Готовый перевод One Word Controls Destiny: Fortune-Teller Breaks the World / Одно слово решает всё: гадатель против мира: Глава 2

Ли Цзи провел кончиком пальца по грубому краю пергамента — словно коснулся рук деда, вечно испачканных чернилами.

На дне сундука скопился тонкий слой пыли, перемешанный с рисовой шелухой, принесенной с прошлогодней жатвы. Словно в отместку, он придавил книгу тяжелым синим камнем, которым обычно придавливали соленья, и накрыл сверху несколькими старыми вещами. Он надеялся, что так сможет навечно запереть в темноте эти труднопроизносимые фразы и дедово ворчание.

За окном неистово стрекотали цикады. Полуденное солнце выбелило глиняный пол во дворе. Издалека доносились крики детей, играющих в догонялки; среди них промелькнуло ехидное «мелкий шарлатан» — от этих слов затылок неприятно стянуло.

Он плотнее прижался к печи, упершись затылком в холодную глиняную стену и пытаясь унять знакомую пульсирующую боль в висках.

Но в этот раз боль была иной. Раньше она была острой, пронзительной, будто кто-то втыкал шило в сочленения костей. Сегодня же в голове словно легонько коснулась тонкая игла, вытягивая слова, которые дед утром, сидя на пороге, заставлял его учить:

— «Скрытый дракон не действует». Это не значит, что нужно прятаться. Это значит, нужно спрятать свою ци.

Он резко сел, и заноза от края печи больно кольнула ладонь. Ведь каждый раз, когда дед заставлял его зубрить, он нарочно смотрел по сторонам и не слушал ни слова. Почему же теперь эти фразы будто пустили корни и впились прямо в мозг?

Пока он сидел в оцепенении, у ворот раздался громогласный голос соседской тетушки Ван:

— Полубог! Полубог дома?

— Мой Дахуан потерялся, скажи, куда он делся!

Ли Цзи поспешно прильнул к щели в окне. Дед, сидевший под сосной и куривший трубку, услышал крик, неспешно поднялся и высыпал на синюю ткань три отполированных до блеска медных монеты.

— Давно пропал? — дед прищурился, изучая узоры на монетах, и слегка постучал пальцами по ткани.

— Утром еще был дома, а в обед, когда кормить пришла — и след простыл! — Тетушка Ван в отчаянии заприхлопала себя по бедрам. — Собака ведь умная, мой Сяобао без него и шагу ступить не может...

Дед щелкнул трубкой:

— Нашел! Идите на юго-восток, ищите там, где растет сосна. Обязательно найдете. И запомни: как увидите дерево, сразу зовите его по имени, не кружите просто так.

Тетушка Ван ушла, то ли веря ему, то ли сомневаясь, а Ли Цзи за окном нахмурился. Где на юго-востоке деревни сосны? Там только пустырь на краю деревни, да несколько кривых ив.

Он только успел об этом подумать, как дед повернулся, чтобы войти в дом. Его взгляд, казалось, прошил бумагу на окне и настиг мальчика.

Ли Цзи испуганно отпрянул, сердце забилось в груди, как пойманная птица.

Дверь со скрипом приоткрылась. Дед постучал трубкой о дверной косяк, и пепел серым дождем посыпался на пол.

— Слышал? — голос деда пах табачным дымом. — Думаешь, я опять пальцем в небо тычу?

Мальчик уткнулся лицом в колени, не проронив ни звука.

— У Сяобао позавчера лапу подвернуло, — неспешно начал дед. — Дахуан два дня у его кровати сидел, глаз не смыкал. Сегодня Сяобао уже на ноги встал, вот пес и побежал к тем ребятам, с которыми тот обычно играет. За стеной того дома на юго-востоке — как раз место, где эти дети собираются. В прошлом году, когда я переносил могилы для той семьи, я посадил там саженец сосны. Сейчас он уже выше человека.

Ли Цзи замер. Дед никогда не рассказывал ему о таких вещах. Откуда же он знал всё так точно?

— Как бы хорошо ты ни прятал книги, то, что должно запомниться, никуда не денется, — дед сделал пару шагов в комнату и достал из-за пазухи кусок солодовой карамели, положив его на маленький столик у печи. — Голова болит? Съешь конфету, полегчает.

Мальчик сжал карамель, сминая бумажку в кулаке. Стрекот цикад за окном стал тише. Издалека донесся голос тетушки Ван, смешанный с собачьим лаем — похоже, нашла.

Деревянный сундук под печью будто стал тяжелее, а синий камень, лежащий сверху, словно передал сквозь доски едва уловимое тепло.

Ли Цзи долго колебался, но все же наклонился, отодвинул камень и вытащил из-под старых вещей «Стратегию Неба и Земли».

Пергамент немного деформировался под прессом. Он осторожно перелистнул первую страницу. Чернила на иероглифах «Небо есть Цянь» уже побледнели, но на свету проступил рельеф, будто кто-то бесконечно поглаживал их кончиками пальцев.

Он провел пальцем по буквам и вдруг вспомнил, как дед сидел по ночам при свете лампы, перелистывая эту книгу и что-то бормоча под нос. Угольки в трубке то вспыхивали, то гасли, делая морщины на его лице то глубже, то светлее. Тогда он думал, что старик просто бредит, но сейчас внезапно почувствовал: в этих фразах, которые он так презирал, скрыто нечто, чего он пока не в силах понять.

Солодовая карамель медленно таяла во рту. Когда сладость разлилась по языку, боль в висках действительно отступила. Ли Цзи сидел на краю печи, прижимая книгу к себе, и впервые не нашел эти фразы про «Юань-хэн-ли-чжэнь» такими нелепыми.

http://tl.rulate.ru/book/184683/18021978