Готовый перевод Dark Mythos: Rewriting the Gods’ Conspiracy / Я перепишу мифы богов — справедливость любой ценой!: Глава 2

То́нтянь Цзяочжу активировал божественное сознание для сканирования и мгновенно определил местоположение Западной секты. Затем он сложил обе руки в магические печати и за одно дыхание начертил три тысячи шестьсот техник. Печати обрели прозрачную, субстанциональную форму. Хотя это заняло очень мало времени, а техники были сложны и многочисленны, ни одна не вышла из строя.

В этот момент время, казалось, растянулось, скорость и медлительность достигли странного единства, совершенно нарушая обыденное мировоззрение и правила. Если бы кто-то это увидел, он бы непременно усомнился в собственных глазах, посчитав, что видит сон.

Затем он шагнул в пустоту, которая мгновенно сомкнулась за ним. По пустоте пробежала рябь, и в мгновение ока все снова стало спокойно.

Почти одновременно он появился у главного оплота Западной секты — у подножия Горы Линцзю.

Он вышел из густых зарослей камыша на оживленную дорогу и обнаружил, что одежда местных жителей сильно отличается от той, что была во времена династий Шан и Чжоу. Цветов стало больше, фасонов — больше, одежды стали намного красивее.

По дороге ехали в паланкинах, верхом на лошадях, несли поклажи, толкали тележки, шли пешком… Мужчины и женщины, старые и молодые…

Это был южный склон Горы Линцзю.

Гора Линцзю возвышалась величественно, уходя вершиной в облака. Внизу, среди лесов, виднелись золоченые и лазурные постройки. Выше же клубились облака, скрывая вершину, и было неизвестно, насколько она высока и глубока.

То́нтянь Цзяочжу последовал за толпой через городские ворота. Внутри города улицы были невероятно широки, по ним могли разъехаться восемь колесниц. По обеим сторонам улиц росли ряды высоких семилистников. Бесчисленные лавки, палатки, магазины, а также бродячие торговцы и разносчики воды и напитков.

Среди множества домов разной высоты величественно возвышались храмы, демонстрируя их власть и статус.

То́нтянь Цзяочжу немного понаблюдал и обнаружил, что монахи здесь действительно имели более высокий статус, но большинство были обычными людьми, также делившимися на знатных и незнатных.

Секрет Западной секты заключался в том, что их высшее руководство создавало божества и секты, проповедуя блаженные плоды и соблазняя низшие слои населения принять их веру и поклоняться им. Таким образом, они генерировали силу веры.

Им нужна была эта энергия для совершенствования.

Как же узнать о местонахождении тела Святой Матери Черепахи?

Хотя раньше он использовал технику Изначального сокрытия для гадания и выяснил, что тело Святой Матери Черепахи было доставлено в эту гору Юным Белым Лотосом из Западной секты, он не знал точного местоположения.

Здесь он не смел легко применять подобные гадательные методы, поскольку это могло раскрыть небесные тайны и легко выдать его тем, кто обладал глубоким совершенствованием. Его крылья еще не окрепли, и самое главное было — не раскрывать свою личность.

Он нашел высокое место и остановился, тайно активировав свое божественное сознание для сканирования окрестностей, и наконец определил цель.

Наступила ночь. Он покинул город вместе с толпой и, дождавшись полуночи, подошел к Реке Святой Воды, соединенной с рвом.

В это время полная луна висела в зените, ее чистый свет разливался по земле, словно слой инея.

Река Святой Воды текла с запада на восток. Ширина реки составляла семь-восемь метров, вода слегка рябила, отражая блики. Течение было очень медленным, почти незаметным.

Мелководье, но глубина велика — очевидно, эта речная вода была не обычной.

Где мелко, там много лягушек; в глубоком пруду таятся драконы.

То́нтянь Цзяочжу сосредоточенно осмотрел окрестности. Кроме кваканья лягушек, ничего необычного не было. Тогда он быстро сложил печати и погрузил руки в воду. Вскоре на поверхности появилась штуковина размером с крышку котла и замерла у его ног. Неуклюжим голосом она спросила: «Учитель моего Будды, что угодно?»

То́нтянь Цзяочжу присел и погладил крышку котла. Она не была гладкой и цельной, а состояла из множества решетчатых сегментов.

— Старая черепаха, сколько тебе лет?

— Маленькая черепаха прожила три тысячи шестьсот пятьдесят лет.

Оказалось, это была старая черепаха.

Тогда То́нтянь Цзяочжу спросил, знает ли она что-нибудь о Святой Матери Черепахе тысячелетней давности?

Старая черепаха сразу погрустнела. В конце концов, они были одного вида — горе от гибели сородича, печаль от гибели друга. Затем она рассказала печальную легенду о Святой Матери Черепахе. Самым ценным в ее рассказе было то, что она сообщила То́нтянь Цзяочжу, что ее тело до сих пор хранится в кладовой Храма Великого Грома.

