Готовый перевод Journey to the West: Inheritor of Pangu’s Legacy / На дне первобытного океана — наследие создателя мира: Глава 37

Океан Хунхуан, Область Дао, Дворец Тайцин.

После ухода Нефритового Императора Цинь Хуа погрузился в затворничество. Сейчас он уже слился с Великим Путем Воды, а следующим станет Великий Путь Металла.

Внезапно Цинь Хуа смутно почувствовал снаружи какой-то звук.

Явился Шестоухий макака.

— Учитель, я пришёл! — крикнул Шестоухий макака, в голосе звучало волнение.

Цинь Хуа нахмурился. Зачем явился этот тип? Он инстинктивно сопротивлялся, боясь привлечь внимание Двух Святых Запада. Ведь этот Шестоухий макака — тот, кто втянут в Великую Скорбь Западного Путешествия!

«Ладно, в конце концов он мой ученик. Даже если Святой захочет войти, его cultivation будет подавлен. Под защитой моего Даоского места моя сила уже незримо превзошла пик Полусвятого. Если Святой и войдёт — то лишь крупицей сознания».

Цинь Хуа пришёл в главный зал и сразу переместил Шестоухого макаку внутрь.

Шестоухий макака, оказавшись на полу, задрожал всем телом от страха. Его божественное чутьё уловило присутствие Цинь Хуа, и он поспешно опустился на колени, отвесив поклон.

— Приветствую учителя! — взволнованно произнёс Шестоухий макака.

— В чём дело? — равнодушно спросил Цинь Хуа. С этим обезьяном нельзя обращаться слишком мягко.

— Учитель, я обнаружил потомка клана Демонов, последнюю Золотую Ворону, запечатанную в одной из горных долин. Через неё мы сможем взять под контроль клан Демонов! — Шестоухий макака был крайне возбуждён.

Цинь Хуа взглянул на восторженного Шестоухого макаку и раздражённо сказал:

— Какой толк контролировать Клан Демонов?

— Десять тысяч демонов придут на поклон — и никто в Хунхуане не посмеет нас обидеть! — с огромным волнением ответил Шестоухий макака.

— А дальше? — переспросил Цинь Хуа.

— А дальше… Дальше ничего… — смутился Шестоухий макака. На самом деле у него были и другие мысли, но он стеснялся их высказать.

Цинь Хуа только руками развёл на эту обезьяну. «Не ошибка ли была взять его в ученики?» — и тут же прикрикнул:

— Ты хочешь стать Дицзюнем? Или Дунхуаном Тайи? Ты глуп? Удача Клана Демонов уже иссякла. Сейчас главные в мире — люди. Если ты поднимешь Клан Демонов, загородив путь человечеству, твоим врагом станут не люди.

Шестоухий макака покраснел и спросил:

— А кто же?

— Святой! — рявкнул Цинь Хуа. Услышав это, Шестоухий макака побледнел, его затрясло.

Он чуть не расплакался от страха.

Святой!

Хунцзюнь до сих пор был его психологической травмой.

— Но… — Шестоухий макака заколебался.

— Но что! Откажись от этой мысли немедленно! — сразу сказал Цинь Хуа.

— Но… я привёл ту маленькую Золотую Ворону с собой… — Шестоухий макака виновато посмотрел на Цинь Хуа, принимая позу, готовую к бегству. Он знал, что натворил бед, и растерялся.

— Ах ты негодный ученик… Негодный! — Цинь Хуа смотрел на обезьяну, которая вечно впутывается в неприятности, и дрожал от гнева, занося руку, чтобы ударить Шестоухого макаку.

Шестоухий макака в страхе отскочил и спрятался за большую каменную глыбу, дрожа.

— Учитель… я виноват… — испуганно проговорил Шестоухий макака.

Он тоже осознал серьёзность положения. Если разозлить Святого — это верная смерть. Внезапно он вспомнил, что слышал когда-то мнение: падение Племён Ведьм и Демонов было подстроено Святыми, потому что большинство Святых обрели Дао, опираясь на человечество, а Племена Ведьм и Демонов загораживали людям путь.

