Готовый перевод Reborn Fox Lady: My Husband Is an Intrigue Cheat / Переродилась лисичкой — муж читер по интригам: Глава 14

Сянь Сыянь, словно во сне, сложила четыре книги в маленький цветистый мешочек, потрясенная до потери дара речи.

Госпожа Ван решила, что Сянь Сыянь просто слишком возбудилась в школе и устала, поэтому вечером не стала учить ее грамоте и врачебным трактатам, а пораньше отправила спать.

На следующий день Сянь Сыянь вместе со Вторым братом Ваном отправилась в женскую школу.

Второй брат Ван спросил ее: — Как там в женской школе? Тебя кто-нибудь обижает?

Сянь Сыянь покачала головой: — Нет. Все очень хорошие, и относятся ко мне с теплотой.

Второй брат Ван кивнул: — Тогда почему вчера ты не подождала меня, а ушла одна?

Сянь Сыянь склонила голову, задумавшись, и ответила: — Эм, я, кажется, соскучилась по маме.

Второй брат Ван спокойно взглянул на нее: — Ври, продолжай врать. — Было очевидно, что он ей не поверил.

Сянь Сыянь с легким стыдом опустила голову. От прошлой жизни до нынешней она никогда не умела находить оправданий и всегда была насквозь видна.

— Если у тебя есть что сказать, можешь говорить мне, второму брату. — Мм? — Второй брат Ван взял Сянь Сыянь за руку, полуприсел и, глядя ей в глаза, искренне сказал.

Сянь Сыянь посмотрела в ясные глаза Второго брата Вана, почувствовала укол вины и поспешно послушно сказала: — Вчера я спешила домой, чтобы прочитать эти Четыре Великих Романа. Поэтому… поэтому не успела дождаться Второго брата Вана.

Второй брат Ван изумленно встал: — Четыре Великих Романа?! — Он сделал паузу, а затем спросил: — Это те четыре сборника новелл, написанные Второй госпожой Чжэн? «Завеса Призрачных Грез», «Глубина Двора», «Небо Зеленого Облака», а как назывался тот, что еще?

— «Записки Возвращенной Жемчужины»! — с улыбкой сказала Сянь Сыянь.

— Ах, точно, «Записки Возвращенной Жемчужины». — Глаза Второго брата Вана с легким укором взглянули на Сянь Сыянь. — Эти книги — на самом деле, развлекательные сочинения. В твоем юном возрасте не стоит читать такие развлекательные сочинения, ведь это может навредить твоему характеру.

— А? — Сянь Сыянь широко распахнула глаза. — Это же Четыре Великих Романа, разве не должны их все читать?

Второй брат Ван легонько постучал ее по голове. — Какие еще Четыре Великих Романа? Великих произведений нашей Династии Дася — несметное количество. Эти четыре сборника, повествующие о любви и страстях, не могут называться «Четырьмя Великими Романами». Это скорее четыре известные пьесы, которые часто ставят в театрах. Если говорить о них как о великих произведениях, то они никак не могут сравниться с другими сборниками сочинений и стихов Второй госпожи Чжэн. — Это просто небо и земля…

Сянь Сыянь прикусила губу, подумав про себя: «У людей Династии Дася все же есть некоторый вкус…»

Эти «Четыре Великих Романа», вероятно, были самозваным титулом, данным девушками, которые любили читать такие «развлекательные сочинения».

Но это и неудивительно. В ее прошлой, информационной эпохе, эти книги были невероятно популярны, не говоря уже об этой замкнутой эпохе…

Сянь Сыянь расплылась в улыбке: — Оказывается, так. А я-то думала, как это наша Династия Дася могла считать эти четыре книги классикой.

Они, разговаривая и смеясь, подошли к воротам женской школы.

Сянь Сыянь помахала Второму брату Вану и радостно побежала внутрь.

Придя в свою учебную комнату, Сянь Сыянь вернула четыре книги той девушке и сказала: — Моя мама… моя мама… не разрешила мне их переписывать…

Девушка слегка улыбнулась: — Да, ты еще слишком мала. Когда подрастешь, я дам тебе их почитать.

Сянь Сыянь закивала, а затем сказала: — Я слышала от соседей, что эти четыре книги на самом деле не Четыре Великих Романа. — Она выглядела так, будто ее обманули.

Девушка прикрыла рот рукой и тихо засмеялась: — Конечно, те взрослые мужчины не признают их «Четырьмя Великими Романами», но для нас, женщин, это самые лучшие романы. Те книги, которые любят читать мужчины, совсем неинтересны.

Ню Сяое вошла и добавила: — Именно так. — Затем она обратилась к Сянь Сыянь: — Ты еще не знаешь? Здесь «Четыре Великих Романа» раньше были не «Глубина Двора», а «Печать Сливового Цвета».

