Готовый перевод Immortal Among Warriors: The Lone Cultivator’s Rise / Все качают тело — я качаю бессмертие: Глава 4

Тётя Чжао своими изящными нефритовыми пальцами гладила бамбуковый меч, запястье её ловко повернулось, а ступни заскользили, и вот уже она принялась исполнять танец с мечом во дворе.

Движения были намеренно замедлены, чтобы Мэн И мог учиться, но меч всё равно рассекал воздух с лёгким свистом.

Не прошло и нескольких минут, как начало подниматься утреннее солнце, редкие лучи света упали на Тётю Чжао, и её боевой дух, исполнявший танец с мечом, словно взлетел, будто только сейчас мечница раскрыла истинную мощь своего искусства.

«Шестнадцать мечей небесного света» — это не просто шестнадцать взмахов, а шестнадцать комплексов движений, каждый из которых представлял собой непрерывный и завершённый набор техник.

В руках Тёти Чжао этот меч был похож на танец.

Он не был таким стремительным, как в боевиках, которые видел Мэн И, и не содержал больших телодвижений или поз, вроде глубоких приседаний.

Напротив, это было похоже на неспешную прогулку, каждый взмах меча был подобен тому, как будто она ловит снежинки или сбивает опавшие листья, с плавными переходами, естественными и логичными.

Мэн И примерно понимал, что в его прошлой жизни боевые искусства полагались на силу тела, а в этом мире — на ци.

Поэтому в этой технике меча скорее чертились некие правила, и там, где проходил кончик меча, на мгновение оставался слабый проблеск света, вероятно, отсюда и произошло название этого стиля.

Стройная фигура Тёти Чжао непрерывно двигалась во дворе, взмах за взмахом, и Мэн И был полностью поглощён зрелищем.

Постепенно Мэн И начал ощущать, что чем дальше Тётя Чжао извлекала меч, тем сильнее становилось давление вокруг него.

Впрочем, оно было вполне в пределах его выносимости, вероятно, Тётя Чжао сдерживала истинную мощь техники.

Когда был сделан последний взмах, в глазах Тёти Чжао мелькнула серьёзность и острота, её нефритовые пальцы снова коснулись меча, и она нанесла полный, мощный удар. Видимая оранжевая ци меча, под контролем Тёти Чжао, взлетела в небо и постепенно рассеялась.

После выполнения шестнадцати ударов мечом, наступила тишина. Тётя Чжао элегантно взмахнула своим бамбуковым мечом, создав красивую «цветочную» фигуру, и убрала его за спину.

Какая прекрасная картина — красавица, танцующая с мечом!

Душа пела от восторга! После того, как Мэн И насладился зрелищем, он всё ещё пребывал в благоговейном трепете от остаточного эффекта меча. Он почувствовал некое непонятное, странное прозрение относительно этого стиля.

Мэн И хотел удержать это чувство, продолжить осмысление, но оно быстро исчезло. Мэн И пришёл в себя, чувствуя разочарование.

Только когда изящная фигура подошла к нему, он окончательно очнулся.

— Ну как, сколько запомнил, есть ли какие-нибудь прозрения? — спросила Тётя Чжао.

— М-м, я запомнил всё. Что касается прозрений… их не так много.

Мэн И ненадолго задумался, ощущая, что каждый взмах меча был выгравирован в его сознании, вместе с прекрасным образом Тёти Чжао.

— О? Всё запомнил? Не хвастаешься ли? Вот, можешь попробовать исполнить, если что-то будет непонятно, я лично тебя научу. — Тётя Чжао протянула бамбуковый меч Мэн И.

Мэн И осторожно принял бамбуковый меч обеими руками, медленно подошёл к центру двора и вспомнил позы Тёти Чжао.

Затем он коснулся бамбукового меча двумя пальцами и начал неуклюже махать им.

Взмах за взмахом, можно сказать, что он повторял позы Тёти Чжао почти дословно, но ему совершенно не хватало её мощи.

