Готовый перевод From Cripple to Immortal Emperor: The Unbreakable Will / Отброс получил чит — теперь мир у его ног: Глава 14

Голос Цинь Тяньсина был негромким, но и не слишком тихим, однако те, кто уже собирались уходить, услышали его и разом остановились. И всё потому, что говорил Цинь Тяньсин, «отброс» семьи Цинь.

Даже старшая дочь семьи Чжао, Чжао Цзюцин, остановилась и обернулась, взглянув на Цинь Тяньсина с какой-то надеждой в глазах.

Все обернулись и уставились на Цинь Тяньсина, словно на диковинное существо. В этот момент зал, сам того не заметив, погрузился в гробовое молчание!

Цинь Тяньсин не ожидал, что его тихое замечание возымеет такой эффект — весь зал уставился на него.

Хотя он всегда был в центре внимания, но сейчас, когда на него смотрело столько людей, его молодое лицо покраснело, и он пару раз неловко кашлянул.

— Чего вы все так на меня уставились? Я знаю, что я неотразимо красив и всеми любим! Но когда вы так смотрите, я прямо смущаюсь; к тому же, я не люблю парней!» — с улыбкой небрежно сказал Цинь Тяньсин.

От этих слов стоявшие вокруг чуть не пошатнулись и не упали. Те, у кого не хватало выдержки, уже извергали содержимое желудка!

Видя жалкий вид окружающих, Цинь Тяньсин внутренне возрадовался и продолжил: — Разве кто-то не говорил, что хочет развлечься со мной? Интересно, как именно?

Зал мгновенно вновь наполнился шумом. Люди посчитали, что сюжет развивается слишком внезапно, и пребывали в некотором недоумении. Все принялись громко переговариваться.

— Этот глава семьи Цинь, хоть и красив, но явно не в себе. Разве это не значит, что он сам себе под ноги камень подкладывает? Просто напрашивается на неприятности.

— И правда. Они пригласили его поиграть, неужели он всерьёз думает, что приглашают его выпить, поесть и полюбоваться на Цюйхуа? Думаю, этот молодой господин Цинь не только телом болен, но и головой!

— Тсс, тише. Цинь Тяньсин хоть и «отброс», но семья Цинь — влиятельный клан. Посмотри на уровень развития Цинь Вэньцзи — он ведь на одном уровне с Пэн Янь и Сыту Хаотянь, говорят, оба на шестом небе. Семья Цинь — не те люди, которых мы можем оскорблять.

— Да-да, лучше меньше говорить, больше смотреть. Просто понаблюдаем за представлением…

Вокруг толпа толковала непрерывно, все втайне посмеивались над Цинь Тяньсином.

Цинь Тяньсин же оставался невозмутимым и не удосужился обратить на них внимание.

В этот момент Пэн Сюань испытывал сильное волнение. Если бы здесь не было никого постороннего, он бы захотел дико расхохотаться, чтобы выразить своё нынешнее настроение. Наконец-то ему представился шанс унизить главу семьи Цинь на глазах у всех!

Пэн Сюань с трудом подавил внутреннее возбуждение и подошёл к Цинь Тяньсину, издевательски сказав: — Цинь Тяньсин, похоже, ты действительно «отброс». Я сказал «поиграть», неужели ты подумал, что я приглашаю тебя на пирушку? А если мы поиграем во что-то другое, ты осмелишься?

— А чего мне не осмелиться? Хватит этой ерунды! Говори быстрее, во что играть, не трать моё драгоценное время!» — небрежно ответил Цинь Тяньсин, глядя на Пэн Сюаня с явным отвращением.

Пэн Сюань холодно усмехнулся и сказал: — Цинь Тяньсин, если хочешь сам себя унизить, не пеняй на меня. Я слышал, твоё развитие в последнее время улучшилось. Я приглашаю тебя на поединок, ты осмелишься принять вызов? Если нет…»

— Хорошо, чего мне не осмелиться? Но давай так: одно движение, и решим, кто победил. Интересно, ты осмелишься согласиться?» — не дав Пэн Сюаню договорить, Цинь Тяньсин согласился и, напротив, с невинным видом посмотрел на Пэн Сюаня, выдвинув своё условие.

Услышав, что Цинь Тяньсин так легко согласился, Пэн Сюань подумал, что ослышался.

На самом деле, все присутствующие были ошеломлены и не могли поверить своим глазам.

