Готовый перевод Born with Pure Yin: Ghost Hunter with a Cheat System / Охотник на духов с читерской системой: Глава 4

Мужчина промолчал.

Зато черный кот у его ног, ступая мягкими лапами, приблизился ко мне и Сюэгао. Он обошел нас пару раз, потом ткнулся носом, обнюхивая меня.

Сюэгао, кажется, очень боялся черного кота и проявлял к нему явную враждебность. Каждый раз, когда черный кот подходил ко мне, чтобы обнюхать, он выгибал спину и шипел на него, предупреждая не приближаться.

Словно нанюхавшись обо мне достаточно, черный кот вернулся к ногам мужчины и мяукнул.

Мужчина посмотрел на него сверху вниз, затем поднял глаза, окинул взглядом мой дом и спросил: «Тебя зовут Бай Чань?»

Я насторожилась: «Дядя, откуда вы знаете мое имя? Вы знаете моего папу? Мой папа – пограничник, он очень сильный!»

Мужчина не ответил на мой вопрос, а продолжил: «Ты родилась пятнадцатого февраля девяносто девятого года?»

Он знает даже год моего рождения, а на мои вопросы не отвечает. Этот человек определенно что-то замышляет.

Не отвечая на вопросы мужчины, я мысленно прикидывала, услышит ли бабушка, которая стирает белье, если я начну громко кричать, и успеет ли она прибежать.

У мужчины были длинные руки и ноги, и он выглядел молодым. Бабушка ниже его ростом, ноги у нее короче, да и старше он нее, так что она точно не сможет его догнать.

Если не кричать, но этот человек окажется плохим, торговцем людьми, я ведь не могу позволить ему просто так меня утащить.

Я еще не решила, что делать, как увидела, что мужчина шагнул вперед. Я испугалась, и мой голос заметно повысился.

— Что ты собираешься делать? Я предупреждаю, если ты приблизишься, я закричу! Бабушка! — я резко обернулась и закричала.

— Зачем ты меня зовешь? — голос бабушки донесся вместе с полуденным прохладным ветерком.

— Тут кто-то есть!

— Кто?

— Не знаю, он ищет…

Окончание слова «человека» застряло у меня в горле, и я не смогла его произнести.

Причина была проста: когда я обернулась, чтобы посмотреть на выражение лица мужчины, на его удивление или замешательство, я обнаружила, что место, где только что стояли мужчина и черный кот, было совершенно пустым.

Не говоря уже о мужчине и коте, даже черного кошачьего волоска не было видно.

Куда они делись?

Только что были здесь, а я обернулась, чтобы позвать бабушку, и они исчезли?

Убежали?

Разве люди могут так быстро убегать?

К тому же, я не слышала, чтобы они убегали. Этот человек ходит беззвучно?

— Юэюэ, где человек, о котором ты говорила? Ушел?

Голос бабушки послышался сзади.

Я моргнула, оглянулась на бабушку и несколько неуверенно произнесла: «Кажется… ушел».

— Что значит «кажется»? Ушел – значит ушел, не ушел – значит не ушел. Человека нет, значит, точно ушел, — бабушка говорила с некоторой долей беспомощности. — Ты, случаем, не переиграла с глиной и не глупая ли?

— Эм… возможно».

Мне показалось, что я действительно сидела в глине слишком долго, поэтому у меня и появилась галлюцинация, и никакого человека здесь не было.

Однако я не посмела сказать этого бабушке.

Я боялась, что бабушка будет меня ругать, скажет, что я нарочно ее беспокоила, заставила зря бегать.

К счастью, бабушка, казалось, не собиралась зацикливаться на этом. Она подняла глаза к небу.

— Уже поздно, пора готовить еду. Пойдем, Юэюэ, помоги бабушке чистить овощи.

— Хорошо, я сейчас приду».

Отряхнув прилипшую к ладоням грязь, я подняла стоявшего рядом Сюэгао.

— Пошли, Сюэгао, пойдем готовить.

