Готовый перевод Reborn as Master’s Daughter: Revenge on Broken Peak / Отброшенная дочь меча возвращается за местью: Глава 12

Бамбуковая хижина с внутренним двориком.

— Как наша младшая сестра? Проснулась?

В красном одеянии Чэньюй ворвалась в хижину, вокруг нее все еще витал неокончательно рассеявшийся меч-намерение.

Ваньсы Юньчуань, видя, как Чэньюй не постучала и без всяких церемоний вошла в его комнату, вздохнул: — Всего один день, а ты уже не уважаешь свою дорогую старшую сестру-ученицу. Старший брат-ученик так расстроен.

Услышав это, Чэньюй испепелила его взглядом: — Ты сам не знаешь, почему младшая сестра лежит здесь? Если бы ты не заступился за нее в этот раз, посмотри, кто еще признает тебя старшим братом-учеником на Разношерстном Пике.

— Это все потому, что я слишком рано вступил в секту. Я и так не хотел быть старшим братом-учеником.

Видя, что Чэньюй вот-вот начнет причитать, Ваньсы Юньчуань поспешил сменить тему:

— Раньше младшая сестра не ела досыта и не носила теплой одежды, ее тело было ослаблено. На этот раз она получила травму, но после приема лекарств и хорошего ухода, когда раны заживут и тело восстановится, это можно будет считать счастьем, которое пришло с бедой. Однако младшей сестре, вероятно, придется проспать несколько дней. Может, отведешь ее к себе? Вы обе девушки, вам будет легче присматривать друг за другом.

— ...

Зловещая тишина.

У Ваньсы Юньчуань зародилось нехорошее предчувствие.

— ...Не говори мне...

— Старший брат-ученик, — Чэньюй выдавила из себя неловкую улыбку. — Когда младшая сестра приходила сюда, разве я не говорила тебе? Меня позвали домой, сказали, что старший член семьи тяжело болен. Я купила пилюли в секте и собиралась отправиться вчера, просто не ожидала, что произойдет то, что произошло.

Старший член семьи тяжело болен.

В таком случае, даже если Ваньсы Юньчуань хотел что-то сказать, он не мог заставить Чэньюй остаться.

Ваньсы Юньчуань замялся: — Или, может быть, другие младшие сестры-ученицы?

Чэньюй улыбнулась:

— Старший брат-ученик, братья и сестры-ученики отправились выполнять задания, чтобы восполнить пробелы в отчетности Разношерстного Пика, поэтому их нет на пике. Кроме того, если говорить начистоту, в этом деле ты, старший брат-ученик, несешь основную ответственность. Младшая сестра помогла тебе исправить ошибку и избежать выговора от главы секты. Разве ты не должен взять на себя заботу о младшей сестре?

— ...

— М?

— Я понял, — Ваньсы Юньчуань с болью погладил удочку, лежащую рядом. — Похоже, в это время рыбачить не получится.

Видя, что Ваньсы Юньчуань все еще не может расстаться со своей проклятой удочкой.

Чэньюй чувствовала, что оставить Вэй Ян одну на попечении Ваньсы Юньчуань было не очень надежно.

Но найти кого-то еще, чтобы присмотреть за Вэй Ян, ее беспокоило еще больше.

— Старший брат-ученик, среди братьев и сестер-учеников, выполняющих задания, ближайший — пятый младший брат. Перед отъездом я отправлю ему сообщение, чтобы он вернулся поскорее. Это займет всего несколько дней. Ты должен, просто обязан позаботиться о том, чтобы с младшей сестрой больше ничего не случилось!

Пятый младший брат?

Ваньсы Юньчуань замер, выражение его лица стало еще более страдальческим: — Чэньюй, ты точно не мстишь мне? Одной Вэй Ян уже достаточно, зачем еще и младший пятый? Ты, похоже, хочешь меня убить.

— Младший пятый по своей природе простодушен. Старший брат, не говори этого при нем, иначе он, боюсь, будет расстроен больше месяца, — Чэньюй погладила пилюли в своих объятиях. — Я отвезу пилюли моей семье, убежусь, что с ними все в порядке, и вернусь как можно скорее.

Ваньсы Юньчуань махнул рукой: — Ладно, иди скорее, чем раньше уйдешь, тем раньше вернешься.

...

Когда Чэньюй, полная беспокойства, уходила, оборачиваясь назад.