С каких пор Цинь Тяньсин стал таким смелым? Это заставило тех, кто презирал его раньше, широко раскрыть глаза. Теперь они смотрели на него иначе, полагая, что, помимо своей болезни, он, по крайней мере, не выбрал роль труса, что говорило о некоторой гордости!

Однако большинство зевак всё же качали головами и вздыхали, полагая, что, хоть у Цинь Тяньсина и есть какая-то гордость, его нынешний выбор неверен, и он сам на себя накликал беду.

Каков уровень развития Пэн Сюаня, и каков уровень развития Цинь Тяньсина? Говорят, Пэн Сюань уже достиг пятого уровня царства Тулинь, а Цинь Тяньсин — всего лишь второго. Даже если последний немного улучшил свои навыки, между ними всё равно оставалась непреодолимая пропасть.

Разве это не Цинь Тяньсин сам себя унижает?

— Хм, хочешь умереть, я исполню твоё желание!»

Видя, что «отброс» семьи Цинь так легко согласился, Пэн Сюань почувствовал неловкость. Он сказал это и приготовился броситься на Цинь Тяньсина. Ведь здесь было много уважаемых людей, смотрящих на них, более того, здесь был и глава семьи Пэн. Пэн Сюань давно хотел себя показать.

— Постой!»

Цинь Тяньсин громко крикнул. Пэн Сюань замер на месте, думая, что Цинь Тяньсин испугался и передумал.

— Что, Цинь Тяньсин, испугался? Если испугался, то сейчас же десять раз поклонись мне, и я, возможно, прощу тебя, «отброс». Иначе я опозорю тебя полностью.

Цинь Тяньсин покачал головой. «Этот парень — идиот, что ли?»

Внутренне усмехнувшись, он сказал: — Пэн Сюань, не только на словах смелый. Если ты действительно осмелишься сразиться со мной, то, помимо одного хода для определения победителя, давай добавим ещё и ставку, как тебе?

Это заявление всех ошеломило!

Затем снова раздался шум перешёптываний. Даже старшая дочь семьи Чжао глубоко взглянула на Цинь Тяньсина, и её ледяно-прекрасное лицо постепенно стало выражать предвкушение.

— Думаю, глава семьи Цинь собирается заранее передать своё имущество Пэн Сюаню в качестве наследства.

— Верно. Кто-нибудь хочет со мной поспорить? Я ставлю на Пэн Сюаня! Хе-хе…

— Ты можешь быть посрамлён? Любой здравомыслящий человек знает, что Пэн Сюань победит. Если Цинь Тяньсин выиграет, я угощу вас всех бесплатной едой и напитками в этом ресторане Сюаньшань целый месяц!

…

Для Пэн Сюаня справиться с таким «отбросом», как Цинь Тяньсин, было проще, чем раздавить муравья.

Поэтому он холодно усмехнулся и нетерпеливо спросил Цинь Тяньсина: — Что ты хочешь поставить, говори прямо!

— Разумеется, деньги. Сыграем на миллион первоклассных духовных камней, как насчёт? Если ты одним ходом победишь меня, я отдам тебе миллион первоклассных духовных камней. Если мне повезёт и я выиграю у тебя, ты отдашь миллион первоклассных духовных камней. Осмелишься?

— Ха-ха-ха, Цинь Тяньсин, ты что, с ума сошёл от жадности?

Пэн Сюань не мог сдержать смеха. И не только он, но и все остальные зрители тоже рассмеялись.

Затем Пэн Сюань посмотрел на Цинь Тяньсина, как на идиота, и насмешливо выругался: — Цинь Тяньсин, у тебя что, мозги сломались? Не буду говорить, осмелюсь я или нет. Сначала скажи мне, есть ли у тебя миллион первоклассных духовных камней? Если есть, покажи их всем для свидетельства!»

Выражение лица Цинь Тяньсина осталось спокойным, он выглядел так, будто ему было лень отвечать Пэн Сюаню, и небрежно сказал: — Я осмелюсь ставить, значит, у меня есть! А ты говори, осмелишься или нет? Не будь мямлей, веди себя как мужчина! Если ты выиграешь, я, естественно, тебе отдам!

На самом деле, Цинь Тяньсин был в тот момент совершенно без денег, и ставка с Пэн Сюанем была своего рода уловкой. Он знал, что Пэн Сюань наверняка согласится на пари. Даже если у самого Пэн Сюаня не было денег, у его хозяев они были. Эти люди наверняка посчитают это хорошей возможностью унизить семью Цинь, не только открыто унизив главу семьи Цинь и даже всю семью Цинь на глазах у молодых и знатных героев города Сюаньшань, но и получив при этом немалую сумму неожиданной прибыли. Почему бы и нет?

