Готовый перевод Ding’an Kingdom: Rewriting Regrets in a Parallel World / Второй шанс в параллельном мире — исправляю все ошибки: Глава 8

Дверь медленно отворилась.

Мир шагнул навстречу ему.

Комната была видна насквозь. У дверного косяка стояли два старых чемодана, стол и стул, над столом — старая люминесцентная лампа, ибо окон не было, и она, даже среди бела дня, испускала мертвенный свет. Односпальная двухъярусная железная кровать, застеленная белым. Верхний ярус был завален коробками и всяким хламом, нижний был отделен от мира белой простыней, натянутой по периметру.

Это, должно быть, было её единственное личное пространство, но выглядело оно как могила.

Чжунхай был так огромен, а её мир — так ничтожен. И охранял этот мир не замок от добропорядочных, не стальная дверь от воров, а лишь тонкая ткань.

Из комнаты вышла высокая, худощавая девушка. Ростом около 168 см, она была одета в облегающую футболку и сине-белую школьную куртку, а на ногах — узкие, выцветшие джинсы. Её стройные ноги казались невероятно длинными. Ещё не расцвев до конца, она уже обладала фигурой, напоминающей песочные часы.

Волосы были чёрные, прямые, но не слишком послушные. Глаза — большие, с длинными ресницами, естественно изогнутыми вверх. Лицо овальное, но из-за худобы слегка заострённое, кожа — бледная до прозрачности.

Она вдруг замерла на полпути к кухне, где собиралась налить воды. Словно по наитию, то ли нарочно, то ли случайно, она подняла голову, длинными тонкими пальцами убрала прядь волос, спадавшую на пол-лица, за изящное, миниатюрное ухо, и их взгляды встретились.

Острота, сдержанная в меру, красота, завораживающая своей неуловимостью.

Очарование, лишь намеком коснувшееся, — неземное, чистое колдовство.

Это была встреча, захватывающая дух, словно предначертанная судьбой.

Если бы Сяо Сы была здесь, она бы непременно сказала: «Я смотрю на небо под углом 45 градусов, и грусть моя течет вспять, заливая рекой. Я смотрю на звезды, и весь мир переворачивается в моих глазах, лишь бы твою тень поставить правильно».

— Сяо Су, я нашла домовую книгу, посмотри. Я — глава семьи, вот страница Фан Цзяня, здесь написано, что он сын главы семьи. — Появление Чэнь Гуйсян, словно муха в романтическом ресторане, прервало их затянувшуюся встречу взглядов. Фан Цинцин, словно испуганный кролик, вздрогнула, сердце забилось вдвое быстрее, разгоняя её.

— Дай-ка посмотреть. — Су Чжи, сдерживая порыв задушить эту Чэнь Гуйсян, с некоторой грубостью выхватил домовую книгу и медленно перелистывал страницы, запоминая информацию.

— Проблем нет. Подожди, пока Фан Цзянь или кто-то из твоих родных придёт со мной, чтобы сделать копию домовой книги и оформить документы. Поскольку оформление наличного расчёта довольно хлопотно, это займёт много времени и потребует посещения нескольких мест. Ах да, не забудьте банковскую карту. — Су Чжи совершенно не хотел оставаться с этой женщиной ни минуты дольше. Он вернул ей домовую книгу и, поднявшись, направился к двери.

— Фан Цинцин, пойди с менеджером Су, вот карта. — Чэнь Гуйсян, будучи крупной женщиной, явно не желала испытывать неудобства. Она взглянула на Фан Цинцин, которая только что поставила одноразовый стаканчик на стол, и сунула ей в руки карту и домовую книгу. Подумав, она добавила: — Об этом деле не говори Фан Цзяню и твоему отцу.

Фан Цинцин, опустив голову, промычала: «Угу». Затем вернулась в свою крохотную комнатку, погасила свет и пошла вслед за Су Чжи к двери.

Дневной свет был ослепительно белым. Фан Цинцин отставала от Су Чжи на два шага, время от времени украдкой поднимая голову, чтобы взглянуть на его высокую спину, и тут же снова опускала взгляд на свои туфли. «Эх, не видно, опять придётся менять бельё, так раздражает».

Подойдя к машине, Су Чжи завёл двигатель, включил кондиционер и закрыл дверь.

В машине было душно, как в парилке, из-за сильной жары.

Они подошли к тенистому дереву, чтобы подождать, пока машина остынет. Су Чжи купил две бутылки воды и протянул ей одну: — Тебя зовут Фан Цинцин?

— Да. Спасибо, я не хочу. — Фан Цинцин отказалась, её маленькие ручки, словно щётки стеклоочистителя, беспорядочно двигались, заставляя «двух зайцев» под футболкой подпрыгивать.

Су Чжи мысленно сравнил её с тридцатилетней «зайчихой» и отметил: «Да, есть куда расти». Очнувшись, он не стал настаивать, опасаясь, что малейшая излишняя любезность напугает эту девушку, которая, казалось, ощущала, что весь мир шатается и готов рухнуть в любой момент.

