Готовый перевод Sword Sovereign: Breaking Through Infinite Worlds / Десять лет ковал меч — теперь пронзает миры: Глава 1

Озеро Зелёных Вод, Пик Изумрудных Облаков, Поместье Божественного Меча.

Поместье Божественного Меча всегда почиталось в мире боевых искусств не только потому, что само по себе было давно известной святыней, но и благодаря появлению в нынешнем поколении непревзойденного мастера — «Божественного Меча».

Третьего молодого господина, Се Сяофэна.

Однако, чего не знали люди, так это то, что помимо старшей и второй дочерей, вышедших замуж, и всемирно известного третьего молодого господина, в Поместье Божественного Меча был ещё и пятый молодой господин.

По идее, как пятый сын Поместья Божественного Меча, как родной брат третьего молодого господина Се Сяофэна, имя этого пятого молодого господина должно было бы греметь в мире. Но, кроме некоторых стариков из Поместья Божественного Меча, никто больше не знал о пятом молодом господине.

В глубине поместья, в одном несколько запущенном дворе, перед павильонами и водными садами, сидел юноша, скрестив ноги. Его взгляд был устремлен вдаль, в бескрайнее небо. В его глазах не было ни тени суеты, словно весь мир не имел к нему никакого отношения. Что именно он видел, знал только он сам.

В этом дворе, кроме юноши, находился только Се Чжун, управляющий поместьем, служивший семье Се уже три поколения, который ежедневно входил и выходил.

Се Чжун подошел к юноше и убрал коробку с едой. Приход Се Чжуна ничуть не повлиял на взгляд юноши. Се Чжун проследил взглядом за юношей, затем покачал головой и, вздохнув, отошел в сторону.

Се Чжун уже не помнил, сколько раз за эти годы он вздыхал. Каждый раз, видя пятого молодого господина таким, он не мог не вздохнуть.

Как пятый сын Поместья Божественного Меча, он должен был, подобно третьему молодому господину, покорять мир боевых искусств, стать героем, которому завидуют все, но с трех лет он изо дня в день сидел перед павильонами и водными садами в этом уединенном дворе целых десять лет.

За эти десять лет вельможа поместья Се Вансунь, который в старости имел сына и поэтому необычайно его любил, постепенно стал равнодушным. Пятый молодой господин, не занимавшийся мечевым искусством и не культивировавший внутреннюю силу, стал в Поместье Божественного Меча как изгой. Его статус пятого молодого господина означал, что каждое его движение было на виду у всех. Среди учеников поместья начали распространяться слухи.

«Пятый молодой господин Поместья Божественного Меча — дурак».

Се Вансунь не предпринял никаких мер, чтобы остановить эти слухи. Возможно, в глазах Се Вансуня, пятый молодой господин, изо дня в день бесцельно сидящий, уже не был его сыном, и слава Поместья Божественного Меча не могла быть опозорена «дураком».

Если бы не третий молодой господин, который всегда защищал своего родного брата, пятого молодого господина уже в восемь лет выгнали бы из Поместья Божественного Меча.

Но Поместье Божественного Меча, в конце концов, было поместьем Се Вансуня. Даже третий молодой господин, защищавший пятого молодого господина в течение пяти лет, больше не мог этого делать. Когда пятого молодого господина собирались выгнать из Поместья Божественного Меча, навестил поместье Чжан Чжэньжэнь из Удан. Услышав о делах пятого молодого господина, Чжан Чжэньжэнь проявил интерес и немедленно выразил желание увидеться с пятым молодым господином.

Видя такое поведение Чжан Чжэньжэня, Се Вансунь сразу же согласился. Ведь Чжан Чжэньжэнь был легендой боевых искусств за последние сто лет, и, возможно, он сможет вылечить одержимость его непутевого сына.

Однако, к своему удивлению, Се Вансунь обнаружил, что после того, как Чжан Чжэньжэнь вошел во двор, оттуда то и дело доносился его громкий смех. После того, как Чжан Чжэньжэнь покинул двор, Се Вансунь заметил, что Чжан Чжэньжэнь стал ещё более непостижимым. Это заставило Се Вансуня задуматься, что же произошло в том дворе.

Затем Чжан Чжэньжэнь и Се Вансунь беседовали всю ночь, после чего Чжан Чжэньжэнь покинул Поместье Божественного Меча. С той ночи Се Вансунь убрал из двора всю прислугу, оставив лишь человека, который ежедневно приносил еду. Постепенно это место стало запущенным.

