Готовый перевод World Tree Awakening: Breaking the Heavenly Seal / Прикосновение к Древу — печать Вселенной сломана: Глава 1

Лес на западе нежно колыхался, солнце клонилось к закату, а многослойные зелёные холмы, казалось, пробуждались от спячки. Вдали непрерывно колебались сплошные лесные массивы, словно дикие звери мчались в их чаще, поднимая волну зловонного ветра. В один миг несколько жалобных обезьяньих криков, будто заклинания, всполошили птиц в небе, и те, взмахнув крыльями, устремились в высь. Тысячи гор, покрытых изумрудной зеленью, десять тысяч волн лесных потоков, что колыхались, — этот чистый лесной воздух был самым освежающим. Куда ни падал взгляд, предзакатное солнце заливало склоны гор и поля, разливая мирное тепло. Эти годы, проведённые вдали от дома, Цинь И вспоминал эту картину каждую минуту.

— Этот ребёнок, наверняка опять на гору пошёл.

— Как бы ни было хорошо снаружи, всё равно не сравнится с уютом в деревне.

У очага Ло Сюлянь с доброй улыбкой на лице не прекращала работу. Рядом Цинь Чанцзян спокойно подбрасывал дрова, курил свою трубку и изредка выдавал невнятные ответы.

Тридцать лет назад, когда Ло Сюлянь выходила замуж за Цинь Чанцзяна, пришлось повозиться. В те времена, когда материальные блага были скудны, рабочая сила была самой важной статьёй, поэтому «замуж за не единственного сына» стало негласным правилом. Цинь Чанцзян был единственным наследником, и чтобы заполучить жену, ему пришлось вкалывать изо всех сил, лишь постепенно завоёвывая расположение Ло Сюлянь. Но семья Ло была категорически против, и в итоге именно Цинь И помог им остаться вместе.

В глазах супругов Цинь, Цинь И был драгоценным сокровищем, единственным наследником во втором поколении, но в глазах родственников он был «незаконнорожденным» ребёнком, рождённым до брака. Времена менялись, мысли трансформировались, и лишь несколько лет назад, когда Цинь И успешно закончил учёбу, люди стали смотреть на этого бывшего «незаконнорожденного» с уважением.

Насколько помнил Цинь И, он знал каждый окрестный холм и каждую горную гряду, но очень мало знал о деревенских улицах. Единственное, что оставило глубокое впечатление, — это река, протекающая через деревню. Чистая вода извивалась и петляла, огибая деревню, пересекая горы, сливаясь с другими притоками и, наконец, прямиком впадая в административный центр провинции.

В этот момент в Управление по делам культуры и литературы провинции Сычуань поступило экстренное уведомление. Начальник Ли Вэньцинь получила указание сверху о необходимости обеспечить полную защиту вновь обнаруженных культурных реликвий. С момента её вступления в должность это уже седьмой раз, когда она получала высшее указание в этой области непосредственно перед обнаружением артефактов. Ли Вэньцинь обладала острым взглядом, её аккуратная стрижка и практичная одежда — всё выдавало её стремительный и решительный стиль.

«Грохот —»

Снаружи раздался раскат грома, и тут же хлынул ливень. Для обычных людей работа с культурными реликвиями всегда казалась далёкой от реальности, лишь будучи внутри, можно было ощутить всю тяжесть этого дела. Особенно предстоящее обнаружение этого артефакта, в которое она верила, что вскоре снова потрясёт мир.

В сотне километров отсюда, в лесу, внедорожник увяз в грязи и не мог сдвинуться с места. Этот гигант несколько раз пытался вырваться, но всё было тщетно, и оставалось лишь ждать буксировки для спасения.

Пожилой мужчина с серебряными волосами и в очках стоял в грязи, вокруг него собрались трое молодых людей. Он огляделся по сторонам и хрипло спросил: «Далеко ли ещё?»

«Профессор Ян, перевалите через этот склон, и увидите место назначения», — водитель, включив фонарик, несколько раз посветил вперёд, освещая узкую тропинку в дождевой завесе.

Профессор Ян посвятил всю свою жизнь делу сохранения культурных реликвий, и теперь, перед лицом артефакта, который вот-вот откроет свою тайну, он по-прежнему был полон энтузиазма. Один из молодых людей рядом сначала сказал водителю несколько наставлений, затем обратился к остальным троим: «Пойдёмте».