Он повторил эту технику меча, словно перерисовывая узор.

Когда Мэн И сам махал им, это было чистое подражание, он не только не создавал света меча, как у Тёти Чжао, но и не смог произвести даже ту ци меча.

Мэн И с беспомощной улыбкой повернулся к Тёте Чжао, и тут же встретился с её изумлённым взглядом. Её красивые глаза пристально смотрели на него, отчего Мэн И невольно замер.

В мгновение ока Тётя Чжао снова обрела обычное выражение лица, как будто Мэн И только что ошибся.

— Неожиданно, у тебя ещё и феноменальная память. — Тётя Чжао улыбнулась и поаплодировала.

— Хе-хе. — Мэн И почесал затылок и рассмеялся.

— Раз уж ты запомнил весь комплекс движений, то над неуклюжими местами нужно будет больше упражняться. — сказала Тётя Чжао.

— Хорошо! — Мэн И тут же наполнился энтузиазмом и начал тренироваться во дворе.

Погоди! Я, кажется, что-то упустил. Разве Тётя Чжао не говорила «лично научу»?

Лично научу?

Он случайно бросил взгляд на нефритовые руки Тёти Чжао, и Мэн И внутренне застонал.

«Дубина ты, свиная голова!»

Если бы он притворился, что забыл один или два движения, он мог бы не только скрыть свой талант, но и сладко тренироваться с Тётей Чжао.

Это было идеальное решение, которое могло принести пользу обоим, а теперь, щелк, всё пропало, а он ещё глупо хихикал.

Эх, ладно, какой мужчина будет цепляться за мелочи, только становление сильнее — вот истинный путь.

Мэн И начал усердно тренироваться, упражняясь с мечом.

Хотя у Мэн И раньше не было никакой базы в фехтовании, этот, казалось бы, простой первый удар мечом потребовал от него более десяти попыток, чтобы выглядеть хоть сколько-нибудь прилично.

Мэн И непрерывно махал мечом, пока не почувствовал, что угол и сила были подходящими, и переходил к следующему взмаху. Если он чувствовал, что что-то не так, он начинал всё сначала. Так он продолжал неустанно упражняться.

Вскоре из дома выбежала миниатюрная фигурка Синь Янь, на её маленьком личике ещё читалось некоторое смятение.

Однако, увидев Мэн И, тренировавшегося с мечом во дворе, она тут же облегчённо вздохнула.

Тогда Синь Янь подошла к Тёте Чжао и села рядом, вместе они наблюдали за упражнениями Мэн И.

Тётя Чжао достала приготовленный для Синь Янь чай, Синь Янь поблагодарила её и стала медленно его пить, одновременно тихо беседуя с Тётей Чжао.

Когда чай был выпит, Синь Янь отправилась к маленькому озеру и села на камень, медитируя и совершенствуясь.

Прошло три часа. Мэн И уже чувствовал боль во всём теле, его бросало в пот, но он всё ещё продолжал махать бамбуковым мечом.

Он уже мог более-менее прилично исполнять весь комплекс движений, как настоящий фехтовальщик из его прошлой жизни.

Но это была лишь форма без содержания, совершенно не достигшая уровня Тёти Чжао, поэтому он не был удовлетворён.

— Всё, Мэн И, отдохни немного, иди ужинать. — Неизвестно когда, Тётя Чжао уже приготовила еду и расставила её на каменном столе.

Синь Янь тоже, когда закончила тренироваться, давно сидела на каменной скамье, подперев щёку руками, и с довольным видом наблюдала за тренировкой Мэн И.

Увидев, что Мэн И остановился, Синь Янь встала и подбежала, достала платок и вытерла пот с его лица.

— Спасибо тебе, сестрёнка Синь Янь. — поблагодарил Мэн И своим детским голосом.

— Н-не за что. — ответила Синь Янь, её щёки слегка покраснели.

— Да, да, пойдём скорее ужинать. — Синь Янь взяла Мэн И за руку и привела его к каменному столу.

