Генеральский шатёр был куда просторнее, чем у какого-то там «младшего адъютанта», более двадцати квадратных метров свободного пространства наконец-то позволяли встать с кровати, не рискуя вывалиться наружу.
В центре шатра стояла небольшая песочница, за ней — письменный стол, совмещённый со столом для еды; горы писем, сложенные в небольшую кучку, уже переполняли столешницу и сползали к песочнице.
Угольный жаровник, брошенный в углу, трещал, но почти не выпускал дыма; на боковых стенах одновременно висели карты Королевства Клови, Южного региона и Цитадели Грома, и яркий свет ламп отражался от них тусклым, жёлтым сиянием.
Ансен, стоявший у керосиновой лампы, обвёл взглядом помещение и медленно остановился на Людвиге, сидевшем за письменным столом.
Чёрный рыцарь, скрестив руки на груди, тоже разглядывал его, но выражение его лица было далеко не лучшим.
— Ты весьма спокоен.
Людвиг, не отрывая взгляда, холодно произнёс: — Не боишься, что тебя расстреляют без суда и следствия?
— Боюсь. — Ансен глубоко вздохнул, встретившись с ним взглядом. — Но неужели вы, генерал, позвали меня в свой шатёр только для того, чтобы расстрелять?
— Я могу прямо сейчас приказать Роману вывести тебя и казнить на месте.
Он фыркнул, и Людвиг сменил тему: — Но я сегодня уже убил одного офицера, не могу убить ещё одного.
— Так что, капитан Ансен Бах, сегодня тебе повезло, но не каждый день будет таким — тебе лучше поскорее доказать свою ценность, чтобы я поскорее забыл о твоём неподчинении на поле боя!
— Если речь об этом, генерал… — Ансен пожал плечами. — Думаю, я уже доказал.
— Случайная победа в одном бою. — Людвиг холодно усмехнулся, выпрямившись в кресле: — Скажи мне: сколько метров в длину займёт развёрнутый в колонну полностью укомплектованный полк?
— Зависит от ситуации — в боевом строю от пятисот до семисот метров, в статичном — от двухсот тридцати до двухсот шестидесяти.
— ответил Ансен без колебаний.
— А если развёрнутый в линию?
— От двухсот до двухсот двадцати метров.
— Я имею в виду время, необходимое для развёртывания.
— От четырёх минут в худшем случае до полутора минут в лучшем.
…… Людвиг слегка нахмурился и замолчал.
Он вдруг почувствовал себя немного глупо: эти вопросы для кандидата в офицеры, который вот-вот закончит Королевскую военную академию, были элементарной азбукой.
Ансен сохранял невозмутимое выражение лица; такие «непопулярные» вопросы, которые в самом начале его пребывания здесь могли бы мгновенно разоблачить его истинную сущность, теперь уже не представляли для него никакой трудности.
Экзаменатор, задавший низкоуровневый вопрос, и подставной студент, списавший ответы у отличника, одновременно погрузились в молчание, и царившая атмосфера стала немного жутковатой.
Ансен смутно догадывался, почему этот генерал решил обратиться к нему; в воспоминаниях «прежнего Ансена» о нём было не так много информации, но её было достаточно, чтобы он мог оценить текущую ситуацию.
Промолчав по крайней мере минуту, Людвиг медленно поднял голову и посмотрел на Ансена странным взглядом:
— За два месяца до начала войны я был всего лишь майором артиллерии в Центральной провинции. Теперь я стал генералом армии, командующим Первым полком призыва Цитадели Грома… Знаешь, почему?
«Знаю, потому что ваш отец, Лютер Франц, является верховным первосвященником Церкви Порядка Королевства Клови, а вы — его единственный сын и наследник…» — пробормотал про себя Ансен и попытался ответить: — Ммм… Наверное, из-за ваших способностей и опыта? Вы ведь командовали артиллерией, а при осаде без артиллерии не обойтись.
— Артиллерия?
Лицо Людвига помрачнело, уголки его губ изогнулись в самоироничной усмешке, и он пристально посмотрел на Ансена: — Если бы люди Имперской Армии действовали по принципу отбора лучших, они бы прислали с Западного фронта командира артиллерии, участвовавшего в тяжёлых боях.
— Тебе не нужно притворяться, все прекрасно знают; меня сюда послали, потому что никто не знает, как эта Имперская Армия смогла пройти через оборонительные линии и захватить Цитадель Грома.
— Если выиграем, все будут счастливы; если проиграем, никто не будет винить меня, сына верховного первосвященника, — так что они просто ждут, когда я опозорюсь, потерплю полное поражение.
— Тысячи отбросов, которые умеют только драться и пить, были рассеяны менее чем тысячей врагов одним стремительным ударом, бросили позиции и в панике бежали! — прорычал Людвиг, его лицо под светом керосиновой лампы казалось чрезвычайно искажённым: — Если бы не Роману вовремя не повёл Гренадерский полк на помощь, меня, генерала, назначенного меньше недели назад, чуть не убили бы собственные солдаты!