Он остался держать воду в руке и как бы невзначай спросил: — Судя по твоей школьной форме, ты из Шестнадцатой школы? Почему не на занятиях?

Фан Цинцин взглянула на Су Чжи. Увидев, что его взгляд направлен на машину и он не смотрит на неё, она робко сказала: — Я в третьем классе старшей школы, через несколько дней будет выпускной экзамен. Школа далеко, я занимаюсь дома.

— Тогда ваша школа довольно либеральна. Разрешает заниматься дома, значит, у тебя отличные результаты? Есть ли у тебя вуз мечты? — Су Чжи нарочно спросил её. Повернувшись, он увидел, что в её глазах было явное серое отчаяние. Возможно, для неё выпускной экзамен был лишь прощальным ритуалом. Прощанием с ученическими годами, прощанием с её мрачной, но такой единственной юностью.

Видя, что она долго молчит, Су Чжи сказал: — Я бы порекомендовал Чжунхайский университет, который недавно закончила моя мать. Он находится недалеко от вашего дома, но и не слишком близко — идеально подходит для такой прилежной и красивой девушки, как ты. Там ты сможешь развить навыки самостоятельной жизни, а в случае важных вопросов сможешь своевременно посоветоваться с родными, которые станут твоей опорой, когда ты не будешь уверена в решении.

— Мне не нравится, я… нет, я люблю, но… моя успеваемость невысока. Я не смогу поступить. — Слушая слова Су Чжи, которые, казалось, проникали ей прямо в сердце, Фан Цинцин сжала свои тонкие руки, костяшки пальцев побелели.

Как же она ненавидела! Не Су Чжи, боялась ненавидеть приёмных родителей, оставалось только ненавидеть этот мир. Но этот мир совершенно не обращал внимания на её ненависть. Разве мало людей ненавидят этот мир? Кто ты такая, Фан Цинцин?

— А есть ли у тебя любимая специальность? Четыре года назад, когда я сдавал выпускные экзамены, я тоже был в растерянности, как и ты, везде искал информацию, спрашивал старшекурсников, и только потом приехал сюда учиться. Я могу поделиться с тобой опытом. — Сказав это, он подошёл к машине, сам открыл пассажирскую дверь и сел внутрь.

Фан Цинцин взглянула на номер машины, насильно запомнила его, и только потом осторожно села внутрь. Тело было напряжено, её ягодицы, которые эволюционировали от полумесяца к полнолунию, едва коснулись сиденья, и она боялась даже слегка пошевелиться, чтобы не повредить ничего в машине.

— Расслабься, у меня есть двоюродная сестра твоего возраста, она тоже сдаёт экзамены в этом году. Ты ей очень понравилась, а у меня ещё есть дурная привычка учить других, вот и решил поговорить с тобой подробнее. — Су Чжи говорил на ходу. Чтобы быть убедительнее, он показал ей свой студенческий билет и протянул воду, которую держал в руке, сделав небольшой пробный шаг.

И действительно, на этот раз Фан Цинцин не отказалась. Она взяла воду и вежливо сказала: «Спасибо».

— Я родился в горах юго-западной провинции Сяннань. Это место совершенно не похоже на Чжунхай. Бесконечные горы отбивали желание у каждого, кто хотел оттуда выбраться. Учёба была одним из немногих путей к спасению. К счастью, моя успеваемость всегда была хорошей. Позже с моими родителями кое-что случилось, и я окончил старшую школу благодаря помощи родственников и старших. В университете я зарабатывал на жизнь подработками и получал различные стипендии и гранты. После окончания учёбы у меня осталось немного сбережений. Конечно, на эту машину мне бы не хватило. — С этими словами Су Чжи взглянул на Фан Цинцин.

Фан Цинцин тоже повернулась и посмотрела на Су Чжи с утешением и восхищением. Их взгляды встретились, у каждого были свои мысли.

— Поэтому, если посмотреть под другим углом, если рассматривать университет как бизнес-проект, то при наличии достаточной выдающейся успеваемости, эквивалентной уникальной точке прибыли, ты сможешь найти соответствующих инвесторов. Для студентов таким инвестором может быть государство или другие фонды поддержки студентов, или беспроцентный кредит банка. Так что, если ты будешь достаточно хороша и у тебя будет широкий доступ к информации, то вполне реально получить университетское образование, не завися от семьи или кого-либо ещё.

— Спасибо, что рассказали мне это. — Фан Цинцин задумчиво кивнула.

— Добавь меня в QQ, сохрани мой номер телефона. По любым вопросам, связанным с учёбой или выбором вуза, можешь спрашивать меня. — Су Чжи, почувствовав, что момент настал, протянул ей свой телефон, одновременно заводя машину и кладя обе руки на руль. Его движения были плавными, как серия приёмов.

Обретя определённую степень доверия и почувствовав некую предопределённую связь, Фан Цинцин достала свой облупившийся телефон, который, кажется, переходил из рук в руки не один раз, и добавила его в QQ, сохранив номер телефона.

Когда она возвращала телефон, её личико внезапно покраснело. «Ах, это впервые я добавляю парня в QQ».

