Готовый перевод Stone of Fate: From Mortal Emperor to Immortal Overlord / Камень судьбы: Император штурмует мир бессмертных: Глава 50

Глава 50: Смерть

Бой завершился. Окровавленный Цзан Шэн неподвижно лежал на Платформе Восхождения; половина его тела обуглилась, одна рука была раздроблена. Чжоу Хао тоже потерял сознание от чрезмерного истощения бессмертной силы — на его белоснежном даосском одеянии алел длинный кровавый след. Судя по всему, никто из них не мог подняться, но по тяжести ран Чжоу Хао пострадал куда меньше!

В тот миг, когда Чжоу Хао рухнул, к нему уже летела алая фигура; в её глазах блестели слёзы. Схватив тело Чжоу Хао, она унеслась прочь — и в этот миг никто не посмел её упрекнуть, ведь бой был окончен!

Вскоре двое учеников из Дворца Звериной Души унесли Цзан Шэна. Владыка Шестнадцати Дворцов объявил:

— Обе стороны не могут продолжать бой, поэтому поединок считается завершённым. По тяжести ранений победа присуждается Чжоу Хао!

Услышав такой вердикт, сторона Дворца Юньмяо разразилась ликованием, а над Дворцом Звериной Души нависли тучи — настроение было неважным.

Однако бой на арене ещё не закончился: Су Цин и Цзянь Фэн, Цайлинцзы и Синьнань продолжали сражаться. Поединок Чжоу Хао и Цзан Шэна оказался самым быстрым.

Свист-свист-свист!

Три стрелы взвились одновременно; наконечники сверкали холодным металлическим блеском. С пронзительным свистом они в мгновение ока устремились к Су Цин. Та легко оттолкнулась правой ногой, взмыла в воздух, и Серебряно-белый бессмертный меч в её руке описал дугу ослепительного серебряного света — с шипением перерубил три стрелы пополам.

Су Цин парила в воздухе, одновременно вытянув левую руку к Цзянь Фэну. Из её ладони хлынул пятицветный свет, и в следующий миг в небе появился отпечаток ладони размером с небольшую гору, придавивший Цзянь Фэна. Пять пальцев той ладони сияли разными цветами, словно изящная и нежная рука красавицы — несмотря на разницу оттенков, в ней была особая красота!

Однако эта прекрасная ладонь заставила Цзянь Фэна дрожать. Прежде он был холоден и безжалостен, в душе его не возникало ни малейшего волнения, но сейчас всё изменилось — он испугался!

Свист!

Лук натянулся до полной луны. Цзянь Фэн не собирался покорно ждать гибели; дрожащими руками он всё же пустил стрелу. Эта стрела была ужасна: пока он натягивал тетиву, энергия окружающих Бессмертных Земель вливалась в неё, и все ясно ощущали взрывную мощь, заключённую в том снаряде!

Пятицветная ладонь отбрасывала пёстрые переливы; тяжёлое давящее чувство мгновенно сковало Цзянь Фэна — он понял, что даже шагу ступить стало трудно, сила тяжести возрастала в геометрической прогрессии. Но даже это не могло помешать ему выпустить стрелу. Раздался свист ветра и грома, и стрела, оставляя за собой хвост из фиолетовых молний, устремилась к ладони в небе!

Бам!

Небо вскипело, во все стороны разлетелось сияние; божественные огни всех цветов взмывали ввысь и опадали, словно прекраснейший фейерверк. Оглушительный грохот заставил всех зажать уши. В одно мгновение все увидели, как пятицветная ладонь и стрела сопротивляются друг другу, но в конце концов ладонь стёрла стрелу в пыль!

— Ах!

Без всяких неожиданностей Цзянь Фэн оказался придавлен этой ладонью. Перед лицом такой атаки даже такой мастер, как он, не мог устоять!

В этот миг ученики-зрители разразились громкими возгласами:

— Великолепно! Вот это — моя богиня!

— Как мощно! Это… легендарная Рука Пяти Стихий? Козырная карта бессмертной Су Цин!

— Рука Пяти Стихий… говорят, что в полной силе она способна переплавить звёздное небо и одной ладонью подавить всех демонов! Если в будущем бессмертная Су Цин доведёт это искусство до совершенства, можно представить, что она непременно достигнет положения Бессмертного Владыки!

