Готовый перевод Mortal’s Alchemy Cauldron: From Trash to Immortal Master / Алхимический котёл: от мусорщика до бессмертного: Глава 47

Время мчится стремительно — белый жеребец проносится в щель меж створок ворот. Минуло уже полмесяца.

В пещерной обители на Пике Цуйвэй духовная энергия клубилась, словно туман.

Сюй Цинцы сидел на яшмовой подушке в центре медитационного зала. Веки его были слегка прикрыты, ци в теле бурлила, подобно водам великой реки, циркулируя по таинственным траекториям Великого круга. Он медленно переплавлял чистейшую силу одной Высшей Пилюли Росы Юань. Мягкая, но могучая лекарственная сила впитывалась в каждую кость, каждую конечность, чтобы в итоге собраться в даньтяне, шаг за шагом толкая его совершенствование вперёд. Это ощутимое усилие наполняло его разум, почти стирая грань между «я» и миром.

Однако эта редкая тишина длилась недолго.

Внезапно защитная формация на границе обители мягко дрогнула — её кто-то коснулся. Ритмичная, чёткая пульсация духовной силы проникла в зал, словно камешек, упавший в гладь озера, разбив его глубокое медитативное состояние.

Сюй Цинцы едва заметно нахмурился. Медленно сворачивая циркуляцию, он поймал в глазах тень неудовольствия, но тут же привычно спрятал её под маской спокойствия. Он поднялся во весь рост, поправил и без того безупречное одеяние и твёрдым шагом вышел из зала, направляясь к вратам обители.

Подняв руку, он отправил в воздух Магическую формулу. Рунная вязь на створах из зелёной яшмы заструилась, и двери бесшумно разошлись в стороны.

На пороге стоял молодой культиватор во внутреннем одеянии — Халате текучих облаков цвета индиго. Лицо незнакомое. На вид ему было лет двадцать семь-восемь, черты вполне правильные. Но в глазах сквозила тонкая, почти неуловимая хитрость, подбородок был слегка вздёрнут, выдавая затаённую гордость. Колебания его духовной силы указывали на девятый слой Стадии очищения ци.

Увидев Сюй Цинцы, молодой культиватор мгновенно надел на лицо подобающе радушную улыбку, сложил руки в приветственном жесте и заговорил голосом звучным и громким:

— Вы, должно быть, и есть тот самый Сюй Цинцы, новый ученик Внутренней секты? Прошу простить за столь внезапное вторжение, надеюсь, младший собрат не держит обиды.

Сюй Цинцы оставался невозмутим, как гладь воды. Он ответил на приветствие, и в его голосе не слышалось ни радости, ни гнева:

— Старший собрат слишком любезен. Осмелюсь спросить, как ваше почтенное имя и по какому делу вы пожаловали?

— Я — У Синьюй. Как и ты, младший собрат, я имею честь быть учеником Внутренней секты. Моя обитель находится по соседству, на Пике Юйчжу, — представился молодой культиватор, намеренно придавая голосу оттенок фамильярности. — Прослышал я, что у младшего собрата Сюя талант выдающийся и что, едва вступив во Внутреннюю секту, ты уже получил эту превосходную обитель на Пике Цуйвэй. Преисполненный восхищения, я решил нанести визит и познакомиться. Подумал, раз уж мы вместе совершенствуемся в секте, неплохо бы и поддерживать друг друга.

Сюй Цинцы быстро смекнул: «Визит и знакомство» — лишь предлог. Он посторонился, освобождая проход, и голос его оставался всё таким же сдержанно-холодным:

— Так это старший собрат У. Прошу входить, побеседуем.

Он провёл У Синьюя в передний зал обители, и они уселись на стулья из яшмы. Сюй Цинцы не спешил подавать чай. Он просто сидел в стороне, глядя на гостя спокойным взглядом и ожидая, когда тот перейдёт к сути.

Взгляд У Синьюя скользнул по внутреннему убранству, и, особенно ощутив концентрацию духовной энергии, намного превосходящую обычные обители внутренних учеников, в глубине его глаз мелькнула едва скрываемая зависть. Но он тут же спрятал её за улыбкой. Он сухо рассмеялся и обменялся с Сюй Цинцы несколькими ничего не значащими любезностями: «Ах, младший собрат, твоя обитель просто источает духовную энергию, как можно не завидовать!» и «Совершенствоваться в таком благодатном месте — значит вдвое больше пользы при вдвое меньших усилиях, до самого Великого Дао рукой подать!» — всё это были лишь дежурные фразы.

Внезапно он сменил тему. Улыбка на его лице слегка угасла, уступив место выражению, полному напускной откровенности. Он слегка подался вперёд, понизив голос:

— Младший собрат Сюй, ты только вошёл во Внутреннюю секту и, возможно, ещё не до конца разбираешься во всех здешних хитросплетениях. Наша Внутренняя секта только с виду тиха и спокойна. На деле же… хе-хе, — он многозначительно усмехнулся, — под водой течения о-очень глубоки. Если действовать в одиночку, то и в борьбе за ресурсы, и при распределении заданий секты — везде можно оказаться в проигрыше. Путь будет усеян терниями!

