— Цзыцзин, мне плохо, мне так плохо! — Гуань Юаньюань прижималась к Цинь Цзыцзину, захлебываясь словами.
— Ха. — Цинь Цзыцзин недовольно опустил взгляд и сжал подбородок Гуань Юаньюань. — Теперь-то ты знаешь, кто я? Только что ты липла к господину Вану, а когда я попытался тебя оттащить, ты рвалась к господину Ли. Если бы я не вмешался, ты бы сегодня вечером ушла с кем-то из них?
— Нет... я не хотела... — затараторила Гуань Юаньюань. — Просто у меня совсем не было сил... я нечаянно... Я люблю только... только тебя, Цзыцзин.
Она продолжала настойчиво тереться о него.
— Мне так плохо, правда очень плохо. Цзыцзин, помоги мне, пожалуйста? — Она изо всех сил старалась сохранить остатки сознания.
На следующее утро Гуань Юаньюань проснулась, увидела рядом спящего Цинь Цзыцзина и едва заметно улыбнулась. Но, вспомнив о вчерашнем соке, в который она втайне подмешала лекарство, она помрачнела и опустила голову.
Идея пришла ей в голову спонтанно, поддавшись порыву, поэтому она просто вылила всё лекарство в стакан, не зная наверняка, насколько оно сильно. Главное — чтобы выпила Чэнь Мэнси. Но она и представить не могла, что сок выпьет она сама, и так опозорится.
Теперь, остыв, она понимала: её попытка подсунуть сок Чэнь Мэнси была слишком очевидной. И Мэнси действительно его выпила. Но почему всё вышло именно так? Почему, хотя Мэнси пила сок, пострадала она?
Заметив, что Цинь Цзыцзин просыпается, Гуань Юаньюань тут же притворилась, будто только что очнулась, и, уткнувшись ему в грудь, разрыдалась:
— У-у-у... Цзыцзин, я не хотела позорить тебя! Это всё Чэнь Мэнси, она меня подставила!
Цинь Цзыцзин, только что пришедший в себя, чувствовал лишь раздражение от этого плача. Но не успел он выплеснуть эмоции, как услышал голос Чэнь Мэнси, которая, судя по всему, мгновенно пришла в чувство.
— Ты знаешь Чэнь Мэнси? — переспросил Цинь Цзыцзин. Неужели они познакомились на вчерашнем банкете?
Он помнил, как из страха избегал Мэнси. Даже когда родители пытались заставить его снова появиться перед ней, чтобы закрепить успех, он вежливо отказывался. О каком знакомстве с Гуань Юаньюань могла идти речь? Почему она вдруг её упомянула?
— Знаю, — бросила Гуань Юаньюань. — Мы живем в одной комнате. Это она подсыпала мне лекарство, поэтому со мной такое случилось.
Раз лекарство выпила она, значит, подсыпала не она, а Чэнь Мэнси.
Цинь Цзыцзин не ответил. Верить ей или нет — решать не приходилось. Он несколько раз заносил вещи в общежитие Гуань Юаньюань и знал, что одна кровать там всегда пустовала. Соседки говорили, что после дня зачисления её никто не видел. Велика была вероятность, что та девушка и была Мэнси. Но чтобы Мэнси подсыпала что-то Гуань Юаньюань? Это казалось невозможным.
В детстве родители постоянно твердили, что он будет с Мэнси. Говорили, что если они объединятся, вся Семья Чэнь перейдет к нему. А Семья Чэнь была богаче и влиятельнее Семьи Цинь. Обладай он ими — он получит всё, что пожелает.
Именно с этим расчетом и родительскими надеждами он начал сближаться с Мэнси. Но реальность быстро показала: Мэнси не похожа на других девушек. По крайней мере, она была не из тех, с кем можно играть.
Зачем благовоспитанной, умной и красивой наследнице подсыпать что-то бедной студентке вроде Гуань Юаньюань? Что ей с этого?