— Бессмертный чертог Юньмяо велик! Сначала этот Юй Ян с его необычайным талантом перешёл в царство Золотых Бессмертных в четыреста лет, а теперь Су Цин и Чжоу Хао поражают всех своим мастерством. Похоже, в будущем Бессмертный чертог Юньмяо непременно взрастит множество талантов и встанет на путь возвышения!

На арене Су Цин стояла молча, вся в белых одеждах, с изящной бессмертной осанкой — словно сошла с картины. Полной противоположностью ей был Цзянь Фэн: он распластался на земле, одежда на спине разорвалась, обнажив окровавленную спину!

— Бой окончен, побеждает Су Цин! — объявил один из Шестнадцати владык дворцов, наблюдавших за всем с облаков.

Под множеством почтительных взглядов Су Цин покинула центр Платформы Восхождения, легонько оттолкнулась и взмыла в воздух — в мгновение ока устремилась к стороне учеников Бессмертного чертога Юньмяо!

— Старейшина Юнь Фан, как там Чжоу Хао? Его раны не опасны? — Юй Нань стояла рядом с Чжоу Хао, не сводя глаз с Юнь Фана, который лечил его. Её глаза покраснели — видимо, она много плакала.

Хотя прежде Юй Нань глубоко ненавидела Юнь Фана, но после того, как она открыла Чжоу Хао свои чувства, тот постоянно наставлял её, а после их встречи с Посланниками Дворца Ночи она уже не питала к нему вражды!

— Он только что принял Пилюлю Фулин, а теперь я восстанавливаю его бессмертную силу. Через час он вернётся в пиковую форму, не беспокойся! — сказал Юнь Фан.

Услышав это, несколько учеников Юньмяо обрадовались, а Су Цин слегка перевела дух. В её глазах, подобных осенней воде, сейчас читалась глубокая забота.

Юй Нань же потёрла уголки глаз:

— Вот и хорошо… хорошо!

— Старшая сестра, ты так добра к Чжоу Хао, даже добрее, чем ко мне. Я уже немного завидую ему, — тут Сяо Шаньшань, моргая большими чёрными глазами, озорно заметила.

— Что ты, малышка, понимаешь? Разве не слышала, что, когда взрослые говорят, дети не должны вмешиваться? — наставительным тоном сказал Цао Шуан, обращаясь к Сяо Шаньшань.

— Хм! Ты… ты… — Сяо Шаньшань сразу расстроилась; её лицо то бледнело, то краснело. Она вытянула нежную белую ручку, указывая на Цао Шуана, и долго не могла вымолвить ни слова — вид у неё был презабавный!

— Что? Обиделась, что тебя назвали маленькой? Я бы сам хотел быть на пару десятков лет моложе! Молодость — это прекрасно: и красивая любовь, и безоглядная юность! — Цао Шуан скрестил руки, делая вид, что говорит глубокомысленно.

— Тьфу, ты, толстяк, называешь меня девчонкой? Сам ты девчонка! Вся твоя семья — девчонки! А ещё хочешь красивой любви? Безоглядной юности? Мечтай сколько влезет! — Сяо Шаньшань, всегда державшаяся рядом с Юй Нань, переняла часть её характера, и теперь, услышав такое, не могла не разозлиться!

— Ты, девчонка, просто… невменяема! Я, твой старший брат Цао, тебя воспитываю, а ты не понимаешь моей заботы! — Цао Шуан с видом непонимания вздохнул.

— Воспитываешь? По-моему, тебя самого надо проучить! — Сяо Шаньшань сжала кулачок.

— Ударить меня? Тебе? — Цао Шуан прямо рассмеялся.

— Смотришь свысока? Разве ты сам не проиграл в отборочном раунде на шестьдесят человек? Есть ли у тебя право смотреть на меня свысока? — презрительно бросила Сяо Шаньшань.

— Ладно, ладно, хотя в принципе я не бью женщин, но ты… всего лишь девчонка. Побить тебя — не нарушение принципов. К тому же это нельзя назвать битьём, а воспитанием! — Цао Шуан нашёл для себя благовидный предлог.

— Надеюсь, твоих приёмов будет больше, чем твоей болтовни! — сказала Сяо Шаньшань.