Теперь, поразмыслив, он понял, что это вполне возможно — раз уж даже его учитель так говорит. Одновременно он осознал, почему учитель всё ещё остаётся в затворничестве.

Великая Скорбь мира ещё не закончилась.

Следующим будет человечество!

— Учитель, что мне делать? — осторожно спросил Шестоухий макака.

Он повернул правую руку — пучок золотого света упал на землю и превратился в огромное Золотое Ядро. Скорлупа была покрыта узорами пламени, и внутри смутно угадывался огромный птенец, извивающийся в яйце.

Цинь Хуа посмотрел на это гигантское яйцо и замолчал.

Кто запечатал его?

Святой!

Среди Святых лишь один мог помочь Клану Демонов — Нюйва. Если он сможет помочь этому сыну Императора Демонов, не обретёт ли он расположение Святой?

Сейчас его Разделение Божественного Зародыша, Ао Цин, как раз был учеником Нюйвы, и она весьма поддерживала его в создании небольшой силы внутри Клана Демонов, правда, сфера влияния была невелика и не затрагивала интересы других Святых.

Если он поможет сыну Императора Демонов, Цинь Хуа сможет быстрее выстроить свои планы. В будущей Скорби Запечатывания Божеств иметь ещё одного Полусвятого было бы неплохо — ведь Полусвятой в Хунхуане — очень важное существо.

«Похоже, всё же стоит помочь сыну Императора Демонов. Сейчас я могу взять его в ученики, а когда он окрепнет, в будущем он сможет помочь мне».

К тому же заслужить расположение Святой — не плохо. Опасаться стоило бы только её ненависти. Приняв решение, Цинь Хуа взмахнул рукой и с помощью магической силы помог маленькой Золотой Вороне снять печать.

Треск —

Скорлупа разбилась, вырвался жгучий жар. Шестоухий макака в испуге спрятался за спину Цинь Хуа. Он чувствовал, что маленькая Золотая Ворона слишком сильна, сам он не сможет её сдержать, поэтому и пришёл к учителю.

— Учитель, что вы собираетесь делать? — спросил Шестоухий макака.

— Удача Клана Демонов иссякла, Дицзюнь уже заплатил цену. Нет нужды истреблять всех до единого. Я хочу взять его в ученики, дать ему шанс на жизнь, — бесстрастно ответил Цинь Хуа.

Шестоухий макака опешил.

Что?

Взять в ученики?

Он забеспокоился:

— Учитель, вы разве не боитесь хлопот?

Цинь Хуа с праведным видом произнёс:

— Хотя я боюсь смерти, но если могу, не рискуя жизнью, дать другому шанс на спасение — почему бы и нет?

— Когда он научится мастерству, я отпущу его в море.

Шестоухий макака восхитился.

Если бы не такое милосердие и чувство справедливости, он сам бы тогда не стал учеником Учителя.

Возможно, до сих пор ему не удалось бы узнать путь cultivation. Вскоре маленькая Золотая Ворона вылупилась из скорлупы. Он упал на землю, быстро превратился в человеческий облик. После трансформации этот тип оказался довольно красивым. Его сила уже достигла пика Бессмертного Тайцзи Сяня; приложив немного усилий, прорваться к Бессмертному Золотому Сяню не составит труда. В будущем, с помощью учителя, он сможет достичь Бессмертного Тайцзи Золотого Сяня и даже Бессмертного Дало.

Цинь Хуа улыбнулся и сказал:

— С сегодняшнего дня ты мой ученик.

Маленькая Золотая Ворона поднял голову, глядя на него с изумлением.

— Кем ты был раньше — неважно. Потом смени имя, будешь зваться… — Цинь Хуа задумался, вспомнив Летающий нож, режущий бессмертных, и на его лице появилась странная улыбка: — Ты будешь зваться Лу Я!

Легенды говорят, что Даос Лу Я и есть маленькая Золотая Ворона — правда ли это, неизвестно.

Лу Я выслушал, но всё ещё молчал.

Через некоторое время.

Он начал кланяться Цинь Хуа и произнёс:

— Ученик Лу Я приветствует учителя.

У него не было выбора. Клан Демонов погиб, во всём Хунхуане для него не осталось места.

