Готовый перевод Genius Reborn as a Scoundrel Heir / Гениальный наследник: Перерождение корпоративного титана: Глава 14: Завершение продажи спецстали

Пхохан Стил.

Ли Унхён, едва прибыв в офис группы, сразу же направился в кабинет Председателя.

— Начальник Ли. Отличная работа. Я уже получил отчет об успешном участии в тендере.

Ку Хонсок с широкой улыбкой пригласил Начальника Ли присесть.

— Нам действительно удалось выиграть тендер, но разница в сумме с Группой Тэхён оказалась больше, чем ожидалось. Прошу прощения.

— С этим ничего не поделаешь. Главное, что теперь Samjeong Special Steel, Алтек и Атлас в наших руках. Теперь и Группа Тэхён будет получать спецсталь через нас.

Ку Хонсок произнес это с явным облегчением на лице.

Когда KAI Motors основали собственное производство спецстали, он не на шутку занервничал.

К счастью, их технический уровень не дотягивал до мировых стандартов, что позволило ему успокоиться. Но тут на рынке появились Samjeong Special Steel, Алтек и Атлас — компании с первоклассными технологиями.

Это были жизненно необходимые активы, и, поскольку Группа Тэхён, будучи их крупнейшим клиентом, тоже вступила в борьбу, Ку Хонсок пошел на решительный шаг и сделал высокую ставку, чтобы заполучить их.

— Кстати, каково состояние компаний?

— Все именно так, как я докладывал в прошлый раз.

— И больше ничего нет? Не может такого быть.

— Посмотрите сюда. В договоре четко указано, что в случае обнаружения дополнительных задолженностей Чеболь Самджон обязуется полностью их возместить. И если взглянуть на перечень долгов, там зафиксированы даже мельчайшие займы у ростовщиков — не только суммы, но и проценты, контактные данные и вся история транзакций.

— Хм. Вот оно как.

Ку Хонсок покачал головой, словно не веря своим глазам.

— Мне поначалу тоже это казалось крайне необычным. Но после разговора с директором Кан Минхо я понял его истинные намерения. Он хочет открытой и взаимовыгодной сделки. Он счел пустой тратой времени попытки что-то скрыть и затягивать переговоры из-за проверок.

— «Время — деньги», так он считает?

— Думаю, это именно тот случай. В ходе этих переговоров я открыл для себя Кан Минхо как личность поистине выдающуюся. Я уверен, что в будущем он станет бизнесменом, который поведет за собой Южную Корею.

— Да. Такого человека действительно можно назвать титаном.

Ку Хонсок кивнул.

Смог бы он сам поступить так же, окажись на месте Кан Минхо?

Он думал, что вряд ли.

Наверняка он попытался бы хоть немного схитрить, чтобы выгадать больше выгоды. В те времена скрывать детали кредитов или операционные убытки считалось делом обыденным. Бывали даже случаи, когда компании прибегали к фальсификации финансовой отчетности, скрывая огромные потери, что после завершения сделок приводило к затяжным судебным разбирательствам.

— Тем не менее, проверь все тщательно. Мы должны действовать хладнокровно.

— Разумеется. Завтра мы договорились получить документы от финансового отдела. Сказали, что при необходимости мы можем пообщаться и с сотрудниками.

— Даже так? Неужели современная молодежь настолько открыта?

— Нет. Стоит считать, что директор Кан Минхо — случай действительно уникальный.

— Чем больше думаю, тем удивительнее этот человек. Ладно, проверь все, и если проблем не будет, давай покончим с этим поскорее.

— Да, господин Председатель.

Ку Хонсок с удовольствием подписал документы. Он не раз поглощал другие компании, но впервые после сделки у него оставалось такое приятное послевкусие.

Ли Унхён в течение десяти дней спокойно проводил аудит Samjeong Special Steel, а также отправил людей в США и Канаду для проверки Алтек и Атласа. Благодаря содействию Кан Минхо проверка прошла быстро, и финансовая структура была изучена до мельчайших деталей.

Наконец от Ку Хонсока был получен окончательный сигнал «добро».

Пять дней спустя. Конференц-зал Чеболя Самджон.

В зале, битком набитом журналистами из отделов экономики и социальной хроники, Кан Мингук и Ку Хонсок сидели плечом к плечу и с улыбками подписывали договор. Затем они обменялись крепким рукопожатием. В этот момент зал озарился бесчисленными вспышками камер.

Кан Мингук поморщился от непривычного яркого света, но тут же расплылся в широкой улыбке.

— Пхохан Стил рада приобретению Samjeong Special Steel, Алтек и Атласа. Мы продолжим поддерживать производство стали и спецстали на мировом уровне, внося вклад в промышленное развитие Южной Кореи.