Пока Се Чжун предавался воспоминаниям, перед его глазами внезапно возник белый силуэт. Приглядевшись, он увидел перед собой молодого человека в белом золотом одеянии, с красивым лицом.

— Третий молодой господин.

Се Чжун слегка поклонился и почтительно позвал:

— Дядюшка Чжун, сколько раз я говорил, не нужно быть таким вежливым с Сяофэном.— Третий молодой господин, долг вежливости нельзя нарушать.

На слова Се Сяофэна, Се Чжун, вздохнув, закончил поклон.

Се Сяофэн беспомощно вздохнул, взглянул на коробку с едой в руке Се Чжуна и сказал:

— Пятый брат всё ещё там?

Се Чжун кивнул, посторонился, открывая проход, и Се Сяофэн прямо направился внутрь.

От входа во двор до павильонов и водных садов было недалеко, но Се Сяофэн шел долго, очень медленно.

Этот двор был полон всех воспоминаний детства Се Сяофэна.

Тогда старшая и вторая сестры еще не вышли замуж, пятый брат тоже каждый день прыгал и бегал, ничем не отличаясь от других детей.

Матушка была еще жива, и отец не был таким строгим к нему, как позже.

Размышляя об этом, Се Сяофэн дошел до павильонов и водных садов, посмотрел на большое дерево рядом, протянул руку и сорвал пожелтевший лист. Он горько усмехнулся.

— Третий брат, на этом дереве и так осталось мало листьев, если ты сорвешь еще несколько, оно станет совсем голым.

Услышав голос сбоку, Се Сяофэн улыбнулся и сказал:

— Неужели тебе жалко, если третий брат сорвет пару листьев?

С этими словами Се Сяофэн сел рядом с ним.

Увидев, что юноша по-прежнему смотрит вдаль, на небо, он беспомощно покачал головой.

— Ую, ты смотришь на небо уже десять лет, тебе нисколько не надоело?

Взгляд Се Ую не изменился.

— Какое бы красивое небо ни было, если смотреть на него десять лет, рано или поздно оно надоест. Но я смотрю не на небо.

Услышав это, Се Сяофэн снова улыбнулся, но в его улыбке сквозила доля беспомощности.

— Ты всегда говоришь, что смотришь не на небо, но я, глядя сюда, вижу только это небо.

— Возможно, только такой божественный человек, как Чжан Чжэньжэнь, может понять мир, который видит пятый брат.

— прошептал Се Сяофэн.

— Третий брат, ты начал колебаться. Если сердце колеблется, то ты больше не сможешь крепко держать меч.

Се Сяофэн услышал это, протянул правую руку, которой держал меч. Она была безупречна, как нефрит. Любой, увидев эту руку, не смог бы подумать, что это рука убийцы. Но именно эта рука была не только рукой убийцы, но и самой сильной рукой убийцы в мире боевых искусств.

— Этот меч... я уже... не хочу... больше держать.

Се Сяофэн пробормотал себе под нос. Голос был очень тихим, настолько тихим, что даже стоя рядом, было трудно расслышать.

Два брата так и сидели у озера. Прошло неизвестно сколько времени, когда Се Сяофэн снова заговорил.

— Пятый брат, я женюсь.

— Мужун Цюди?

Слова Се Ую звучали с оттенком вопроса, но без всякого сомнения.

— Если не она, то кто же?

Сказав это, на лице Се Сяофэна появилась улыбка, более счастливая, чем все его предыдущие улыбки. Затем, услышав, как Се Ую сказал, что придет лично поздравить в день свадьбы, Се Сяофэн почувствовал, как его сердце дрогнуло несколько раз.

Это был первый раз за десять лет, когда он услышал, как Се Ую сказал, что покинет павильоны и водные сады, где он сидел десять лет. На мгновение Се Сяофэн даже подумал, не ослышался ли он. Множество мыслей пронеслось в его голове, но в конце концов все они остались невысказанными, похороненными в сердце.

В тот момент, когда фигура Се Сяофэна покинула двор, Се Ую обернулся и посмотрел на удаляющуюся спину брата, затем снова повернулся и продолжил сидеть, наблюдая.

В его сознании возникла история, рассказанная Чжан Чжэньжэнем пять лет назад.

В Период Весны и Осени, история Чжуан-вана царства Чу...

http://tl.rulate.ru/book/190393/19207708