Говоря это, он внимательно следил за выражением лица Сюй Цинцы. Видя, что тот по-прежнему бесстрастен, а взгляд его спокоен, как у бездонного колодца, У Синьюй усилил нажим и продолжил:

— Скажу тебе по секрету, младший собрат: я совершенствуюсь во Внутренней секте много лет и кое-какие связи нажил. Обычно мы с несколькими братьями по духу держимся вместе, помогаем друг другу, делимся новостями и сообща решаем ненужные проблемы. Живём привольно и беззаботно. Я вижу, младший собрат Сюй — человек видный, фундамент у тебя прочный, будущее, несомненно, безгранично. Если будет на то твоя воля, присоединяйся к нам, будем друг друга поддерживать. Разве это не лучше, чем биться в одиночку, впустую растрачивая свой выдающийся талант и лучшие ресурсы этой обители? Что скажешь?

Сюй Цинцы всё понял: этот человек увидел в нём новичка, ещё не укоренившегося, и решил перетянуть в свою маленькую группу, чтобы усилить её. Однако у него не было ни малейшего интереса к подобным объединениям. Почти не колеблясь, он заговорил напрямую, голосом чётким и твёрдым:

— Благодарю старшего собрата У за доброту. Но я всегда был человеком свободных нравов, не терплю ограничений и привык совершенствоваться в тишине и одиночестве. Что до вступления в группу — увы, я вынужден отказаться. На этом и закончим.

Улыбка на лице У Синьюя мгновенно застыла. Он никак не ожидал, что Сюй Цинцы откажет так решительно и грубо, не оставив ни малейшего шанса на компромисс. Он с трудом подавил внезапно вспыхнувшее недовольство. Мышцы на его губах дёрнулись, и он снова выдавил из себя натянутую улыбку, всё ещё не желая сдаваться:

— Младший собрат Сюй, зачем же так отгораживаться от людей? Конкуренция во Внутренней секте куда жёстче, чем ты можешь себе представить. Больше друзей — больше дорог. Это лучше, чем наживать врагов и не знать, куда ступить! Наша группа не так уж слаба, а главой у нас старший собрат, достигший десятого слоя Стадии очищения ци. С его покровительством тебе, младший собрат, будет куда проще действовать в секте. К тому же мы регулярно устраиваем собрания для обмена опытом, вместе постигаем секреты совершенствования — это очень полезно для практики…

— Старший собрат У, — спокойно прервал его Сюй Цинцы, не дав договорить. Взгляд его был подобен глубинам древнего озера — ни единой ряби. — У каждого свой путь. Принуждение здесь бесполезно. Я принял решение. Старшему собрату не стоит тратить слова понапрасну.

После двух столь бесцеремонных отказов последняя фальшивая улыбка на лице У Синьюя наконец исчезла, уступив место мрачной туче. В глазах мелькнула едва сдерживаемая ярость. Он уставился на Сюй Цинцы, несколько мгновений молчал, грудь его вздымалась — он изо всех сил пытался не взорваться на месте.

Наконец он лишь громко фыркнул, резко вскочил на ноги, и голос его стал жёстким и ледяным:

— Хорошо! Раз уж у младшего собрата Сюя такие высокие устремления и взгляд столь избирателен, что наше скромное пристанище тебе не по нраву — то и ладно!

Он сделал паузу и, почти скрипя зубами, процедил слово за словом:

— Будем надеяться, что в будущем младший собрат… не пожалеет о сегодняшнем решении.

С этими словами, даже не удосужившись соблюсти элементарные прощальные формальности, он вскинул рукава, развернулся и, кипя от едва сдерживаемого гнева, широкими шагами направился к выходу из обители.

Едва покинув пределы защитной формации, У Синьюй перестал скрывать свою ярость. Он резко обернулся и с ненавистью уставился на плотно закрытые яшмовые створы, словно пытаясь прожечь их взглядом. Он выругался сквозь зубы:

— Тьфу! Ничтожество! Всего лишь выскочка, которому подфартило подняться, а корчит из себя шишку! Ему оказали честь, а он нос воротит, смеет меня так унижать! Неблагодарная тварь! Ну, погоди у меня!

Закончив, он, словно всё ещё не выплеснув до конца чёрную желчь, зло плюнул в сторону обители. Затем, призвав слегка беспокойный Свет побега, он, полный обиды и стыда, не оглядываясь, покинул Пик Цуйвэй. Его фигура быстро исчезла за горизонтом.

Внутри обители Сюй Цинцы по-прежнему сидел в переднем зале, словно не слыша доносившейся снаружи брани. Для него выходки этого скучного человека были не более чем пылью на пути совершенствования — стряхнул и забыл, не о чем беспокоиться. Выражение его лица не изменилось ни на йоту. Он поднялся, неторопливо вернулся в медитационный зал, снова сел, скрестив ноги, и вскоре вновь погрузился в таинственное состояние совершенствования.

http://tl.rulate.ru/book/184250/19780903