То́нтянь Цзяочжу спросил, как можно попасть в кладовую?

Старая черепаха ответила, что только через заведующего складом Ало, иначе его раскроют.

То́нтянь Цзяочжу понял и сказал старой черепахе идти своей дорогой. В ту ночь он провел сидя в медитации на природе.

При его уровне совершенствования он уже давно был невосприимчив к холоду и жаре, а насекомые и муравьи его не трогали.

На следующий день он начал восхождение к Храму Великого Грома на вершине горы. Опасаясь, что его заметят скрывающиеся в тени могущественные практикующие, он не использовал свою силу, а двигался совершенно неподвижно, полагаясь лишь на обычные физические способности.

Нельзя не сказать, Гора Линцзю действительно была очень высокой. Только в облаках он шел трое суток.

Вдоль пути то и дело встречались дворцы и храмы, сосновые рощи и пагоды, цветущие деревья и лотосовые пруды. Он думал, что наверху должно быть холодно, но до самого Храма Великого Грома такого ощущения не возникало, ветер по-прежнему ласково дул в лицо, словно весенний.

В туманных облаках мерцал свет Будды, звуки молитв, ударов колокольчиков и чтений рыбьих барабанов наполняли слух, а неуловимый аромат сандала проникал повсюду. Это действительно соответствовало названию священной земли.

Хотя это место было невероятно высоким, здесь проживало еще больше людей: были местные жители и верующие, пришедшие поклониться Будде и встретиться с ним. Повсюду толпились люди, зрелище было поистине грандиозным.

Горные врата Храма Великого Грома были широки и величественны, арки из белого камня, фигурные кронштейны, изогнутые карнизы — все было украшено лаком и золотом, очень богато и изысканно. За ними следовали бесчисленные дворцы, расположенные один за другим, огромные и величественные. Золотая черепичная крыша сияла, изогнутые коньки крыш, красные колонны и зеленые перекладины — все вызывало восхищение.

Главный зал был самым высоким, его верхняя часть скрывалась в облаках, наполняя все вокруг трепетом и тайной.

То́нтянь Цзяочжу холодно осматривал все это, думая: «Все это — результат того, что Западная секта тысячу лет назад украла жизненную силу Востока. Пришло время вернуть все сполна!»

Он бродил вокруг комплекса зданий Храма Великого Грома семь дней, пока наконец не узнал о заведующем складом Ало.

Ало был начальником склада под началом надзирателя Храма Великого Грома, отвечавшим за складское хозяйство, и назывался заведующим складом. Этот парень соблюдал заповеди не очень строго, был скуп, жаден до денег и особенно любил азартные игры. Это показывает сложность человеческой натуры: горы и реки легко изменить, но природу трудно переделать. Даже в этом месте, называемом священной землей рая, под влиянием буддизма, который может побудить людей к добру и помочь увидеть свою истинную природу, все равно есть те, кто упрям и непреклонен.

Не бойся, что ты невосприимчив к ядам, главное — чтобы у тебя была слабость!

То́нтянь Цзяочжу придумал способ справиться с ним.

Место, где Ало часто играл, называлось Игорный дом Серебряного Крюка. Там играли в нарды, тянули жребий, угадывали четное или нечетное… Ало больше всего любил бросать кости и угадывать больше или меньше.

В этот день То́нтянь Цзяочжу притворился, что случайно встретил Ало в Игорном доме Серебряного Крюка. Он увидел, что тот одет в длинный халат из шуцзиньской парчи с золотыми нитями, на голове — шляпа из плотной плетеной парчи с узорами «счастье, богатство, долголетие и радость». Его лицо было непропорциональным, губы слегка выступали вперед, подбородок был немного недоразвит, губы толстые. Брови черные, как уголь.

Однако лицо было румяным, а его осанка — безупречной. Войдя в комнату, он поздоровался со всеми, пользуясь большой популярностью.

Хозяин игорного дома вышел лично поприветствовать его, проявляя большое радушие.

То́нтянь Цзяочжу вместе с остальными сел за большой квадратный стол, расставленный хозяином. В это время кто-то пошутил над Ало: «Заведующий складом Ало, в прошлый раз ты так увлекся спасением живых существ, что проиграл все до последней нитки. В этот раз принес достаточно денег?»

Ало рассмеялся. Его черные, как уголь, брови без остановки дрожали, что особенно бросалось в глаза.

Он взял стаканчик с костями, положил в него три кости и стал чертить ими круги на столе. Кости зашуршали внутри, и он сказал: «Золота и серебра у меня предостаточно, боюсь, вы не сможете их забрать, а лишь проиграете мне все. Давайте, я буду банкиром, вы ведь не будете против, верно?»

http://tl.rulate.ru/book/191421/19356651