В следующий миг все увидели, как маленькая девочка и толстяк начали спарринг. Окружающие не могли их разнять и только позволяли этим двум проказникам дурачиться…

А тем временем на Платформе Восхождения.

Поединок Цайлинцзы и Синьнаня из Дворца Чисинь тоже подходил к концу. Их битва была не менее захватывающей!

Прежде всего стоит отметить, что Синьнань был выдающимся учеником старейшины Чи Юаня, и его боевая мощь входила в число лучших среди множества талантливых учеников Шестнадцати Бессмертных Дворцов.

— Искусство Божества Огня восьми свирепых зверей!

Синьнань был облачён в алые доспехи, но на них уже было много пробоин, откуда сочилась кровь — зрелище кровавое и печальное. В этом бою такой талантливый ученик, как он, ни разу не сумел ранить Цайлинцзы, а напротив, сам получил множество ран, что привело его в ярость. Поэтому он решил использовать это чрезвычайно мощное Бессмертное Боевое Искусство, чтобы одним ударом одолеть противника!

Рёв!

Синьнань выставил восемь алых знамён высотой около метра, на каждом из которых были вырезаны реалистичные изображения свирепых зверей. Они скалили клыки, корчили свирепые морды, и можно было отчётливо слышать громоподобный рёв зверей — казалось, эти чудовища вот-вот вырвутся из знамён!

— Хм, предсмертная агония! — на прекрасном лице Цайлинцзы читалось глубокое презрение.

Он распростёр руки, словно собираясь взлететь, и тут же его тело начало меняться: руки превратились в крылья, ноги — в изящные и длинные когтистые лапы, а роскошные парчовые одежды засияли пятицветным светом, превратившись в одно за другим великолепные павлиньи перья…

Чирик!

Появился огромный павлин с золотисто-изумрудным оперением. Он гордо поднял голову к небу, хвост его струился Пятицветным божественным сиянием, окрашивая всё небо в разноцветные тона — зрелище было поистине грандиозным. Все были очарованы обликом бессмертного павлина!

А со стороны Синьнаня Искусство Божества Огня восьми свирепых зверей тоже заняло половину неба. Восемь алых знамён извергали исполинский огонь, окрашивающий небо в красный цвет. В то же время восемь свирепых зверей, полностью сотканных из пламени, устремились к огромному павлину, в которого превратился Цайлинцзы.

Свирепые звери были окутаны бушующим пламенем, способным испепелить горы и вскипятить море. Они ступали по небу; издалека казалось, что движется огненная туча, и всё небо стало алым! Павлин же сиял разноцветным светом, словно одновременно зажглись бесчисленные радуги — ослепительно, но и устрашающе, потому что вся небесная область превратилась в цветной мир, где невозможно было различить день и ночь, солнце и луна были полностью скрыты!

Бам!

Столкновение потрясло небо и землю: одновременно раздались рёв зверей и крик птицы. В небесах разноцветный свет и алый свет пожирали друг друга, словно борясь за территорию!

Однако столкновение длилось недолго. Огромный павлин быстро получил абсолютное преимущество: он прошёлся по восьми пламенным свирепым зверям, одним взмахом Пятицветного божественного сияния превратив их всех обратно в состояние пламени. Наконец, павлиньи перья, словно тысячи стрел, выпущенных одновременно, полностью очистили небо от алого пламени.

— Невозможно!

Глаза Синьнаня едва не вылезли из орбит. В отчаянии он смотрел, как огромный павлин нависает у него над головой, покрывая собой область действия Искусства Божества Огня восьми свирепых зверей. В одно мгновение восемь алых знамён обратились в пепел, а его грудь была пронзена когтем павлина!

— Ученик!

Громко вскричал старейшина Чи Юань; его глаза чуть не лопнули от гнева. Он никак не ожидал, что Цайлинцзы осмелится убить Синьнаня! Вспыльчивый по натуре, он тут же собрался напасть на Цайлинцзы.

— Чи Юань! Успокойся! — Но в этот миг властный голос прозвучал в сердце Чи Юаня. Он резко обернулся и посмотрел на облака — туда, где находилась судейская зона Шестнадцати владык дворцов.

Владыка Дворца Чисинь!

— Чи Юань, я понимаю твои чувства, но ты не можешь нападать на Дворец Цайсян! — передал Владыка Дворца Чисинь.