Ку Хонсок говорил спокойно, но в его голосе чувствовалось радостное возбуждение.

Кан Минхо наблюдал за пресс-конференцией со стороны. Журналисты засыпали Кан Мингука вопросами, и тот невозмутимо делился своими впечатлениями.

Кабинет Председателя.

— Ох, ну и морока.

Как только пресс-конференция закончилась, Кан Мингук тяжело выдохнул.

— Ты ведь и раньше часто давал пресс-конференции, разве нет?

— Эй, малец. Те разы были по делам, которые я сам и вел. А сегодня мне пришлось отвечать за то, что провернул ты. Знаешь, как у меня спина вспотела?

— Да вроде неплохо справился.

— Это мое последнее официальное мероприятие.

— Брат.

— Не дерзи и слушай, что тебе брат говорит. Если честно, я бы так не смог. Я бы просто встретился с Председателем Ку, пощупал бы почву, немного поторговался и продал бы. Тогда сумма сделки едва ли превысила бы сумму долгов, о триллионе и речи бы не шло. От одной мысли об этом дурно. Ты же оставил нам больше двухсот миллиардов вон чистой прибыли. Сейчас в Чеболе Самджон нет никого, кто мог бы справиться с делами так же смело, как ты. Так что делай, как я сказал. Понял?

— Раз уж ты так говоришь... Ладно, я буду стараться.

Кан Минхо кивнул, и в его глазах вспыхнул огонь решимости.

Кан Мингук хлопнул его по плечу.

— Давно бы так. И не забудь про щедрые пожертвования моему фонду.

— Об этом можешь не беспокоиться.

— Да шучу я. Сейчас я их даже если предложишь — не возьму. Потом, когда компания придет в норму, тогда и начнешь потихоньку отстегивать.

Кан Мингук с облегченным видом откинулся на спинку кресла.

— С прокуратурой я тоже сам разберусь.

— Ой, Минхо. С чего это ты собрался убирать за мной?

— Раз уж ты передал мне кресло Председателя, я должен хотя бы это для тебя сделать.

— Те ребята совсем не джентльмены. Они вцепляются мертвой хваткой.

— Не волнуйся. Я тоже далеко не джентльмен, — твердо ответил Кан Минхо.

Кан Мингук молча посмотрел на него и произнес:

— Знаешь, ты — вылитый отец. Мы с Минхи пошли в мать, в нас много мягкости, а в тебе определенно есть эта стальная жилка.

— Как вести бизнес без твердости? Если появятся гиены, которые посмеют оскалить зубы, я усмирю их доброй дубиной.

— Верю тебе. Продолжай так же хладнокровно вести Чеболь Самджон вперед.

— Я выкуплю всю твою долю акций. Сначала создам инвестиционную компанию, чтобы изменить структуру управления группой, так что подожди дней десять.

— Я слышал от Начальника Ли. Ты собираешься продать всё, кроме горнодобывающей промышленности, лесозаготовок и электроники?

— Я полностью изменю группу.

— Как именно?

— До сих пор мы ориентировались на тяжелую промышленность, но пора переходить к легкой. Особенно к электронике и программному обеспечению.

— Программное обеспечение? Неужели ты собрался заниматься интернетом? А под электроникой ты имеешь в виду полупроводники?

— Да. Конечно, я не собираюсь начинать производство полупроводников прямо завтра. Это требует колоссальных вложений, а у нас пока не хватает капитала. Но если начать готовиться сейчас, мы сможем зайти в эту нишу, когда придет время. И еще я хочу запустить бизнес на базе интернета, который сейчас только зарождается. Уверен, это будет грандиозный успех.

— А ты храбрец.

— «Не отвергайте перемены из-за страха». Это ведь слова отца?

Кан Мингук на мгновение замер. Ему показалось, будто перед ним сидит его покойный отец, Кан Дыкбён. Харизма, исходящая от Кан Минхо, была поистине впечатляющей.

— Да. Нельзя бояться перемен. Больше не буду в тебе сомневаться.

— Я сделаю все, что в моих силах. Брат, поддержи меня.

Кан Мингук молча кивнул.

Когда Кан Минхо покинул кабинет, Кан Мингук позвонил Кан Минхи. Та, едва сняв трубку, засыпала его словами:

— Брат! Ты правда продал подразделение спецстали по такой цене?

— Что, не верится?

— Спецсталь ведь была убыточной. Ну и что с того, что у них технологии мирового класса? И ты хочешь, чтобы я поверила, что Группа Тэхён и Пхохан Стил так за нее грызлись, что цена взлетела до небес? Мне правда в это верить?

— Именно.

— Если ты так хорошо справляешься, зачем собираешься передать кресло Председателя Минхо?

— Это все сделал Минхо.