Впрочем, Цинь Цзыцзин лишь для вида утешил Гуань Юаньюань, пообещав отомстить. В конце концов, после случившегося он чувствовал некую связь с ней, да и она ему в чем-то даже нравилась. Терпение не стоило ему больших усилий, а до реальных действий было еще далеко — он и сам всё еще опасался Мэнси.
Это ожидание затянулось до самой помолвки Мэнси и Чи Цзина. Глядя на сияющую от счастья Мэнси и стоящего рядом мужчину, который выглядел куда достойнее самого Цинь Цзыцзина, Гуань Юаньюань яростно стиснула зубы. Почему Мэнси — и в плане семьи, и в плане внешности, и в плане мужчин — во всем лучше неё? Так не должно быть. Мэнси должна была преклоняться перед ней, быть ниже её ног!
«Если Мэнси будет уничтожена, разве он захочет на ней жениться? Станет ли она ничтожеством?» — погрузившись в свои фантазии, Гуань Юаньюань не заметила, как её лицо исказилось в жуткой гримасе.
Ей больше не хотелось ждать. Мстить силами Цинь Цзыцзина было слишком медленно. Она хотела поскорее увидеть крах Мэнси. Уйдя, она тут же взяла сто тысяч юаней, которые дал ей Цинь Цзыцзин, и нашла банду хулиганов, чтобы натравить их на Мэнси.
Однако деньги ушли, а вскоре хулиганы вернулись. Они устроили всё то, что Гуань Юаньюань планировала сделать с Мэнси, но на ней самой. Она заперлась в общежитии, изрыгая проклятия в адрес Чэнь Мэнси.
Спустя несколько дней, когда Гуань Юаньюань решила, что пришла в себя, и отправилась к Цинь Цзыцзину, она узнала, что Семья Цинь разорена, а его родители оказались за решеткой. Но самым страшным стало другое: вернувшись в университет, она получила уведомление об отчислении. Видео её встреч с теми хулиганами уже гуляло по сети.
Еще на помолвке Мэнси почувствовала злой умысел Гуань Юаньюань. С любопытством наблюдая за тем, что та задумала, она просто вернула ей это же сторицей.
Что касается Цинь Цзыцзина, то его ореол величия в глазах Мэнси заметно поблек. Родители Цинь при каждом удобном случае пытались навязать ей сына. «Помню, в прошлой жизни он был должен оригинальной хозяйке тела жизнью. Может, отомстить?» — подумала она. В любом случае, время смерти той девушки давно прошло, а ей было скучно.
Поэтому Мэнси поручила брату и Чи Цзину разобраться с Семьей Цинь. Если в прошлой жизни даже главный герой не смог одолеть Чи Цзина, то и в этой шансов у него нет. К тому же, месть Семье Чэнь лучше доверить самим Чэнь. Свои долги нужно отдавать самому. А она лишь тайно переслала полиции доказательства преступлений родителей Цинь и забыла об этом.
Оставшись без забот о главных героях, Мэнси жила в свое удовольствие. Иногда она проводила операции в больнице, иногда заносила обед Чи Цзину в компанию — чтобы укрепить отношения и заодно напомнить остальным, кому принадлежит этот человек. В остальное время она была свободна.
Вскоре наступил день двадцатилетия Мэнси. Чи Цзин с самого утра повел её в ЗАГС. Когда свидетельство о браке было у них в руках, холодное и высокомерное лицо Чи Цзина превратилось в маску глупого, безрассудно счастливого человека.
— Посмотри на себя, — поддразнила его Мэнси. — Если твои сотрудники это увидят, они же с ума сойдут от страха.
Чи Цзин мгновенно взял себя в руки:
— Любимая, я такой только перед тобой.
— Свидетельство я заберу себе, — бросила она.
Чи Цзин тут же выхватил у неё красный документ и убрал его вместе со своим.