— Почему? Моего любимого ученика убили, как я могу смотреть на это сложа руки? — закричал в душе старейшина Чи Юань.

— Потому что… Владыку Дворца Цайсян мы не можем задеть, — вздохнул Владыка Дворца Чисинь.

Среди шестнадцати фигур, сидящих на облаках, одна привлекала особое внимание. Хотя он сидел с самого края слева, остальные пятнадцать владык, сидевшие рядом, испытывали к нему глубокое почтение, граничащее с опасением.

Этот человек тоже был одет в разноцветные парчовые одежды; волосы его были совершенно белыми, но каждая прядь сияла. Его лицо не было старческим, как у других владык, напротив — оно было настолько прекрасным, что даже красавицы могли бы позавидовать. Поистине: седые волосы, но прекрасное лицо!

Владыка Дворца Цайсян!

Его истинное тело — пятицветный павлин, проживший десятки тысяч лет. Можно представить, насколько он силён! Сейчас он сидел с закрытыми глазами, и с самого начала Собрания Дворцов и до этого момента он так и не открыл их — словно полностью не обращал внимания на происходящее!

Старейшина Чи Юань яростно уставился на Владыку Дворца Цайсян, но в конце концов разжал сжатые кулаки. Глядя на красную фигуру вдалеке, которая, словно оборванный змей, упала на Платформу Восхождения, сердце его обливалось кровью!

Воспитанный сотнями лет любимый ученик! И вот… его больше нет?

— Столько времени потратил зря, ну да ладно, возьму это в качестве компенсации! — Цайлинцзы снова принял человеческий облик и спустился в центр платформы. Однако в его руке было зажато сердце размером с кулак — окровавленное и всё ещё трепещущее!

Ого! Под изумлёнными взглядами всех присутствующих Цайлинцзы запрокинул голову и… отправил сердце в рот!

В одно мгновение среди зрителей разразился взрыв!

— Боже мой, Цайлинцзы съел сердце Синьнаня!

— Я… потрясён! Убить и съесть сердце? Под прекрасной внешностью Цайлинцзы скрывается такое жестокое сердце!

— Павлин любит есть людей! Я сегодня… это видел?

На облаках все, кроме Владыки Дворца Цайсян, изменились в лице. Особенно Владыка Дворца Чисинь — его взгляд стал ледяным до предела, но он не сказал ни слова, потому что знал: если убить Цайлинцзы, Владыка Дворца Цайсян непременно станет смертельным врагом Дворца Чисинь. Тогда война между двумя дворцами приведёт к непоправимым тяжёлым последствиям, которых Владыка Дворца Чисинь ни за что не сможет вынести!

В истории не раз бывали примеры войн между Бессмертными Дворцами. Только Дворец Цайсян участвовал в больших сражениях более десятка раз, и каждый раз они побеждали, уничтожая вражеский дворец, можно сказать, полностью — кроме самого владыки, все остальные были истреблены!

Таков стиль Дворца Цайсян — внушающий ужас!

Однако есть одна странность: Дворец Цайсян никогда не стремился к званию Первого Дворца, и в обычные дни держался миролюбиво и свободно. Причина, по которой происходили такие трагедии, как войны дворцов, по большей части заключалась в том, что люди из Дворца Цайсян были слишком своенравны, что неизбежно приводило к конфликтам. А в таких случаях они никогда не были благоразумны — убить человека для них было обычным делом.

Как сейчас: Синьнань убит, многие промолчали, но Чи Юань, будучи его наставником, естественно, не мог унять гнев!

— Я объявляю бой оконченным. В этом поединке побеждает Цайлинцзы! — произнёс Владыка Дворца Чисинь, объявляя результат.

Свист!

Как только слова прозвучали, Чи Юань превратился в поток света и приземлился рядом с телом Синьнаня.

Сквозная дыра в груди просвечивала насквозь. Удивлённые глаза Синьнаня не успели закрыться; он лежал вытянувшись на холодной белой облачной платформе, в собственной крови!

— Ученик, закрой глаза! Учитель отведёт тебя домой.

Старейшина Чи Юань глубоко вздохнул. Из его глаз не выкатилось ни слезинки, но дрожащая протянутая рука красноречиво выдавала его душевную боль.

Наконец, эта рука легла на глаза Синьнаня и медленно опустила их…

http://tl.rulate.ru/book/184122/19254087