— Да. Изначально это была «Печать Сливового Цвета», но Императрица-мать сказала, что «Печать Сливового Цвета» пропагандирует смешение королевской крови и порочит устои, поэтому издала указ о запрете этой книги. Позже Вторая госпожа Чжэн написала книгу «Глубина Двора»… — О таких новостях знали многие девушки.

Сянь Сыянь замерла и подумала: «Боже мой, даже «Печать Сливового Цвета» скопировали, вторая госпожа Чжэн, насколько же вы были жаждущи…»

— …Жаль, что ее запретили, и больше никогда не увидеть. — Девушки в комнате вместе посетовали.

Они не знали, что в этот момент в императорском дворце Столицы Старшая госпожа Чжэн сидела на коленях перед низким длинным письменным столом Императрицы-матери, выложив четыре книги, сшитые нитками, в ряд, и говорила: — …Ваше Величество, когда моя сестра была прикована к постели и тяжело болела, она осознала свою глубокую вину, особенно за написание тех четырех неподобающих новелл, которые навредили женщинам Династии Дася, и чувствовала глубокое раскаяние. Поэтому она написала четыре книги: «Наставления Женщинам», «Внутренние Наставления», «Женская Лунь Юй» и «Записи Женских Примеров», объединив их в «Женские Четыре Книги». Эти четыре книги помогут миллионам женщин, которых она ввела в заблуждение, вернуться на правильный путь.

Императрица-мать с улыбкой взглянула на Старшую госпожу Чжэн: — Су Синь, ты сделала для своей сестры все, что могла.

Старшая госпожа Чжэн поспешно ответила: — Ваше Величество, вы слишком добры. Моя сестра была хорошей женщиной, и к тому же, она была гением. Я восхищаюсь и преклоняюсь перед ней. Я слушаюсь всего, что она говорит. И я готова выполнить ее предсмертное желание в меру своих сил.

— Да, она была действительно хорошей женщиной, не только невероятно красивой, но и гением. — Слова «гений» действительно подходят ей. Жаль только, что наш Чжао Эр не имел такого счастья. — Императрица-мать вздохнула, провела своими ухоженными, как у юной девушки, руками по четырем книгам, а затем взяла самую первую, «Наставления Женщинам», и начала читать.

Книга была напечатана на превосходной бумаге «Снежинка», белее снега, но руки Императрицы-матери были еще белее, чем эта бумага.

Учитывая возраст Императрицы-матери, которой было за пятьдесят, иметь такие руки действительно можно было назвать «неестественным».

Возраст человека лучше всего определять по рукам. По лицу разница не так очевидна.

Старшая госпожа Чжэн, глядя на руки Императрицы-матери, слегка улыбнулась с оттенком удовлетворения.

— Ваше Величество, моя сестра на смертном одре передала мне эти четыре книги, надеясь, что я открою женскую школу и буду использовать эти четыре книги в качестве учебных материалов, чтобы преподавать их девочкам в школе. — Это то, чему им следует учиться. — Старшая госпожа Чжэн мягко, но твердо сказала.

Императрица-мать быстро прочитала «Наставления Женщинам» почти до конца, затем закрыла книгу, опустила глаза в раздумье, не высказывая своего мнения. Через некоторое время она, приподняв длинные брови, посмотрела на Старшую госпожу Чжэн: — Хорошо, Женская школа Сянжун будет использовать эти четыре книги в качестве учебных материалов.

Старшая госпожа Чжэн, сдерживая внезапную радость в сердце, серьезно кивнула: — Ваше Величество мудра. Этот шаг, несомненно, окажет глубокое влияние на женщин Династии Дася. С этого момента, когда мужчины и женщины будут соблюдать порядок и займут свои места, наступит мир и спокойствие, и будет мир во всем мире! — Сказав это, она встала и совершила глубокий поклон Императрице-матери.

Императрица-мать с улыбкой сказала: — Иди. Успеешь ли ты разослать эти книги по всем женским школам?

— Успею. — Старшая госпожа Чжэн поклонилась и вышла.

Как только она ушла, улыбка на лице Императрицы-матери исчезла. Она встала, подошла к туалетному столику во внутренней комнате и, глядя в кристально чистое зеркало, погрузилась в свои мысли.

Безупречное лицо в зеркале, даже если смотреть вплотную, не выдавало ни одной морщинки или пятнышка.

Как ни посмотри, это было лицо не пятидесятилетней женщины. Можно было поверить, что ей всего двадцать.

— Чжэн Су Синь, нет, скорее, медицинские навыки семьи Шэн Няньши действительно неестественны. — Императрица-мать, поглаживая свое лицо, пробормотала: — Ладно, раз это предсмертное желание ее сестры, пусть будет так. Те, кто поступает в Женскую школу Сянжун, — это всего лишь обычные девушки из простых семей, так что, наверное, это не повредит.

…

http://tl.rulate.ru/book/190823/21030297