— Младшая сестра, проснись, если проснулась. Все ушли.

Вэй Ян открыла глаза, взгляд был ясным и чистым, совершенно не похожим на человека, долгое время находившегося без сознания. Она посмотрела на Ваньсы Юньчуань, сидящего за столом неподалеку, то гладящего удочку, то пьющего воду, то приглаживающего одежду. Он суетился, но ни разу не взглянул на нее. Вэй Ян почувствовала свое тело и обнаружила, что ее раны давно уже наполовину восстановились. Оставшиеся раны были не более чем на одну тысячную долю от боли в прошлой жизни. Она тут же села: — Старший брат-ученик, не волнуйся. Один выигрыш, один проигрыш. Даже если ты сегодня пойдешь рыбачить, это не будет нарушением нашего договора.

— Старший брат-ученик? Вчера ты называла меня Ваньсы Юньчуань, а теперь зовешь старшим братом-учеником, — Ваньсы Юньчуань холодно фыркнул. — Ты спокойно занималась рыбалкой, но тебе пришлось устроить противостояние между пиками, чтобы Разношерстный Пик и Пик Меча стали врагами. Что, тебе не нравится твой отец, и ты готовишься использовать Разношерстный Пик как свое оружие?

Ваньсы Юньчуань, говоря это, хлопнул по столу.

— Ты только подумай, ты, едва вступив в секту, уже натворила таких бед. Я просто люблю порыбачить с друзьями, и это нельзя, и то нельзя. Тогда кем мне быть, старшим братом-учеником? Или исполняющим обязанности главы пика? Если нет, я уступлю вам главенство на пике!

— Я просто не хочу культивировать, и что с того! Разве в секте не хватает меня одного! Каждый день кричат, чтобы я культивировал, культивировал, а потом, если прорыв не удастся, и меня поразит молния, погибну я, а не вы!

— Я тебе говорю, Вэй Ян, не слушай всякую чушь, которую говорит твоя старшая сестра. Каждый день придумываешь способы заставить меня культивировать. В следующий раз будь осторожна, я исключу тебя из Разношерстного Пика!

— Когда ты поправишься, быстрее катись и занимайся своим земледелием. Если ежемесячный сбор духовного риса будет недостаточным, не вини меня, если придется возмещать из своих духовных камней!

— ?

Что за внезапное помешательство у этого Ваньсы Юньчуань?

Вэй Ян собиралась спросить, но вдруг увидела в глазах внешне возбужденного Ваньсы Юньчуань абсолютно спокойные глаза. Кто-то следит, или подслушивает! Кто?

Люди Е Линэр, или Шэнь Юань, или фракция Старейшины Сюя?

Вэй Ян помолчала, затем произнесла с полным разочарованием: — Старший брат-ученик, впредь я не буду так поступать. Когда я поправлюсь, я сама съеду, и не буду беспокоить тебя, старший брат-ученик, своим присутствием.

— М, хорошо, что ты знаешь, что это обуза, — сказал Ваньсы Юньчуань, поднимая чашку из белого нефрита и подходя к ней, протягивая ее. Мизинец он слегка коснулся дна чашки: — Пей, не умри от жажды здесь, иначе Чэньюй снова придется искать меня.

Чашка не была главным. Главным был цвет чашки. Белый нефрит. Слишком общее понятие. Шэнь Юань, находясь вне секты, всегда появлялся в белых одеждах, чтобы показать свою холодность и возвышенность. Старейшина Сюй также всегда предпочитал носить белое, сохраняя свой образ добродушного человека. Даже у главы секты было белое... белые волосы. Кого же имел в виду Ваньсы Юньчуань?

Вэй Ян взяла чашку и залпом выпила.

Ее глаза мгновенно расширились.

Что же это такое!

Хотя это была чистая вода, в тот момент, когда она попала в рот, она ощутила, как будто выпила самую отвратительную вещь на свете. Она была одновременно рыбной и острой, с запахом гнили, и среди всего этого смешивалась странная кислота. Все вкусы смешались, и запах ударил прямо в макушку. После этого глотка Вэй Ян почувствовала, что сейчас снова умрет!

— Плюх!

Наконец, она не смогла сдержаться. Вэй Ян тут же выплюнула.

Как только вода вырвалась наружу, Вэй Ян взмахнула рукой и рассеяла ее, не раскрыв ни капли запаха.