Еда была аккуратно расставлена, но рука Мэн И, державшая палочки, слегка дрожала, очевидно, от долгой тренировки с мечом.

Увидев его состояние, Синь Янь поспешно, покраснев, взяла свои палочки, положила в них кусочек нежно-красного мяса и поднесла к его губам.

Мэн И не сразу смог справиться с таким энтузиазмом Синь Янь, но увидев блестящие большие глаза Синь Янь, полные ожидания, он всё же съел его.

— Очень вкусно, сестрёнка Синь Янь, ты тоже скорее ешь, со мной всё в порядке. — сказал Мэн И, а затем, своей ноющей рукой, положил в рот кусочек мяса.

Увидев его, Синь Янь тоже взяла себе маленький кусочек и положила его в свои вишнёвые губки.

Тётя Чжао, наблюдая за ними, тоже улыбнулась, её красивые глаза смотрели на Мэн И, и она спросила: — Ну как, тебе нравится?.

— Очень вкусно, спасибо, Тётя Чжао.

Мэн И снова принялся жадно есть.

— Хе-хе, хорошо, что нравится, ешь медленнее, не спеши. — нежно улыбнулась Тётя Чжао.

Однако Тётя Чжао не приготовила для себя миску и палочки, лишь спокойно наблюдала за ними обоими.

Мэн И быстро доел, вытер рот и, взяв бамбуковый меч, хотел снова пойти тренироваться.

Но нефритовая рука Тёти Чжао остановила его: — Тренировка с мечом не терпит спешки, сейчас полдень, самое время для ци, иди почувствуй ци и совершенствуйся.

Мэн И чуть не забыл об этом, поэтому отложил бамбуковый меч, подошёл к пруду, сел со скрещёнными ногами и начал чувствовать ци.

Что такое ци? Почему она позволяет совершенствоваться и становиться сильнее?

Это вопрос, над которым Мэн И серьёзно думал, читая романы в детстве. Повзрослев, он просто принял ци как данность.

Вспоминая, как он когда-то верил в существование ци и даже пытался практиковаться, он чувствовал себя глупо.

Теперь, как переселенец, Мэн И испытывал смешанные чувства — ощущение, будто его давние фантазии стали реальностью.

Сейчас Мэн И не мог дождаться, чтобы раскрыть тайну ци.

Мэн И закрыл глаза и прислушался. Раньше он слышал от Тёти Чжао, что он на грани уровня ци, что означало, что в его теле должна быть ци. Поэтому Мэн И не только чувствовал ци в окружающей среде, но и сосредоточился на ощущении ци внутри себя.

К сожалению, как бы долго он ни прислушивался, он так и не смог обнаружить ничего особенного.

Мэн И нахмурил брови. Тётя Чжао стояла рядом с ним и, видя его состояние, сказала: — Расслабься, ци повсюду. Воины едины с небом и землёй, подобно рыбе в воде. Опустоши свой разум и тело, и тонко почувствуй странности этого мира.

Мэн И услышал эти слова, расслабился телом и душой, ровно дышал и прислушивался.

Он всё ещё ничего не почувствовал…

Мэн И посмотрел на Тётю Чжао с растерянным и просящим выражением глаз.

Тётя Чжао беспомощно положила свою нефритовую руку ему на плечо и сказала: — Теперь попробуй ещё раз.

Мэн И попробовал снова, и в тот же миг он почувствовал, что мир изменился. Ци, которую он не мог почувствовать раньше, теперь наполняла весь мир.

Словно воздух окрасился в какой-то чудесный цвет и, двигаясь вместе с потоком воздуха, подобно воде, касался его лица, его шеи, его одежды.

— Это ци? — подумал про себя Мэн И.

Это ещё больше озадачило его.

В конце концов, Мэн И не смог понять, что такое ци.

В этот момент Мэн И не смел действовать опрометчиво, опасаясь, что ци, которую он наконец-то почувствовал, исчезнет из его восприятия.

