На следующий день, едва пробило шесть часов утра, небо всё ещё было серо-пепельным, а Флан утопал в ледяных объятиях сна.
Карл уже выбрался из простой походной кровати и умылся ледяной водой, чтобы развеять последние остатки сонливости.
Без малейших колебаний он разбудил двух рыцарей, Брендана и Роланда.
— Разбуди всех, сбор на плацу, — его голос был негромким, но не вызывал сомнений.
В глазах Брендана мелькнуло удивление, но он тут же принялся за дело. Роланд же, казалось, немного возбудился, и проворно принялся хлопать по палаткам спящих солдат.
Вскоре тридцать ополченцев и шесть оруженосцев-рыцарей, всего тридцать шесть человек, с сонными глазами и полные недовольства, собрались на холодном плацу.
Несмотря на плотную одежду, утренний мороз словно ножом резал их пробудившиеся тела, многие дрожали от холода.
Карл стоял перед ними, его взгляд скользил по этой команде с низким боевым духом и беспорядочным снаряжением.
Он знал, что одними обещаниями сыт не будешь, нужно дать им самую прямую мотивацию.
— С сегодняшнего дня вы больше не просто пушечное мясо, отправленное семьёй умирать со мной, — голос Карла ясно разнёсся в тишине утра, привлекая всеобщее внимание, — вы — моя первая армия, под командованием меня, Карла фон Шмидта, будущего лорда Каннфорда!
— А теперь я объявляю ваше довольствие! — никаких лишних слов, он перешел прямо к сути. — Всем, разделённым на боевых и вспомогательных солдат. Боевым солдатам — один серебряный монет в месяц, плюс пятьдесят медных! Вспомогательным — один серебряный монет в месяц!
Эти слова, словно раскалённое железо, брошенное в ледяную воду, мгновенно испарили сон и холод!
Солдаты резко подняли головы, в их глазах зажглось недоверие.
Их отправила семья, и они думали, что получат лишь пособие на обзаведение, но не ожидали, что этот молодой лорд ещё и пообещает регулярное жалованье?
Один серебряный и пятьдесят медных — это было даже немного лучше, чем содержание некоторых регулярных войск в столице!
Карл не дал им времени переварить удивление и продолжил: — Сейчас нас тридцать шесть человек, разделённых на три отряда по двенадцать человек в каждом. Два отряда, двадцать четыре человека, будут боевыми! Оставшиеся двенадцать — вспомогательными, ответственными за обоз, продовольствие и хозяйственные нужды!
Он остро посмотрел на них: — Положение боевого и вспомогательного солдата не является постоянным! Ежемесячно будет проводиться аттестация. Отличники по физической подготовке, дисциплине и боевым навыкам смогут перейти из вспомогательных в боевые, получая более высокое жалованье! Те, кто не пройдет аттестацию, проявит небрежность или трусость, будут понижены из боевых во вспомогательные!
— А жалованье за этот первый месяц, — Карл сделал ударение на словах, — будет выплачено через три дня, после успешного завершения задания по сопровождению транспортной колонны! И тогда же, в зависимости от боевых заслуг, будет объявлена награда!
Чёткие правила, понятные награды и ближайшая дата их получения мгновенно зажгли огонь в глазах этих солдат!
Мёртвая тишина сменилась смесью желания, напряжения и лёгкого возбуждения. Слова благодарности посыпались со всех сторон.
Карл поднял руку, останавливая их: — Ваш способ поблагодарить меня — не словами! А вашими действиями! Используйте каждую минуту для тренировок, станьте моим самым острым мечом, моим самым прочным щитом! А теперь, тренировка начинается!
Первое упражнение — бег!
Карл прекрасно понимал, что для армии, особенно в эпоху холодного оружия, физическая подготовка и дисциплина важнее личной доблести.
На самом деле, в реальном бою боевые действия занимают очень мало времени, большая часть проходит в марше.
Долгие марши, противостояние на поле боя, поддержание строя — всё это требует отличной физической подготовки и абсолютного подчинения приказам.