— Ты!» — Пэн Сюань был так зол, что не знал, как ответить, и только разъярённо сверлил Цинь Тяньсина взглядом.

Видя такую картину, Пэн Янь, демонстрируя благородство главы влиятельного клана, с улыбкой вмешался: — Цинь Тяньсин, раз ты хочешь добавить ставку к пари с Пэн Сюанем, тогда играйте в своё удовольствие. Не будем говорить о миллионе. Думаю, годовой доход вашей семьи Цинь невелик, хе-хе… Предлагаю вам обоим выставить по сто тысяч в качестве ставки. Как сказал глава семьи Цинь, решим всё одним ходом! Если Пэн Сюань проиграет, я, Пэн Янь, дам тебе сто тысяч. Если Пэн Сюаню повезёт и он выиграет, глава семьи Цинь даст Пэн Сюаню сто тысяч. Если у главы семьи Цинь действительно нет столько денег, ничего страшного. Глава семьи Цинь может сначала написать долговую расписку, а потом пусть кто-нибудь доставит духовные камни в поместье Пэн. Глава семьи Цинь, как тебе такое предложение?»

Ситуация Цинь Тяньсина была известна Пэн Яню и остальным. Пэн Янь был уверен, что Цинь Тяньсин проиграет в поединке с Пэн Сюанем. Даже зная, что у Цинь Тяньсина нет столько денег, он хотел всячески способствовать этому поединку. Как он мог упустить такую возможность унизить семью Цинь? Думая о том, как Цинь Тяньсин и другие члены семьи Цинь опозорятся на публике, Пэн Янь испытывал огромное удовольствие и с нетерпением ждал этого.

А Цинь Тяньсин холодно усмехнулся, выглядя колеблющимся и будто бы собирающимся отступить.

Однако Пэн Янь и остальные не знали, что Цинь Тяньсин втайне радовался. Эта большая рыба наконец-то попалась на крючок. Он беспокоился, что она ускользнёт. Он был уверен, что выиграет духовные камни, и его радость была не меньше, чем у Пэн Яня!

— Ха-ха, Цинь «отброс», ты осмелишься поставить? Веди себя как мужчина!»

Поддерживаемый Пэн Янем, Пэн Сюань почувствовал прилив уверенности и вернул Цинь Тяньсину его же слова. Он выглядел самодовольным и чрезвычайно высокомерным, как мелкий человек.

В этот момент раздался ледяной, но приятный голос. Говорила старшая дочь семьи Чжао, Чжао Цзюцин.

— Я сначала внесу за главу семьи Цинь сто тысяч в качестве ставки. Если глава семьи Цинь не сможет одолеть противника и проиграет, пусть потом вернёт мне!»

Все зеваки, наблюдавшие за представлением, на этот момент замерли. Они не понимали, что за драму разыгрывали эти юные господа и дамы.

Даже сам Цинь Тяньсин был озадачен. Почему эта легендарная ледяная красавица решила ему помочь? Может быть, из-за того, что семья Цинь и семья Чжао являются союзниками?

Цинь Тяньсин долго не мог понять. Он пару раз кашлянул, его лицо слегка покраснело, и он поклонился Чжао Цзюцин: — Я сначала благодарю госпожу Чжао за помощь. После поединка я щедро отблагодарю госпожу Чжао.

Услышав это, Чжао Цзюцин не ответила, лишь слегка кивнула Цинь Тяньсину, сохранив холодное выражение лица.

Затем уголки губ Цинь Тяньсина слегка приподнялись, он посмотрел на Пэн Сюаня и сказал: — Пэн Сюань, я ставлю сто тысяч первоклассных духовных камней. Если ты проиграешь, не сожалей!»

— Сожалеть? Ха-ха! Цинь Тяньсин, скорее ты будешь сожалеть!» — Пэн Сюань безудержно хохотал, будучи чрезвычайно высокомерным.

Поскольку пари между обеими сторонами было решено, гости ресторана Сюаньшань тоже присоединились к веселью. Группами по три-пять человек они искали тех, кто захочет сделать ставки, считая, что это редкая возможность заработать неожиданную прибыль!

Конечно, подавляющее большинство людей считало, что Пэн Сюань легко победит. Только некоторые приезжие торговцы, не зная ситуации, думали, что победит Цинь Тяньсин, и хотели сделать крупную ставку с малым риском.

http://tl.rulate.ru/book/187355/19540407