— Говорю тебе, наш учитель существует ещё со времён Начальной Скорби Лунханя, его поколение старше, чем у твоего отца. Тебе крупно повезло! — фыркнул Шестоухий макака.

Лу Я поднял голову, с удивлением взглянул на Цинь Хуа и с любопытством спросил:

— Осмелюсь спросить, каково имя учителя?

— Цинь Хуа. Я появился ещё в Начальной Скорби Лунханя, пережил её, а затем и Скорбь Племён Ведьм и Демонов. Ныне моя сила достигла пика Полусвятого. Пока вы не заденете Святых, я постараюсь вас защитить.

Глаза Лу Я расширились, дыхание участилось. Как потомок Императора Демонов, он знал немало древних тайн. Тот, кто смог выжить во времена Начальной Скорби Лунханя, определённо обладал огромной силой. Услышав, что Цинь Хуа уже на пике Полусвятого, он проникся к нему ещё большим уважением.

Затем Цинь Хуа начал обучать его священным навыкам. Будучи сыном Дицзюня, Лу Я уже владел методами cultivation, ему не хватало лишь устрашающих боевых техник.

Цинь Хуа передал ему Ладонь Собирания Духов Хунхуана, Технику Пространства, Массив Пленения, Решение Девяти Небес, Свет Уничтожения Пяти Стихий.

Шестоухий макака тоже принялся изучать печати.

Цинь Хуа, объясняя, размышлял про себя: «Шестоухий макака уже так силён — что тогда Сунь Укун сможет ему противопоставить?»

Ладно!

Не хочу думать!

Цинь Хуа сосредоточился на обучении священным навыкам. Талант Лу Я был чрезвычайно силён — даже сильнее, чем у Шестоухого макаки. За десять лет он быстро освоил все навыки.

Цинь Хуа также передал ему Семьдесят два превращения Земной Злобы и Техники Побега Пяти Стихий.

Затем он повёл их к Пруду Святого Духа — там они могли ускорить cultivation. Это было благодатное место для тех, кто ниже Бессмертного Дало, место для тренировок.

— Этот пруд я создал, собирая по всему миру небесные сокровища. Вы можете cultivировать здесь сто лет. Через сто лет вы сможете выйти из затворничества.

Цинь Хуа взмахнул рукой — несколько тысяч Бессмертных плодов Дало соединились вместе, он раздавил их, превращая чистую энергию в очищенную духовную силу.

— Благодарим учителя.

Шестоухий макака и Лу Я улыбнулись и сразу же погрузились в cultivation внутри.

Шестоухий макака уже находился на средней стадии Бессмертного Тайцзи Золотого Сяня. Сто лет cultivation внутри как раз позволят прорваться на позднюю стадию.

У Лу Я было примерно то же самое. С такими ресурсами он мог без проблем достичь пика Бессмертного Золотого Сяня. Все эти годы его cultivation подавлялось, теперь же оно наконец высвободилось, и скорость cultivation росла день ото дня.

……

Сто лет спустя.

Цинь Хуа вышвырнул их наружу.

— Вы двое отправляйтесь странствовать по отдельности. Пока не достигнете Бессмертного Дало, не смейте возвращаться ко мне.

Цинь Хуа переместил их в главный зал Дворца Тайцин, дал несколько наставлений и тут же выдворил.

Услышав это, Шестоухий макака и Лу Я переглянулись. В глазах каждого зажглась жажда соревнования. За сто лет Лу Я, высвободив свою силу, перешагнул сразу через одну большую ступень и достиг уровня Бессмертного Тайцзи Золотого Сяня.

А Шестоухий макака уже прорвался к пику Бессмертного Тайцзи Золотого Сяня. Они собирались посоревноваться, кто первым достигнет Бессмертного Дало!

Хотя Лу Я сейчас был лишь на начальной стадии Бессмертного Тайцзи Золотого Сяня, он ничего не боялся. За годы заточения в его теле скопилось огромное количество духовной силы; если её всю впитать, он будет немногим слабее Шестоухого макаки.

……

http://tl.rulate.ru/book/184635/18840705