Сейчас у него не было времени оттачивать их боевые навыки, но он должен был как можно быстрее заложить самые основы.
— Бегите вокруг плаца! Без команды не останавливаться! — приказал Карл.
Команда начала медленный бег.
Сначала они ещё могли кое-как держать строй, но вскоре проблемы стали очевидны. Шаги были неровными, дыхание прерывистым, многие не различали лево и право, постоянно кто-то отставал или врезался друг в друга.
Их прежняя «базовая военная подготовка», вероятно, заключалась в том, как стоять в строю и размахивать оружием, а по основам физической подготовки и дисциплины — почти полный ноль.
— Быстрее! Держитесь! Сохраняйте строй! — Роланд, молодой и энергичный, громко кричал.
Брендан действовал ещё проще. Он взял приготовленную дубинку и, увидев, что кто-то замедлился или побежал не туда, тут же наносил удар. Не сильный, но достаточно болезненный и унизительный.
— Различай лево и право! Идиоты! Следуйте за тем, кто впереди!
Карл сам бежал рядом с колонной, одновременно строго отчитывая и поправляя.
Звук ударов дубинки, тяжёлое дыхание, крики и беспорядочные шаги — всё это казалось особенно резким в предрассветной тишине.
Этот огромный шум быстро разбудил других солдат городской стражи, всё ещё спавших в казармах.
— Чёрт! Кто этот идиот, так рано шумит?
— Дайте спать, что ли?
— Чёрт! Я только лёг после ночного дежурства!
Группа солдат, бормоча проклятия, выскочила из казарм, сердито уставившись на плац.
Когда они увидели, что тренируются какие-то «приезжие» в разномастной одежде, бегущие кособоко, их гнев усилился.
Но когда их взгляд упал на Карла, наблюдавшего с края поля, на двух рыцарей рядом с ним, которые, хоть и молоды, но явно были настоящими рыцарями, а также на группу солдат, бегущих неуклюже, но немалочисленных, — слова, готовые сорваться с губ, были проглочены.
Они не знали Карла, но узнавали рыцарей и умели считать.
Эти ребята были гостями, представляли собой единое целое, и, похоже, тот молодой дворянин настроен серьёзно.
Связываться из-за словесной перепалки с группой людей, которые, возможно, скоро отправятся на смерть и сейчас полны решимости, было невыгодно.
— Тьфу! Кучка идиотов, спешащих на тот свет!
— Тренируйтесь, тренируйтесь, посмотрим, сколько вы проживёте!
Несколько старых солдат, ворча, наконец, побрали глаза, сдерживая гнев, и вернулись в казармы, чтобы продолжить сон, хотя после пробуждения заснуть было уже трудно.
Около восьми часов утра аэробная тренировка натощак закончилась.
Солдаты, каждый покрытый потом, рухнули на землю, тяжело дыша, но в их глазах появилось что-то новое — усталость от предельного напряжения и слабое чувство общности.
После простого завтрака и короткого отдыха начались тренировки по построению и бою.
В отношении боевых построений Карл напрямую использовал одно из наиболее подходящих для небольших отрядов построений из своих воспоминаний.
Упрощённый вариант формации «Утка-мандаринка», или, скорее, похожее на неё малая формация «Трех Великих».
У него было всего три отряда, людей мало, их нужно было использовать максимально.
Он быстро перераспределил личный состав: внутри каждого отряда передние ряды — мечники со щитами, отвечающие за прикрытие и ближний бой; середина — метатели, правда, у них пока было несколько примитивных охотничьих луков, огнестрельного оружия не хватало; задний ряд — копейщики, отвечающие за ближний бой на средней дистанции и формирование копьевой стены.
Он лично вышел на поле, объясняя роль каждой позиции, как действовать сообща, как менять строй по команде.
Наблюдая, как Карл умело и ясно организует этот, казалось бы, простой, но чрезвычайно практичный строй, два рыцаря снова были поражены.
Особенно опытный старый рыцарь Брендан смотрел на Карла с недоумением и любопытством.
