Готовый перевод Journey to the West: Inheritor of Pangu’s Legacy / На дне первобытного океана — наследие создателя мира: Глава 4

— Рост силы всегда сопряжен с риском и болью. Культивация — это всегда преодоление собственных пределов, борьба с собой и борьба с Небом…

— Чтобы стать по-настоящему могущественным, недостаточно лишь наращивать магическую силу или осваивать новые божественные способности. Тело тоже должно стать сильнее.

Цинь Хуа шел вдоль берега озера, растянувшегося на сотни ли. Кроме деревьев с бессмертными плодами, здесь не было ничего, кроме этой воды.

Озеро в несколько сотен ли — это немало!

Один ли равен пятистам метрам, так что сто ли — это пятьдесят километров. Для практика стадии Трансформации Духа такое озеро в пятьдесят тысяч километров не казалось чем-то огромным, вполне подходило для бега. В масштабах Сада Бессмертных Плодов это озеро было лишь малой каплей в море. Если бы на это доменное пространство можно было взглянуть с небес, сравнив его с Садом, озеро и вовсе осталось бы незаметным.

Для закалки плоти требовалось множество духовных трав и материалов, чтобы непрерывно очищать тело.

Сейчас у Цинь Хуа было в избытке духовных плодов, что решало множество проблем.

……

Три месяца спустя.

На небольшом склоне в самой высокой части Сада Бессмертных Плодов Цинь Хуа создал духовный источник. Этот источник представлял собой скопление сока бесчисленных духовных плодов, в котором была сосредоточена их чистейшая эссенция.

Цинь Хуа вошел в него обнаженным.

Как только духовная энергия окутала его тело, он активировал меридианы и скрытые в плоти вихри, втягивая энергию внутрь.

— С-с-с…

Под натиском этой ужасающей мощи каждая клеточка тела отзывалась болью, пронзающей разум. Тело мгновенно онемело, а от такой муки Цинь Хуа едва не впал в оцепенение.

Но помимо физической боли, испытание ждало и его ментальную силу.

В следующий миг Цинь Хуа почувствовал, как его почти осязаемое духовное тело начало трескаться, дюйм за дюймом.

В момент, когда плоть буквально разрывалась, нахлынула невыразимая словами боль, заставившая его невольно зарычать.

Время шло по каплям.

Спустя три года он наконец поглотил большую часть эссенции из источника.

Когда духовный источник начал медленно уменьшаться, он продолжал вращаться с постоянной скоростью, словно во вселенной не существовало ничего, способного помешать этому, казалось бы, неспешному движению.

Закончив с поглощением энергии телом, он отправился в темное пространство, чтобы практиковать свои божественные техники. После каждого завершенного цикла он чувствовал необычайную легкость.

Вернувшись к озеру, Цинь Хуа смыл с себя остатки эссенции и продолжил собирать плоды. Ему нужно было закалить плоть до еще более высокого уровня.

Ступени закалки тела делились на: Смертную плоть, Закалку Ци, Смену сухожилий, Закалку костей, Очищение костного мозга, Золотое тело, Божественную силу и Божественную отвагу. После прорыва через Божественную отвагу его физическая мощь могла сравниться с истинным бессмертным.

Те, кто достигал Золотого тела через закалку, переступали порог Небесного бессмертного. Золотое тело было критически важным для практиков, так как служило фундаментом для мышц, сухожилий и скелета.

Смертная плоть, Закалка Ци, Смена сухожилий, Закалка костей и Очищение костного мозга — всё это было фундаментом, подготавливающим к стадии Слияния с Телом. После своей первой закалки он достиг трех уровней: Смены сухожилий, Закалки костей и Очищения костного мозга.

Следующим шагом была закалка Золотого тела.

У Золотого тела было множество уровней, и после прорыва через стадии Сюаньсянь и Цзиньсянь оно претерпевало новые изменения.

Золотое тело означало способность к возрождению и вечную неуязвимость.

Собрав эссенцию, он снова погрузился в духовный источник.

Пережив этот так называемый нестерпимый ужас, он не пал духом. Напротив, он стиснул зубы, сохраняя ясность рассудка и изо всех сил стараясь не дать волне боли захлестнуть его.

……

Пятьдесят лет спустя.

Великая битва Первозданного Хаоса всё еще продолжалась.

Он прошел через бесчисленные циклы закалки. Духовная энергия непрерывно ударяла по его плоти, делая ее всё крепче. Под воздействием этой энергии Золотое тело медленно, подобно семени, начало обретать форму. Говорить о полноценном Золотом теле было еще рано.