Их свадьба была грандиозной. Сотрудники Корпорации Чи, наблюдая за торжеством через видеосвязь, застыли в шоке. Неужели это их ледяной, пугающий президент? Почему он улыбается так, будто потерял всякое достоинство? Неужели он вообще умеет улыбаться?
В ту ночь, приняв ванну и надев шелковое ночное платье, Мэнси чувствовала легкое волнение и предвкушение. На прошлой неделе они расписались, но еще не жили вместе. Сегодня всё изменится.
— О чем ты думаешь? — Чи Цзин медленно приблизился к ней. — Сегодня наша брачная ночь. Разве ты не должна думать только обо мне?
— Ммм... больно...
— Потерпи, сейчас пройдет, маленькая моя.
На следующее утро Мэнси проснулась и недовольно пару раз ударила Чи Цзина, но вскоре внимание её отвлек завтрак, которым он её потчевал. Она обмякла, прижавшись к нему.
После замужества жизнь Мэнси стала еще слаще. Чи Цзин баловал её, словно маленькую принцессу. Даже когда у них появились дети, его нежность к жене превосходила заботу о них.
Когда их дети выросли и окончили учебу, Чи Цзин, как и его отец, передал управление компанией им и отправился с Мэнси в кругосветное путешествие.
Только когда Чи Цзину исполнилось восемьдесят и ему стало тяжело ходить, они перестали постоянно путешествовать. Мэнси думала о том, чтобы дать ему что-нибудь из своего пространства, но лишь в мыслях.
Её пространство сформировалось благодаря двум насыщенным энергией Тайным царствам. Все вещи внутри были переполнены ци. Даже одна капля из Источника Лекарств или Духовного Источника была слишком сильна для смертного. Она боялась, что ни Чи Цзин, ни члены семей Чи или Чэнь не выдержат такой нагрузки, поэтому сама не решалась использовать даже крупицу этих сокровищ.
Десять лет спустя Чи Цзин, почувствовав приближение конца, заранее предупредил младших. Он держал Мэнси за руку, нежно вытирая ей ладонь, и говорил с тревогой в голосе:
— Больше не ешь мороженое втайне от меня, когда меня не будет рядом. Если совсем приспичит... просто лизни один раз... Я так не хочу тебя покидать.
— Я и не ела втайне, — усмехнулась она. Ей просто хотелось его подразнить. Каждый раз, когда она видела, что он идет к ней, она нарочно доставала из холодильника мороженое, делая вид, что собирается его съесть, и он тут же вбегал в комнату, чтобы ее остановить.
Мэнси улыбнулась:
— Ты не хочешь меня отпускать, и я тоже. Без тебя никто не будет так меня баловать. Лучше бы уж быть с тобой.
Чи Цзин нежно улыбнулся:
— Хорошо. Мы не расстанемся. В следующей жизни мы снова будем вместе.
Когда Чи Цзин испустил последний вздох, Мэнси покинула этот мир и вернулась в свое пространство.
Почувствовав движение накопленной заслуги, она ощутила, как трещина в её душе затянулась наполовину. Благодаря тому, что она время от времени помогала людям в больницах во время стихийных бедствий, у неё накопилось немного благодати. Если бы она осталась работать врачом на постоянной основе, заслуг было бы куда больше.
Впрочем, Мэнси это не заботило. Заслуги были полезны, но даже без них ей ничего не грозило.
Дворцы в её пространстве уже были полностью разблокированы. Она прогулялась среди них, продолжая восстанавливать душу и переосмысляя свои чувства к Чи Дзину.
Затем она подошла к световому шару и коснулась его. Но прежде чем она успела войти в новый Малый мир, неведомая сила резко потянула её за собой. Сопротивляться было бесполезно, и ей пришлось довериться этому влечению.
http://tl.rulate.ru/book/184713/18062797
Сказал спасибо 1 читатель