Двое молодых людей шли впереди, расчищая путь, а третий осторожно поддерживал профессора Яна. Четверо, ступая по грязи, с трудом продвигались сквозь дождь и туман.

Дождь и туман были клубящимися, лес — густым, ночной дождь и горы слились воедино. Перевалив через склон, пройдя ещё несколько ли, вдалеке наконец появились мигающие проблесковые маячки. С лиц стекала дождевая вода, но в глазах таилась радость. Профессор Ян не стал много говорить, лишь слегка махнул рукой, сигнализируя продолжать путь.

«Профессор Ян, наконец-то дождались вас!» — к нему навстречу вышел сотрудник полиции, рядом с которым стоял мужчина средних лет в пожарной форме.

«Начальник Чэнь, Руководитель группы Хун, мы старые знакомые, не стоит формальностей. Какова сейчас ситуация?» — с нетерпением спросил профессор Ян.

«Подтверждено, что это древняя гробница, но погребальная камера уже заполнена дождевой водой. Вход находится впереди, мы срочно откачиваем воду». Руководитель группы Хун был командиром отряда пожарной службы провинции Сычуань, такое высокое должностное лицо, прибывшее на место, свидетельствовало о чрезвычайной важности этого дела для провинции.

Профессор Ян пользовался известностью в кругах специалистов по культурным реликвиям по всей стране, а на фронте сохранения культурных ценностей провинции Сычуань имел абсолютный авторитет. Но нынешняя ситуация была поистине неординарной. В палатке горел яркий свет, и несмолкаемый гул насосов наполнял воздух. У него не было лишних слов, он прямо направился к водоотливу.

Перед всеми предстал проём размером два на два метра, рядом с которым два насоса работали на полную мощность. Мутная жёлтая вода в проёме уже снизилась более чем на метр, а на поверхности плавали щепки гниющей древесины.

Профессор Ян наклонился, внимательно осмотрел, подобрал с земли щепку гниющей древесины, понюхал её и, подняв голову, спросил: «Начальник Чэнь, что конкретно сказал звонивший?»

«Мы уже проверили, звонивший – член банды расхитителей гробниц Сычуани, разыскиваемый провинциальным управлением».

«Банда расхитителей гробниц Сычуани!» — воскликнул Ду Хай, молодой человек, сопровождавший профессора Яна, — «Эти люди, под лозунгом «копаем могилы феодальных господ, чтобы жить как социалисты», совершали преступления много лет, уничтожили сколько ценных культурных реликвий, поистине отвратительно!»

Начальник Чэнь кивнул и продолжил: «Изначально это была спланированная операция по расхищению гробницы, но неожиданно превратилась в загадочное дело об исчезновении людей. В расхищении гробницы участвовало пять человек: четверо мужчин и одна женщина. Эта женщина позднее сообщила о происшествии, изначально она отвечала только за прикрытие снаружи. По её словам, когда четверо мужчин выносили из гробницы крупный артефакт, внезапно поднялся сильный ветер, и, что самое странное, четверо мужчин в этот момент исчезли в воздухе. Среди этих четверых был её муж. Не имея другого выхода, она решила сдаться и попросить помощи».

«Исчезли в воздухе? Может, возник конфликт из-за неравного раздела добычи?» — профессор Ян нахмурился и задал вопрос.

«Сначала мы тоже так решили, но, обыскав окрестности древней гробницы, не обнаружили никаких аномалий. Учитывая показания этой женщины, можно с уверенностью сказать, что четверо человек всё ещё находятся в древней гробнице», — Начальник Чэнь указал на гробницу позади себя.

Профессор Ян на мгновение задумался и приказал молодой женщине рядом: «Немедленно доложите в управление о ситуации. Когда вода будет откачана, Ду Хай, Ли Мин, вы пойдёте со мной в гробницу».

«Профессор Ян, древняя гробница в любой момент может обрушиться, по плану мы должны первыми спуститься для разведки», — поспешно возразил Руководитель группы Хун.

«По правилам, я должен спуститься первым. Руководитель группы Хун, будьте спокойны, судя по текущей ситуации, древняя гробница пока не представляет опасности обрушения, к тому же, с вами и начальником Чэнем, контролирующими внешний периметр, это будет двойная страховка», — тон профессора Яна был твёрд. После нескольких раундов споров, они всё же согласились с его решением.

