзя Е и только тогда забрал меня обратно в государство Да Юй.

Я думала, что остаток жизни проведу в уединении дворца, медитируя при свете свечи.

Но, к моему удивлению, я встретила нынешнего премьер-министра Лю Хуайэня.

Вспоминаю, Лю Хуайэнь тогда был всего лишь скромным чиновником.

Под его сладкими речами и настойчивыми ухаживаниями я, наконец, потеряла себя и согласилась выйти за него замуж.

Ли Цинли, благодаря моей жертве в прошлом, когда я отправилась в Цзя Е в качестве заложницы ради него, очень любил меня.

Хотя он и не хотел отдавать меня замуж за такого мелкого чиновника, но не хотел, чтобы я осталась одинокой в будущем, поэтому он согласился на просьбу Лю Хуайэня о браке.

В начале брака Лю Хуайэнь относился ко мне очень хорошо, поэтому Ли Цинли часто продвигал его по службе, и в итоге он достиг положения премьер-министра.

И вот, всего за пять лет, он начал презирать моё падшее тело!

Это действительно очень смешно!

Когда я вернулась на родину, хотя народ Да Юй и благодарил меня за спасение страны, все презирали меня за то, что я еле выжила.

Я думала, что Лю Хуайэнь отличается от других, но не ожидала, что именно он причинит мне самую глубокую боль!

В животе начались сильные спазмы, словно острые ножи терзали его, вырывая мои мысли из реальности.

Игнорирование отца, безразличие народа, хладнокровие мужа.

Каков смысл всех моих жертв ради этих людей?

Я сожалею! Я ненавижу!

Зачем я глупо выдала себя за мужчину и отправилась в Цзя Е в качестве заложницы, чтобы вернуть отца!

Внезапно изо рта вырвался фонтан крови. Эта слепящая красная кровь, словно красная слива, цветущая зимой, разлеталась пятнами по земле.

Я медленно падала на холодный пол, слёзы сожаления безостановочно капали.

Я молю богов, если есть следующая жизнь, я обязательно превращусь в злобного духа из преисподней!

Я хочу отомстить! Я отправлю всех, кто причинил мне боль, в ад, чтобы они никогда не смогли переродиться!

Когда мои глаза медленно закрывались, в тумане я, казалось, увидела пять юношей, окруживших меня.

Кто они?

http://tl.rulate.ru/book/191622/20109280