Но семя уже сформировалось. Если он выдержит, дальше проблем не возникнет.

Двести лет спустя.

— Хрусть… хрусть…

Неизвестно, сколько еще прошло времени, но в ходе этого долгого и упорного пути трещины на его теле становились всё многочисленнее. Внезапно его плоть содрогнулась и в одно мгновение разлетелась на бесчисленные светящиеся частицы крови и плоти…

Его Золотое тело не сформировалось полностью, но успело создать защитный слой, а кости слегка отливали золотом.

В тот самый миг, когда тело Цинь Хуа разлетелось на части, из слабой золотой оболочки вырвался мягкий белый свет. Духовная энергия хлынула наружу, а затем вновь окутала разлетающиеся частицы.

Крошечная искра сознания Цинь Хуа дрейфовала среди этих духовных искр. Он чувствовал, что белый свет, исходящий из Хрустального жернова, был наполнен странной, необычайной энергией.

Под напором этой силы разлетающиеся частицы энергии внезапно устремились обратно, стягиваясь к его едва заметным костям.

— Пш-ш! Пш-ш!

С каждой новой порцией духовных искр Цинь Хуа обнаружил, что его только что разрушенное Золотое тело восстанавливается и уплотняется в мгновение ока.

Эта сцена, разыгравшаяся за краткий миг, вызвала в его темных, блестящих глазах искру радости. Но не успел он обрадоваться, как прежняя, сводящая с ума боль вновь накрыла его с головой.

«Похоже, чтобы сформировать полноценное Золотое тело, недостаточно просто достичь стадии Земного бессмертного».

Глядя на непрекращающиеся удары духовной энергии, Цинь Хуа в приступах боли мог лишь использовать скрытые меридианы своего тела, чтобы поглощать всю поступающую силу.

«Сначала нужно достичь нужного уровня культивации».

Цинь Хуа безнадежно вздохнул. Сейчас было не время для завершения Золотого тела. Дождавшись прорыва на стадию Слияния с Телом, он сможет использовать момент единения духа и плоти, чтобы влить в Золотое тело колоссальный объем энергии. Тогда, после достижения стадии Великой Погибели, его тело по прочности сравняется с телом Земного бессмертного.

……

В озере.

Смыв с себя грязь, Цинь Хуа просто плавал в воде.

Война Первозданного Хаоса еще не закончилась. Со стороны Моря Первозданного Хаоса до него доносились глухие отзвуки бесчисленных взрывов духовной энергии — должно быть, это были отголоски сражений Драконов, Фениксов и Килинов.

Даос Лохоу и Даос Хунцзюнь всё еще находились в закрытой культивации. Когда война окончательно утихнет, наступит время их выхода в мир.

В эпоху великого бедствия У и Яо на сцену вышли Святые. Даос Лохоу и Даос Хунцзюнь вступили в прямой бой, который закончился смертью Лохоу от рук Хунцзюня. Благодаря заслугам за убийство Лохоу, Хунцзюнь обрел статус истинного Святого.

В эпоху бедствия свирепых зверей сами эти существа по своей природе были врагами первозданного мира. Поэтому истребление множества зверей приносило предвечным богам и демонам заслуги.

Разрушения, нанесенные ими миру, были ограничены, но северо-западные регионы пострадали сильнее всего именно из-за яростной ауры самих зверей.

Великое бедствие Первозданного Хаоса было спровоцировано самой природой мира, но само мироздание не желало видеть таких разрушений.

Плотность кармических узлов зависела от силы Драконов, Фениксов и Килинов. То же самое произошло позже в эпоху У и Яо, и в случае со списком Божественного назначения. Чем сильнее становятся существа, тем чаще Небесное Дао развязывает великие бедствия!

Источник кармы явно крылся в разрушениях, которые война трех рас наносила миру.

Больше всего вреда трем расам причинили те, кто выбирал самоподрыв, чтобы утянуть за собой остальных. Даос Лохоу определенно причастен к этому — это было видно по невероятно плотной кармической ауре, исходившей от него.

Как один из лидеров трех рас, обладающий тяжелейшей кармой, он несомненно был участником процесса. Был ли он его зачинщиком — неизвестно.

По крайней мере, будучи величайшим мастером управления ментальными силами — эмоциями и желаниями, — он вполне мог повлиять на решения трех полусвятых, решившихся на самопожертвование.

А кармический груз на таких великих мастерах, как Даос Хунцзюнь и Даос Цянькунь, вероятно, стал следствием их скрытых манипуляций в ходе развития трех рас.

……

http://tl.rulate.ru/book/184635/18254103