Готовый перевод From Factory Floor to Power Pinnacle / Ссылка на завод — трамплин к вершине власти: Глава 15

Едва Чэнь Пинбо вернулся в свой кабинет, как наткнулся на шумную толпу, оживленно обсуждавшую новости.

— Что за переполох? — Чэнь Пинбо кивнул Сяо Гуаньхуа.

— Городской комитет и городское правительство только что выпустили совместное уведомление. Призывают сотрудников ведомств спускаться на места, чтобы набраться опыта и подготовить кадровый резерв,

— Сяо Гуаньхуа покосился на него и пояснил:

— Вот, документ здесь.

Лао Лу протянул Чэнь Пинбо бумаги.

Тот взял листок и пробежал глазами по заголовку: «Уведомление городского комитета партии и городского правительства Яньцзина о поощрении партийных кадров к работе на местах».

— Ну что, Пинбо? Ты ведь выпускник престижного вуза, не интересно? Тех, кто работает на местах, обучают в первую очередь,

— Начальник Ван подошел к нему с чашкой чая в руках, выпытывая мнение. Чэнь Пинбо невольно задался вопросом: а нет ли здесь какой-то скрытой квоты?

— Я? Я только из университета, еще в городском бюро толком не разобрался. Если меня сейчас на места отправят, я же там совсем пропаду.

Только дурак полезет на низы. В уездных ведомствах на каждое место — один человек, людей больше, чем должностей, а борьба за кресла еще жестче. Без связей и покровителей пробиться наверх — все равно что на небо взойти.

А эти разговоры из чиновничьих романов о том, что «нужно иметь опыт работы в низах» — полная чушь. Посмотрите на верхушку власти: сколько из этих великих людей начинали с самых низов?

К тому же понятие «места» для каждого руководителя свое. Для уездного чиновника рядовой служащий в поселке — это и есть «низы». А для руководства центра или провинции «низами» считаются уездные чиновники. Куда именно ты хочешь спуститься?

— По мне, так это тебе, Лао Лу, пора на места. Ты — старший инспектор. В уезде ты мог бы стать начальником управления или даже главой района, а в поселке — мэром или секретарем, местным королем.

— А здесь, в бюро, ты останешься таким же мелким сошкой, как и мы, — бегающим по поручениям.

Раньше работа «на местах» подразумевала самоотверженность, но сейчас, если снова начать взывать к этой самоотверженности, кому это будет нужно?

Слова Чэнь Пинбо эхом отозвались в голове Лао Лу, словно камень, брошенный в тихую гладь озера, пуская круги по воде.

Лао Лу было уже под сорок. Дальнейшее пребывание в бюро не сулило никаких перспектив. А нет ничего более удручающего, чем отсутствие надежды.

Днем, едва Чэнь Пинбо переступил порог кабинета Ли Ицина, тот тут же усадил его на диван. Его радушие было настолько пылким, что Чэнь Пинбо стало не по себе.

— Твоя статья — это нечто! Как тебе только пришло в голову создать службу городского управления?

— Ли Ицин спрашивал это, разливая чай. С умными людьми не стоит говорить слишком прямо,

— Долго объяснять. Я живу в сихэюане, и прямо напротив меня один мужик работал на заводе, который встал. Пришлось ему выйти на улицу, торговать.

— Стоило ему разложить товар, как выяснилось, что все ведомства городского правительства могут на него надавить. Каждый находит способ выписать штраф.

— А наше бюро как раз обладает частью полномочий, чтобы ими заниматься, но у нас нет специальной службы для таких дел.

— Поэтому я и подумал: почему бы не объединить разрозненные функции разных ведомств в единую службу городского управления?

— И еще один момент: я узнал об этом от мамы. Она работает в Комитете микрорайона, и с каждым годом людей, которых нужно трудоустраивать, становится всё больше.

— Я подумал, что если создать отдельное управление, это позволит создать массу новых рабочих мест,

— Чэнь Пинбо уверенно отвечал на вопросы Ли Ицина.

— Настоящий талант нашего отдела! — Ли Ицин улыбнулся. — Но ты у нас недавно и бюро еще не до конца знаешь. Я подправлю некоторые недочеты и расширю содержание.

— И еще: твою статью вполне можно опубликовать в «Народной газете». А если не примут — не поздно будет подать в «Газету «Рабочий день».