Теперь перед Мэн И стоял вопрос: как превратить внешнюю ци в свою собственную? Он чувствовал, что с каждым вдохом и выдохом немалое количество ци втягивалось в его тело, но как только она втягивалась, она словно уходила в бездонный колодец и больше не ощущалась.

— Тётя Чжао, я уже почувствовал ци, но как её поглотить? — спросил Мэн И.

— Ци в природе неоднородна и хаотична, обычным людям трудно её поглотить и использовать. А тела воинов — это лучшие сосуды-фильтры для ци, позволяющие телу дышать, подобно жабрам, фильтруя и втягивая ци. — терпеливо объяснила Тётя Чжао.

Мэн И кивнул, как будто понял, он думал, что это будет как в романах, которые он читал, — через дыхание и медитацию.

— Дышать телом, дышать телом… — Мэн И продолжал пытаться понять и применить это.

Усилия были вознаграждены. После неустанных усилий ему наконец удалось впустить несколько потоков ци в тело, отфильтровав немного чистой ци.

Там, где проходила ци, оставалось ощущение тепла. Без необходимости намеренно направлять её, духовная энергия сама собой направлялась к даньтяню, рассеиваясь в нём, словно даньтянь был зоной низкого давления духовной энергии в теле.

Получилось! Мэн И был в восторге.

Имея этот первый успешный опыт, Мэн И снова попытался поглотить ци.

Найдя лазейку, частота успеха значительно возросла, и Мэн И с удовольствием стал извлекать ци.

Это и есть ощущение культивации? Это так интересно, Мэн И был полон удовлетворения.

Синь Янь тоже не сидела без дела, она сидела недалеко от Мэн И и тоже начала культивироваться. Тётя Чжао, видя, что Мэн И прозрел, попробовала отпустить его, и, не заметив никакой аномальной реакции у Мэн И, снова села на каменную скамью, держа чашку с чаем и спокойно наблюдая за их культивацией.

Когда они начали культивироваться, они забыли о течении времени. Незаметно наступил вечер. Мэн И уже мог одновременно извлекать более десяти потоков ци, но он также чувствовал, что улучшение за это послеобеденное время было почти ничтожным. Он тонко ощущал слабое течение ци в своём теле.

Хотя и очень мало, но, по крайней мере, он мог чувствовать существование ци. Сейчас ци в окружающей среде постепенно успокаивалась, и эффективность поглощения значительно снизилась.

Тётя Чжао вышла из дома, подошла к ним и сказала: — Всё, дети, пора отдыхать. Культивировать можно и завтра.

Синь Янь и Мэн И медленно открыли глаза, встали и переглянулись. Синь Янь подбежала к Мэн И, обняла его за руку и спросила: — Как прошла твоя культивация, брат И?

Мэн И с нежной улыбкой ответил: — М-м, чувствую себя неплохо, а ты?

Синь Янь хихикнула: — Мне кажется, я скоро достигну четвёртого уровня закалки тела.

— Ты молодец. — Мэн И погладил Синь Янь по голове.

— Хи-хи. — Синь Янь выглядела очень довольной.

— Ладно, вы целый день культивировали, пойдите примите ванну с травами, чтобы расслабиться. — сказала Тётя Чжао.

— Тётя, можно мне принять ванну вместе с братцем И? — спросила Синь Янь, моргая большими глазами.

— Хорошо, если только твой брат И не против ~ — подшутила Тётя Чжао.

— Нет, нет, нет, это абсолютно невозможно! — Мэн И поспешно покачал головой.

Неужели нравы в этом мире настолько открыты?

— Ах, братец И, раз ты не хочешь, тогда ладно. — Синь Янь выглядела немного разочарованной, увидев решительную позицию Мэн И.

— Но вечером я могу рассказать тебе ещё одну сказку. — беспомощно сказал Мэн И.

— Отлично, тогда я пойду купаться первой. — Синь Янь была счастлива и ушла.