В глазах Ваньсы Юньчуань играли улыбки, но на словах он выражал пренебрежение: — Это вино, которое я годами создавал, собирая различные лекарственные травы и впитывая сущность неба и земли. Мне самому его не хватает, а ты, получив глоток, еще и выплевываешь. У тебя совершенно нет вкуса.

Услышав это, Вэй Ян закатила глаза. Сущность неба и земли? Самая вонючая и противная?

Однако —

Таким образом, она, кажется, поняла, кто следит за этим местом.

Одет в белое, с чистым внутри, но грязным снаружи. Разве это не один из самых популярных людей в секте, Старейшина Сюй.

Что же касается Шэнь Юаня? О. Он недостоин такого сложного запаха.

Чтобы обладать таким сложным вкусом, человеку нужен определенный ум. Шэнь Юань, даже если бы и был плохим, не смог бы сделать ничего плохого таким образом. Ведь он культивирует меч, и давно уже повредил себе мозг.

Однако такое поведение Ваньсы Юньчуань было похоже на сценарий из историй, где несчастная жертва, подвергавшаяся преследованиям, тайно копит силы и затем мстит. Если это так. Почему Ваньсы Юньчуань, таившийся более десяти лет, раскрыл это так легко, еще и рассказал ей, которая только что прибыла на Разношерстный Пик.

Хотя то, что произошло вчера, можно сказать, было их с Ваньсы Юньчуань совместным заговором.

Но он никогда бы так легко не завоевал ее доверия. Вэй Ян не верила, что люди позади них не думали о том, что Ваньсы Юньчуань притворяется слабым. Они наверняка послали людей проверить его, и даже сейчас не полностью поверили, поэтому продолжают следить.

Ваньсы Юньчуань наверняка тоже это знал.

Поэтому...

— Почему?

Вэй Ян пристально посмотрела в глаза Ваньсы Юньчуань. В обеих жизнях, только сейчас она обнаружила, что глаза Ваньсы Юньчуань были не чисто черными, а с легким янтарным оттенком. Внешне они казались добрыми и милыми, но на самом деле были чрезвычайно безразличными.

— Так почему?

Почему ты раскрылся передо мной?

— Почему? — Ваньсы Юньчуань потер холодную чашку из белого нефрита, ощущая, как рука постепенно нагревается, и опустил взгляд на некоторое время. — Возможно, потому, что мы одинаковы.

Мы оба выглядим так похоже.

Внутри обоих есть невыразимая глубокая ненависть, и до тех пор, пока месть не свершится, приходится носить маску, которую они когда-то больше всего презирали, делать то, что им меньше всего нравится, и даже причинять вред себе и другим, чтобы достичь цели.

Даже если идти по кровавому пути, даже если ползти, пока кости рук не обнажатся, нельзя отступать ни на шаг, иначе — бездонная пропасть.

Таким людям, как они, можно использовать других, и ради достижения цели можно быть использованными.

Но есть одна вещь.

Что бы они ни делали, что бы ни думали, даже всеми средствами, в конечном итоге —

Слишком мягкосердечны.

Ваньсы Юньчуань убрал чашку из белого нефрита: — Ты, устроив такой переполох на этот раз, заставила Чэньюй быть преданной тебе. Но в эти дни ее нет, здесь только я, этот бесполезный старший брат-ученик, который ничем не занимается. Если ты будешь вести себя так же безрассудно, как вчера, я не буду вмешиваться.

Почему он так внезапно сменил тему?

Но слова Ваньсы Юньчуань означают...

Старшая сестра Чэньюй покинула секту Тяньюань, и он не может вмешаться. Ей следует вести себя спокойно в эти дни, иначе может возникнуть опасность?

Но с ее нынешней силой на первом уровне Пика Ци, любой желающий может превратить ее в пепел. Иначе зачем она вчера так настаивала на давлении?

Вэй Ян скривила губы: — Посмотрим.

Это звучало как отговорка.

Ваньсы Юньчуань опустил взгляд, встречаясь с безразличным выражением лица Вэй Ян, и замер.

— Глава секты велел мне передать тебе: ты должна достичь стадии Цзидань в течение трех лет.

Три года.

Вэй Ян сначала не отреагировала, потом на мгновение замерла.

— Три года.