Ли Ицин не собирался присваивать себе авторство. Он лишь указал на слабые места, а предложение отправить статью в «Народную газету» заставило сердце Чэнь Пинбо забиться чаще.

— Может быть, господин начальник сам её и опубликует?

— Чэнь Пинбо осторожно прощупывал почву. Говорили, что за любезностями начальства с женщинами не стоит принимать слова всерьез, но это был мужчина.

— Мне-то зачем? В газетных кругах имя Чэнь Пинбо звучит куда громче, чем имя Ли Ицина,

— Ли Ицин со смехом покачал головой, отклоняя предложение. Чэнь Пинбо выдохнул с облегчением: значит, начальник не собирается жадничать и забирать себе лавры.

— Хорошо, тогда я заберу её и попробую подать в «Народную газету». Простите за беспокойство,

— Чэнь Пинбо поднялся, чтобы поблагодарить и уйти.

— Пинбо, если что-то понадобится — сразу ко мне. Видишь, заместитель начальника Второго отдела пропаганды и общих вопросов скоро уходит на пенсию. Я вижу в тебе талант, ты отлично подходишь.

— Талантливый человек должен нести на своих плечах большую ответственность, приносить пользу ведомству,

— Ли Ицин похлопал его по плечу, расписывая радужные перспективы. Чэнь Пинбо вспомнил: когда он еще не был «перерожденцем», его босс на первой работе делал точно так же.

Вернувшись на свое место, Чэнь Пинбо взял рукопись и перечитал её еще раз. Ли Ицин действительно знал толк в деле.

Там, где Чэнь Пинбо не додумался, Ли Ицин добавил детали и даже развернул целые концепции. При этом костяк остался прежним — всё строилось на идеях Чэнь Пинбо, который проектировал структуру, опираясь на образ городских служев из будущего.

Вскоре после возвращения из кабинета Ли Ицина к Чэнь Пинбо подошел Сяо Гуаньхуа и заговорщицки прошептал:

— Я только что видел, как Лао Лу записывался на участие?

Чэнь Пинбо покосился на него:

— Ты ведь тоже хочешь записаться? Просто столкнулся с Лао Лу и засмущался подойти?

— С чего бы это! — огрызнулся Сяо Гуаньхуа.

— В целом офисе я единственный рядовой сотрудник. В городском бюро я хотя бы в тепле и сухости, а если спущусь на места — меня заставят пахать как лошадь. Я умею отличать выгоду от беды.

Сяо Гуаньхуа окончил обычное среднее спецшколу, и то, что он попал в Бюро промышленности и торговли, было большой удачей. Он не был сумасшедшим, чтобы рваться в низы. Выходец из простой сельской семьи, он слишком хорошо понимал, что там ждет человека. Даже если он будет просто годами набивать стаж в городском бюро, это будет быстрее и легче, чем на местах.

Там люди не только выматываются до изнеможения, но и лишены всякой надежды на рост. Не то что повышение — даже перевестись на другую должность бывает почти невозможно.

Именно поэтому после 92-го года многие мелкие чиновники предпочли уйти в бизнес.

В представлении людей из будущего 90-е были эпохой бурь, когда риски соседствовали с невероятными возможностями.

Бесчисленное множество предпринимателей воздвигли свои империи в это время, и так же стремительно многие из них рухнули.

Если 90-е были золотым веком предпринимателей-самородков, то 92-й стал годом, открывшим эту эру.

Позже, чтобы остановить утечку талантов, после 93-го года Госсовет начал повышать зарплаты чиновникам: базовая ставка выросла с 90 до 110 единиц.

— По-моему, ты как раз не отличаешь, — парировал Чэнь Пинбо. — Ты забываешь, что при продвижении нужно учитывать семейные факторы. Ты еще не женат. Как ты сможешь управлять миром, если в доме не убрано? Как организация даст тебе серьезную нагрузку?

— И такое тоже бывает? — Сяо Гуаньхуа недоверчиво уставился на него.

— Эх ты, два года стажа впереди меня, а толку ноль. Зря в мире ошиваешься,

— Чэнь Пинбо покачал головой, точь-в-точь как герой фильмов Стивен Чоу, глядя на безнадежного человека.

— Ну, просвети меня, в чем дело,

— Сяо Гуаньхуа, жаждущий прогресса, был готов слушать.

http://tl.rulate.ru/book/183396/17810364