В других делах я, возможно, не была бы столь искусна, но чистить овощи я умела, и мне очень нравилось помогать дедушке и бабушке чистить овощи, это давало мне чувство удовлетворения.

Когда я подошла к бабушке и увидела грязь на своей одежде, она нахмурилась.

— Ах ты, мое маленькое сокровище, ты только недавно переоделась, а уже снова испачкалась. Неужели нельзя быть аккуратнее, когда играешь?

«Гуси» – это диалект нашего края, означающий «любить», «ценить».

Бабушка говорила, что я не «гуси», то есть говорила, что я только играю, не ценю свою одежду и не берегу ее труд.

Бабушка несправедливо обвиняла меня в этом.

Одежду купила мне мама, а постирала ее бабушка. Обе они – самые дорогие для меня люди. Как я могла не «гуси» свою одежду?

Просто когда я играю, я не вспоминаю и не могу об этом думать. Когда я не играю, я очень аккуратна.

— Ничего, грязь стряхнется, она не такая уж и грязная».

Поставив Сюэгао на землю, я отряхнула одежду и даже не забыла поднять подол, чтобы показать бабушке.

— Бабушка, смотри, чисто».

Бабушка вздохнула, немного беспомощно и несколько растерянно.

Переведя взгляд на большие красные прыщи от укусов комаров на моем лице, она тут же исполнилась сострадания.

— Ох, когда тебя успели покусать? Эти проклятые комары снова искусали лицо моей драгоценной внучки, твоя щека опухла. Пойдем, бабушка намажет тебе цветочной водой, и тогда не будет зудеть».

Я подошла и обняла бабушку за талию, потерлась о нее.

— Бабушка, ты самая лучшая, Юэюэ тебя любит».

— Тьфу, ты только умеешь говорить, чтобы мне угодить. У кого ты только этому научилась».

Голос бабушки звучал немного презрительно, но я знала, что в этот момент она наверняка улыбалась.

Каждый раз, когда я ее утешала, она очень радовалась.

— Ну что, бабушка, ты рада?

— Рада. Если Юэюэ будет такой послушной и дальше, бабушка будет смеяться во сне».

Я подхватила слова бабушки: «Тогда я постараюсь, чтобы бабушка смеялась во сне».

— Хорошо, ты сама это сказала. Ты должна сдержать свое слово, не обманывай бабушку».

— Я не обману бабушку».

Бабушка взяла меня за руку и повела в дом, достала из шкафа цветочную воду и намазала мне лицо.

Место на моем лице, которое до этого постоянно зудело, мгновенно стало прохладным и вскоре перестало зудеть.

Поставив цветочную воду, бабушка потянула меня на кухню: «Пойдем, готовить еду».

Она промывала рис и готовила еду, а я сидела на маленькой табуретке у плиты и чистила овощи.

Когда ужин был почти готов, вернулись дедушка и мама.

Дедушка работал в поле, а мама была на занятиях в школе.

Моя мама – учительница в начальной школе нашей деревни, ей приходится вести несколько классов и обучать много учеников, поэтому она обычно очень занята. Меня в основном воспитывали дедушка и бабушка.

Что касается моего дедушки и бабушки, сколько я себя помню, я видела их не более трех раз.

Хотя дедушка, бабушка и мама никогда не говорили этого в моем присутствии, я всегда знала, что дедушка и бабушка меня не любят, и все потому, что я девочка, а не мальчик.

В нашей деревне таких родителей, которые любят только мальчиков и не любят девочек, немало.

В их глазах мальчики – это сокровища семьи, а девочки – как трава. Трава, естественно, не может сравниться с сокровищем.

Если в семье появлялось что-то хорошее, например, вкусная еда или игрушки, то сначала это доставалось сокровищу семьи.

Если же хорошая вещь была только одна, то, без сомнения, девочка, которую считали травой, естественно, не получала ничего.

http://tl.rulate.ru/book/190834/19512702