От вершины горы до деревни вела извилистая тропинка. В юности Цинь И всегда мог сбегать вверх и вниз по этой тропе, но теперь, пройдя по ней снова, мог лишь назвать это быстрой ходьбой. Он не мог не посмеяться над собой: «Цинь И, Цинь И, похоже, ты действительно постарел».

Цинь И родился в глубине этих гор, был единственным студентом из деревни, который уехал учиться. После окончания учёбы он остался работать в Управлении по делам культуры и литературы провинции Сычуань. Сейчас был отпуск по случаю Праздника середины осени, и, подсчитав дни, он уже пятый Праздник середины осени не встречал дома.

«Мама, папа, я вернулся! Как вкусно пахнет!» — едва Цинь И переступил порог дома, как аромат еды остановил его.

«Быстрее вытри пот, садись кушать», — мать Ло Сюлянь протянула ему горячее полотенце, в глазах у неё была нежность.

«Спасибо, мама! Папа, сегодня вечером я выпью с тобой пару рюмок». «Хорошо, как раз посмотрим, вырос ли твой алкоголь за эти годы». Цинь Чанцзян отложил свою трубку, на его лице появилась редкая улыбка.

Мать, глядя на то, как отец и сын жадно поглощают еду, не могла не вздохнуть.

«Сын вернулся, чего ты вздыхаешь?» — в голосе Цинь Чанцзяна была упрёк, но скрывалась некоторая забота. Цинь И, увлечённый выбором блюд, не ответил.

«Цинь И уже тридцать, и неизвестно, когда он наконец приведёт домой жену», — Ло Сюлянь, в конце концов, не могла не начать ворчать.

«Мама, сегодня же Праздник середины осени, даже если бы у меня была девушка, ей бы пришлось вернуться домой к семье», — подняв голову, Цинь И улыбнулся и успокоил её.

«Сынок, что ты хочешь этим сказать — у тебя действительно есть девушка?» — Цинь Чанцзян резко поставил стакан, его глаза расширились.

«Папа, сначала выпьем, сначала выпьем», — Цинь И улыбнулся, подняв рюмку, — «Давайте, ещё по одной!»

«По одной!» — Цинь Чанцзян залпом осушил рюмку, облизал губы и добавил: «Ты не смей нас обманывать, посмотри на маму, она так счастлива, что её рот почти не закрывается, будто уже держит внука на руках». Ло Сюлянь, услышав это, действительно улыбнулась, и её глаза заблестели.

Мать беспокоится, когда сын далеко, но жизненный путь в конечном итоге нужно пройти самому. Просто, как бы далеко он ни зашёл, в сердце Цинь И всегда жила теплота дома, и он был благодарен за воспитание горами.

На следующее утро, ещё спящего Цинь И разбудил звонок мобильного телефона. На другом конце провода раздался чёткий и торопливый голос: «Цинь И, случилось что-то серьёзное!»

«Что случилось, Ян Ли?» — Цинь И потёр сонные глаза и беспечно спросил. Ян Ли была его коллегой, прямолинейной и красивой девушкой, работающей в Управлении по делам культуры и литературы меньше года. По мнению Цинь И, такой живой и открытый характер, возможно, больше подходил бы для сферы туризма или сценического искусства.

Он хотел было ещё поспать во время отпуска, но теперь сон как рукой сняло. За окном раздавались крики петухов и кудахтанье кур, мычание коров и блеяние овец, сплетаясь в особый утренний шум деревни.

Цинь И только собрался встать, как снова зазвонил телефон.

«Учитель, здравствуйте», — он узнал номер на дисплее. «Цинь И, завтра утром зайди ко мне в кабинет», — из трубки донёсся спокойный голос профессора Яна. «Учитель, что-то случилось?» — поспешно спросил Цинь И. «Придёшь — узнаешь. Кстати, передай привет твоим родителям», — после этих слов профессор Ян повесил трубку.

Два последовательных звонка окончательно прогнали сон Цинь И. Он метался в раздумьях, сначала позвонил коллеге Ду Хаю, но никто не отвечал; затем попытался связаться с другим коллегой, Ли Мином, но также без ответа.

Только тогда он смог быть уверенным — в управлении наверняка произошло что-то чрезвычайное.

http://tl.rulate.ru/book/190877/19947142