И это был парень, которого она знает всего полдня. Что в нём было такого, что я ему нисколько не сомневалась и не испытывала никакого сопротивления? Неужели это любовь с первого взгляда? Она взглянула на лицо Су Чжи. С такой внешностью это было почти незаконно. Его внешность могла бы открыть двери к сердцам большинства людей, не говоря уже о его темпераменте, фигуре…

Мастер Лао Шэ однажды сказал: «На этом свете правды и так немного, а покрасневшее лицо девушки стоит больше, чем длинный диалог. Но потом появилась губная помада, и стало невозможно отличить истинные чувства от фальшивых…»

Су Чжи смотрел на неё, смущённую до того, как она успела что-то сказать, словно распускающийся цветок. Его сердце одновременно волновалось и прониклось жалостью. Вспомнив её прошлое воплощение, когда он впервые увидел её, полную усталости и увядания, он почувствовал горечь и уныние. Может быть, он вернулся сюда именно для того, чтобы встретиться с ней раньше и получить её «номер судьбы».

Говорят, Земля круглая. Ся Чжицю была решительной, поэтому, не останавливаясь, повернулась и ушла. Но где же она в итоге остановилась? Если бы она не останавливалась, то в конце концов оказалась бы впереди него.

Но этого не произошло. Стало ясно, что никто ни от кого не зависит. Если хочешь, чтобы она была зависима от тебя, оберни её вокруг своей талии!

Да, если бы ты смог удержать Ди Цяо, это было бы мужской гордостью, мерилом глубины мужчины.

— Ты оставайся в машине, я схожу туда, сделаю копию, а остальные формальности я сам улажу. Тебе самому будет слишком хлопотно. — Цель Су Чжи была достигнута. Он посмотрел на часы, понял, что пора возвращаться, и приступил к последнему шагу.

Подойдя к копировальному центру, он сделал вид, что копирует, получил нужную информацию и вернулся к машине, отдав оригинал Фан Цинцин. После этого он больше ничего не спрашивал, всю дорогу они лишь обсуждали разное понимание учёбы в университете и старшей школе. Он постоянно намекал Фан Цинцин на важность университета, надеясь, что она станет смелее, не обязательно сможет изменить свою судьбу, но по крайней мере будет иметь общее представление о своей будущей судьбе, как говорится, будет знать, чего хочет.

— Я не пойду с тобой, скажи своей маме, что деньги должны поступить до шести тридцати. Если не поступят, свяжись со мной ещё раз. И ещё, никому не давай мой контакт. Если возникнут какие-либо трудности, помни, что ты можешь связаться со мной. — Возле городского поселения Су Чжи не стал её провожать. Хотя 530 не была роскошной машиной, для старшеклассницы из городского поселения, если бы кто-то из злоязычных увидел её, это могло бы породить сплетни.

Фан Цинцин кивнула и еле слышно, словно комариный писк, произнесла: «Спасибо».

Су Чжи посмотрел на удаляющуюся спину и уехал.

Её мир всё ещё пребывал в тёмном углу, ему нужно было набраться терпения и постепенно приближать к ней свет. Чтобы ей не пришлось так долго томиться в одиночестве в её холодном мире.

Вернувшись в Весенний Район, Ся Чжицю и её спутница ещё не вернулись, гараж был пуст. Он позвонил, чтобы узнать, нужна ли им помощь. Ся Чжицю ответила, что нет, они ещё погуляют.

Су Чжи достал все свои банковские карты и подсчитал. Четырёхлетние подработки, стипендии, гранты — в общей сложности ещё более ста тысяч. Он ясно видел свой дальнейший путь и не собирался тратить слишком много времени на работу. Пока мир будет вращаться так же, как в прошлом цикле, с его нынешней памятью, и хотя он не был ведущим специалистом в финансовой сфере в прошлой жизни, его работа заключалась в разработке приложений, ориентированных на финансовую индустрию, так что он был неплохо осведомлён. Он сам открывал счета, мечтая о мгновенном обогащении, чтобы компенсировать убытки от первого неудачного проекта частной усадьбы. Результат был, как всегда, «мгновенное банкротство».

Сейчас интернет-эра начинает смещаться в сторону мобильных устройств, и создание собственного медиа-контента как раз совпадает с интересами Ся Чжицю.

Затем первое, что нужно сделать, — начать накапливать криптовалюту. Второе — непреодолимый для китайцев Маотай. Другие — интернет-поля, зелёные, как лужайка, где стригут «овец», новая энергетика, чипы, цены на золото… Слишком много, не заработать, совершенно не заработать.

Наступит день, когда моей главной проблемой станет не «что съесть, чтобы быть здоровым и вкусным», а «что съесть, чтобы насытиться, и как есть, чтобы сэкономить».

Но разве всё будет так просто?

Когда твой круг общения — торговцы рыбой, тебя волнует погода и клёв; когда твой круг общения — владельцы рыболовных катеров, тебя интересуют уже не рыбы, а люди, с которыми ты рыбачишь.

Су Чжи смотрел на свой телефон и, чем больше смотрел, тем больше чувствовал, что что-то не так.

http://tl.rulate.ru/book/182563/17568705