— Что касается моих офицеров… ты видел сегодня, с такими людьми крепость точно не взять.
Чёрный рыцарь медленно встал, его ледяной взгляд стал решительным и безумным: — Я не собираюсь позволить этим людям, которые ждут представления, добиться своего, я хочу выиграть эту битву; для этого мне нужен командир.
— Не какой-нибудь болван, который, держа в руках «Устав Святых пятидесяти пяти лет», умеет только строить всех в ряд для расстрела; мне нужен командир, который может подготовиться до боя, сохранять спокойствие в случае непредвиденных обстоятельств, и обладает достаточной отвагой и решимостью, чтобы выиграть войну.
— Капитан Ансен Бах, я хочу дать этот шанс тебе.
Когда он закончил говорить, Ансен, который уже предвидел это, показал вполне уместное удивление.
— Я… я не понимаю…
— Согласись, и ты станешь новым командиром Первого пехотного полка. — Людвиг произнёс низким голосом: — Вопросы снабжения, все материалы и жалование всего полка я возьму на себя, тебе не придётся тратить ни медного гроша.
— Эм… но я всего лишь капитан, и ещё не закончил Королевскую военную академию… — Ансен опустил голову, отступив на полшага, заложив руки за спину.
— Капитан? Два месяца назад я был майором… это не проблема. — Людвиг прервал его: — Что касается Королевской военной академии, я напишу письмо и отправлю его, чтобы они подготовили твою личную папку и диплом об окончании — поздравляю, капитан Бах; если повезёт, ты можешь стать первым выпускником академии в звании подполковника и командира полка.
«Да, при условии, что я смогу вернуться живым.»
Глядя на чёрного рыцаря, который совершенно не давал выбора, Ансен ничуть не обрадовался его словам.
По сути, победа или поражение в этой «осаде Цитадели Грома» никак не касались его; он был всего лишь выпускником, завершившим «практику», и вот-вот должен был начать работать; действия же Людвига были сродни тому, как если бы он, не дожидаясь ярмарки вакансий, решил прямо сейчас переманить кадры.
Ансен не возражал против этого — если только не собирается бежать, он вряд ли сможет покинуть это поле боя; при любых обстоятельствах выживаемость офицера, безусловно, выше, чем у обычного рядового.
Однако такое «счастье» в виде переманивания кадров, безусловно, имеет свою цену…
— Конечно, если ты примешь эти условия, ты и многих обидишь, я не буду этого скрывать. — Людвиг сменил тему, прошёл из-за стола к столу, держа руки за спиной, и встал рядом с Ансеном, не сводя с него глаз: — Внутри Королевства Клови у Церкви Порядка есть друзья и враги; перейдя на нашу сторону, не рассчитывай, что к тебе будут хорошо относиться.
— Но ты должен хорошо подумать: сколько времени потребуется офицеру армии, происходящему из семьи мелкого дворянина и поступившему в военную академию благодаря своим талантам, чтобы стать подполковником или даже генералом? Двадцать лет? Тридцать лет?
— Помоги мне выиграть эту битву, и я, именем моего отца, клянусь тебе, Церковь Порядка станет твоей самой большой опорой!
Эти слова, сказанные твёрдым голосом, звучали очень решительно.
Ансен украдкой покосился на Людвига, стоящего рядом; этот генерал готов был пойти на всё, чтобы победить, и теперь он изо всех сил пытался ухватиться даже за такую «соломинку», как внезапно появившийся он.
Хотя именно этого он и добивался — причина проста, ведь Людвиг был прямым сыном верховного первосвященника Церкви Порядка.
Независимо от того, насколько скрытно «прежний Ансен» охранял свои любительские увлечения, полностью избежать обнаружения было практически невозможно; даже если учитывать только этот аспект, присоединение к Церкви Порядка было для него достаточно привлекательным.
А ещё был убийца, который убил прежнего владельца этого тела и стал причиной его перемещения — учитывая, что было маловероятно, что кто-то тайно проник на поле боя и в такой удачный момент, как перед отступлением армии, совершил убийство, инсценировав его как гибель от рук врага или самоубийство…
У Ансена были основания полагать, что этот человек определённо находится в мобилизованном полку Цитадели Грома; возможно, даже рядом с ним, и уже знает о его «воскрешении».
Чтобы защитить себя, а также чтобы противник не осмелился снова действовать опрометчиво, ему нужна была церковная сила, стоящая за спиной Людвига.
— Могу ли я подумать об этом?
— Я даю тебе три дня. — Людвиг слегка кивнул, его тон стал немного мягче, чем раньше: — Через три дня, если ты решишь принять моё предложение, тогда…
— Я принесу вам полный план, который наверняка позволит взять крепость Цитадели Грома!
— торжественно ответил Ансен.
«Этот полковой командир, мне быть!»
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/186558/18947310
Сказали спасибо 0 читателей