Этот строй определённо не тому учили в рыцарских академиях для дворян. Он был проще, больше фокусировался на взаимодействии внутри малых групп и практическом уроне, и нёс в себе дух настоящего боевого опыта.
Он даже на мгновение усомнился, не притворяется ли этот молодой господин, про которого ходили слухи как о «самом бесполезном», за старого солдата, участвовавшего в реальной войне?
— Брендан, что ты думаешь об этом построении? — Карл заметил его взгляд и спросил.
Брендан собрался и серьёзно ответил: — Господин, оно очень практично! Особенно подходит для нашей нынешней ситуации с малым числом людей и разнородным снаряжением, оно позволяет максимально раскрыть силу совместных действий и компенсировать недостаток личной боевой мощи, — он помолчал и добавил, — это… не похоже на построение, которое обычно знают дворяне.
Карл улыбнулся, не объясняя: — Главное, что оно полезно.
Вскоре плац снова наполнился шумом, на этот раз — более мощными криками, звуками столкновения деревянного оружия и постоянными поправками Карла и рыцарей.
Этот непрерывный, энергичный звук тренировки даже пробился сквозь окна спальни графа Рошфора, расположенной не так далеко от плаца.
В спальне граф Рошфор обнимал свою любовницу с юга, с гладкой кожей, и сладко спал.
Вечерние ласки подняли ему настроение, он специально велел секретарю не беспокоить его сегодня утром.
Однако, тихие, но настойчивые звуки криков и команд всё же проникли в его уши, разбудив его от сладкого сна.
— Хм… что за звук… как шумно… — недовольно пробормотала любовница, прижимаясь к нему.
Рошфор раздражённо открыл глаза, прислушался и крепко нахмурился.
— Какой, к чёрту, ублюдок тренирует солдат так рано? Не даёт спокойно поспать!
Его хорошее настроение было окончательно испорчено, он сердито поднялся, скинув тёплое гусиное одеяло.
Любовница тут же встала и услужливо накинула ему халат.
Рошфор, с сонным выражением лица, вышел из спальни и столкнулся с спешащим навстречу начальником своей стражи, Рихитом.
— Рихит! Что происходит? Кто сегодня с ума сошёл? Так активно тренируется? Да ещё и в такое время!
На лице Рихита появилась неловкая улыбка, он поклонился и ответил: — Господин губернатор, это не наша городская стража… это, это господин Карл фон Шмидт, прибывший вчера, он начал тренировать своих людей на плацу ещё до рассвета, и не останавливался.
— Карл? Этот юный господин из дома Шмидт?
Рошфор замер на мгновение, затем вспомнил молодого человека, который привлёк его внимание странными сведениями и выбрал такой твёрдый орешек, как Каннфорд.
Он подошёл к окну и издалека посмотрел в сторону плаца.
Хотя деталей было не видно, он мог различить группу людей, упорядоченно двигающихся и выкрикивающих команды. Их серьёзность и вовлечённость резко отличались от других знатных отпрысков, которые, по его воспоминаниям, проводили время в пьянстве в гостиницах.
Гнев на его лице постепенно исчез, сменившись сложным выражением, с оттенком игривости и любопытства.
— Интересно… — пробормотал Рошфор, поглаживая подбородок. — Этот парень, похоже, не просто надувает щёки. Он действительно собирается что-то сделать в Северных Землях… или это просто спешная подготовка к заданию через три дня?
Он молча наблюдал некоторое время, затем повернулся к Рихиту и приказал: — Пусть тренируется. И ещё, Рихит, когда будешь отправлять ему войска через два дня, выбери пару умных людей, чтобы они внимательно присмотрелись, на что способен этот парень. Будет осёл или лошадь — покажет время.
— Слушаюсь, господин!
Рихит почтительно ответил.
Рошфор ещё раз взглянул в сторону плаца, затем зевнул и решил вернуться досыпать.
Хотя его и разбудили, кажется, он обнаружил нечто потенциально интересное.
http://tl.rulate.ru/book/189591/19112921
Сказали спасибо 4 читателя