— Это стало возможным только потому, что ты ему помогал. Что этот Минхо вообще смыслит?

— Ты все равно мне не поверишь, что бы я ни сказал. Минхи. Я действительно ухожу.

— Брат!

— Слушай дальше. Я передам всё Минхо, я уже объявил об этом всем сотрудникам и руководству. Закончим с этим в течение десяти дней.

— Я этого не признаю.

— И что ты сделаешь, если не признаешь?

— У меня тоже есть доля акций.

— Всего двенадцать процентов. И что ты с ними сделаешь? Если сложить доли матери, мою и Минхо, получится сорок четыре процента. Плюс двадцать восемь процентов у пенсионного фонда и банков, а им нужна стабильность. Они видели, как четко Минхо навел порядок в финансовой структуре группы, так что они поддержат его. Не лезь в это, иначе потом Минхо на тебя обозлится. Веди себя тихо.

— Это предупреждение?

— Да. Именно предупреждение.

После холодного ответа Кан Мингука Кан Минхи лишилась дара речи. Ходили слухи, что Кан Мингук может сам уйти с поста Председателя, и Кан Минхи втайне нацелилась на это место. Но когда её обошел Кан Минхо, от которого она такого никак не ожидала, в ней закипела неудержимая ярость. Она молча повесила трубку.

— Характер всё тот же. Надеюсь, она ничего не натворит.

На лице Кан Мингука отразилась горечь. Ему не давала покоя мысль, что Кан Минхи просто так не успокоится. «Ну и что она сделает? В акционерном обществе в конечном итоге всё решает тот, у кого больше акций». Встряхнув головой, он отогнал лишние мысли и снова сосредоточился на работе.

Ханнамдон.

Кан Минхи приехала сюда, чтобы встретиться с Ли Ынсоль.

— Что случилось? Приехала без предупреждения.

Ли Ынсоль расплылась в улыбке, увидев дочь.

— Простите. Мне стоило заезжать чаще.

— Ничего страшного. Ты здорова?

— Да.

— Проходи скорее.

Ли Ынсоль провела Кан Минхи в дом. За чаем они немного поболтали, и наконец Кан Минхи осторожно открыла свои истинные мысли:

— Мама, вы знаете, что брат собирается передать компанию Минхо?

— Не совсем уверена.

— Вы не должны оставаться в неведении. Что Минхо понимает, чтобы доверять ему целую группу? Вы должны его остановить.

— Мингук наверняка всё обдумал, прежде чем решиться на это.

Ли Ынсоль отмахнулась от слов дочери и поднесла чашку кофе к губам. Кан Минхи изнутри снедало беспокойство.

— Мама! Сейчас не время для такого спокойствия.

— Минхи.

— Да.

— Наш Минхо был тем еще сорванцом. Каждый раз, когда вы с Мингуком его ругали, я его защищала, и это плохо на нем сказывалось. Если бы в прошлом году Мингук захотел передать компанию Минхо, я бы выступила решительно против.

— Значит... теперь вы согласны?

В голосе Кан Минхи прозвучало разочарование.

— Минхо очень сильно изменился. Я слышала, что именно он руководил всеми переговорами по продаже спецстали. Стоит открыть газету или включить телевизор — все только и хвалят Чеболь Самджон. Так почему бы не доверить ему дела?

— Мама.

— Минхи. Не жадничай.

Тон Ли Ынсоль, до этого ласковый, внезапно стал твердым.

— Это несправедливо. Сначала меня отстранили от управления группой только потому, что я дочь, а теперь меня обходит этот непутевый Минхо? Чем я хуже?

— Ты ничем не хуже. Но я считаю это решение лучшим для спасения Чеболя Самджон, который твой отец строил всю жизнь. Я еще не говорила об этом с Мингуком и Минхо, но я так чувствую. Так что и ты сосредоточься на поддержке мужа. Ты ведь теперь принадлежишь другой семье.

От слов о том, что она «чужая в родном доме», сердце Кан Минхи болезненно сжалось. Ей было обидно. Ей было горько. Слезы покатились по щекам.

— Доченька моя... бедная.

Ли Ынсоль обняла её. Она знала, что Кан Минхи, возможно, была талантливее Кан Мингука, но из-за того, что она была женщиной, её не допускали к руководству. Поэтому сердце Ли Ынсоль щемило от жалости к ней.

Однако, видя, какие выдающиеся способности управленца демонстрирует Кан Минхо, она считала его самой подходящей кандидатурой на пост Председателя Чеболя Самджон. И даже сочувствие к дочери не могло изменить этого мнения.

Ли Ынсоль долго разговаривала с Кан Минхи, пытаясь её успокоить. Она лишь надеялась, что эта ситуация не превратится в уродливую грызню из-за наследства.

http://tl.rulate.ru/book/182921/17352276