В прошлой жизни, через три года после вступления на Пик Меча, она успешно достигла стадии Цзидань и развила Меч Искусства Летающего Ветра. Затем Шэнь Юань предупредил ее, чтобы она не раскрывала это на публике. А потом однажды отношение Шэнь Юаня внезапно улучшилось. Его взгляд оставался холодным, но слова больше не были полны сарказма и презрения, а содержали похвалу.

— Я собираюсь уединиться, а у Линэр есть задание от секты. На это время мой грот-пещера будет под твоей охраной. Помни, нельзя покидать Пик Меча ни на минуту.

Тогда она думала, что Шэнь Юань наконец-то увидел ее усилия. Но, судя по словам Ваньсы Юньчуань —

Пальцы Вэй Ян дрогнули, ей едва удавалось сдерживать усмешку: — ...Через три года, будет ли очень важное задание в секте?

— Ты знаешь? — Ваньсы Юньчуань, впрочем, не сильно удивился. Хотя это дело было секретным, но знали о нем немало: — Если знаешь, я больше ничего не скажу. Глава секты помог тебе разобраться со всеми этими неприятностями. Единственное требование — выиграть хотя бы один матч в соревновании между сектами через три года и получить квоту на вход в Тайный Мир Благословения и Долголетия.

— Это дело чрезвычайно важно для секты в ближайшие три года, или, можно сказать, чрезвычайно важно для старейшин, охраняющих секту, чьи жизни подходят к концу.

— С этими словами главы секты, до объявления результатов соревнований между сектами, никто в секте не посмеет открыто нападать на тебя. Более того, если ты получишь квоту, ты можешь потребовать что угодно. Тогда, хочешь ли ты пойти на Пик Меча, или выгнать второго ученика твоего отца или кого-то еще, не составит труда.

— Ну что? Заинтригована?

Вэй Ян замерла: — Какие условия, все возможно?

Ваньсы Юньчуань нетерпеливо кивнул, вставая и собираясь уходить: — Все, что не является предательством секты или другими крупными делами, возможно. Заинтригована? Если заинтригована, быстрее восстанавливай тело и уходи. Иди усердно культивируй сама, не задерживайся здесь.

С этими словами Ваньсы Юньчуань остановился, поднял голову.

Хихикнул.

— Скрываясь более десяти лет, боюсь, ты действительно считаешь себя крысой.

— Человек ушел?

— Ушел. Просто я еще раз напомню, что подготовка к стадии Цзидань через три года очень важна. Глава секты выглядит разговорчивым, но у него есть свое Дао. Если кто-то встанет у него на пути...

— Достаточно одного года.

— Что?

Вэй Ян встала с кровати, не обращая внимания на кровь, просачивающуюся из ран, и взяла черный меч, лежащий у кровати. Ее состояние ума сохранилось. Все, что ей нужно было сделать, это просто поглощать духовную энергию и повышать свое культивирование. Для нее, обладающей духовным корнем ветра и дерева, это было очень просто. Имея такую основу, если, как и в прошлой жизни, она достигнет стадии Цзидань только через три года.

— Так долго. Лучше я перережу себе вены. Бесполезная, не достойна жить.

Ваньсы Юньчуань: — ...Кажется, его презирают.

— Забудь. Все та же фраза: не кричи мне, чтобы я культивировал.

Вэй Ян уже прошла мимо него и подошла к двери. Она повернулась боком: — Я тоже скажу то же самое: старший брат-ученик, культивируешь ты или нет, для меня не имеет никакого значения.

Я сейчас очень слаба, поэтому мне нужен могущественный ты, чтобы стать моей опорой. Чем сильнее ты будешь, тем легче будет достичь цели. Но если ты всегда будешь сохранять нынешнее состояние, я скоро тебя догоню. К тому времени твоя роль будет заключаться лишь в том, чтобы стать инструментом для моей рыбалки. Даже если ты захочешь сопротивляться, перед лицом могущественной силы, ты сможешь лишь подчиниться. Просто я не знаю, сможешь ли ты тогда так же спокойно говорить «я не культивирую».

Вэй Ян повернулась и ушла. Ее голос был легким, как ветер, и взлетел:

— Старший брат-ученик, притворяясь свиньей, чтобы съесть тигра, будь осторожен, не притворяйся всю жизнь, и в итоге действительно станешь свиньей.

http://tl.rulate.ru/book/190021/20924088