— Как прошли твои ощущения от культивации сегодня? — спросила Тётя Чжао у Мэн И.

— Благодаря помощи Тёти Чжао, поглощение ци теперь стало легким.

— Я почти подумала, что ты обычный человек, который не может культивировать. Неожиданно, ты понял всё с первого раза. — рассмеялась Тётя Чжао.

— Однако, я не особо проникся мечными техниками, только запомнил приёмы, и совершенно не могу раскрыть их силу. — Мэн И выглядел немного уныло.

— Хе-хе, с техниками меча не стоит спешить. Мне потребовалось более двадцати лет, чтобы достичь сегодняшнего небольшого успеха. — сказала Тётя Чжао.

— Двадцать лет? Тогда Тёте сейчас, должно быть… — Мэн И не успел договорить, как увидел, что лицо Тёти Чжао помрачнело.

Мэн И поспешно замолчал, едва не затронув запретную тему для женщин.

— Аха-ха, это я просто поторопился… — Мэн И попытался разрядить обстановку.

— Хе-хе-хе, я пойду посмотрю на Синь Янь, а ты подожди здесь и отдохни. — сказала Тётя Чжао.

— Не подглядывай! — Тётя Чжао снова обернулась и наказала.

— Н-нет, не буду. — Мэн И поспешно махнул рукой.

Увидев, как Мэн И смутился от её слов, Тётя Чжао тоже хихикнула.

Почему-то казалось, что под нежной улыбкой Тёти Чжао скрывается полная злорадства.

Мэн И беспомощно улыбнулся и, наконец, отправился в комнату читать книгу и ждать.

— Янь'эр… — Тётя Чжао гладила мокрые волосы Синь Янь, в её красивых глазах мелькнула тень задумчивости. Она хотела что-то сказать, но остановилась.

— М? Тётя, что случилось? — спросила Синь Янь.

— Ничего, я добавила сюда некоторые травы, которые помогают закалять тело. Хорошо здесь культивируйся. — Тётя Чжао сменила тему.

— Хорошо, тётя. — ответила Синь Янь.

Примерно через четверть часа Синь Янь вернулась из спальни, окутанная ароматом трав, и вытолкнула Мэн И, чтобы тот пошёл купаться.

Мэн И пришёл в ванную комнату и обнаружил, что там его ждёт Тётя Чжао.

— Я заменила тебе воду и добавила травы, богатые ци, которые помогут тебе в культивации. — сказала Тётя Чжао, увидев его.

Мэн И поблагодарил её. Когда Тётя Чжао вышла, Мэн И разделся, вошёл в деревянную бочку высотой почти до пояса и сел медитировать.

Ци в воде, словно маленькие рыбки, проникала в тело Мэн И. Когда насыщенная ци в воде рассеялась, Мэн И закончил культивацию, ощущая, как ци в его теле стала ещё плотнее, и с удовлетворением вернулся в спальню.

Синь Янь лежала на кровати, её белоснежные ножки болтались в воздухе, она держала в руках милое лицо и сосредоточенно листала книгу о травах. Увидев, что Мэн И вернулся, она закрыла книгу и подвинулась вглубь кровати, освобождая место для Мэн И.

Мэн И сел на кровать и с улыбкой спросил: — Что, ты тоже хочешь изучить немного фармакологии?.

— Не хочу. Просто ждала братца И и стало скучно, вот и листала. К тому же, почерк такой уродливый. — пожаловалась Синь Янь.

— Чем больше знаний, тем больше шансов спасти свою жизнь. Изучать что-то всегда полезно. Как насчёт того, чтобы мы вместе культивировали днём, а вечером вместе учились? — убеждал Мэн И.

— Хм, хотя чувствую, что это не очень полезно, но раз братец И так сказал, я буду слушать тебя. — Синь Янь, надув губки, немного подумала и ответила.

Мэн И беспомощно покачал головой: — Хе-хе, как это может быть бесполезно…

http://tl.rulate.ru/book/186321/18310624