Готовый перевод From Village Outcast to Immortal: Breaking Fate with a Cleaver / Деревенский изгой рубит путь к бессмертию: Глава 4

На следующее утро, на рассвете, когда холодные звезды еще не погасли. И Фань наточил свой нож для дров до блеска, попрощался со спящей матерью и точно в срок пришел к входу в деревню.

Чжан Дашань протянул ему тяжелые охотничьи вилы и несколько грубых лепешек: — Возьми для защиты, следуй по моим следам, не смотри по сторонам, не издавай ни звука.

Едва ступив на территорию Хэйфэнлин, воздух мгновенно изменился. Вековые деревья возвышались, закрывая небо и солнце, между ними клубился туман, под ногами – толстый слой опавших листьев, копившихся невесть сколько лет, мягко, бесшумно ступая.

Различные неизвестные птичьи крики и звериный рык раздавались со всех сторон, создавая ощущение глубокой, жуткой бездны. Чжан Дашань, подобно кошке, пробирался вперед, легкими, быстрыми шагами, взгляд острый, как у орла, постоянно высматривая следы на земле, сломанные ветки, звериный помет.

И Фань изо всех сил старался не отставать, боялся даже дышать. Впервые он так ясно ощутил величие природы и ее смертоносные инстинкты.

Они выслеживали стадо диких оленей. Чжан Дашань затаился с подветренной стороны, подавая знак И Фаню затаить дыхание и ждать. Сердце И Фаня колотилось, как барабан, он крепко сжимал охотничьи вилы, ладони были мокрыми от пота.

Внезапно раздался звук тетивы лука! Стрела пронзила воздух!

Однако почти в тот же миг из боковых кустов выскочила огромная черная тень, неся с собой затхлый запах, прямо на Чжан Дашаня!

Это оказалась затаившаяся взрослая дикая свинья! Клыки, как кинжалы, сверкали пугающим холодным блеском! Она явно была привлечена стадом оленей, но потревоженная охотниками, мгновенно пришла в ярость!

— Уклоняйся! — взревел Чжан Дашань, неуклюже падая в сторону, едва избежав смертельного удара. Однако стрела из лука выпала из его рук.

Дикая свинья, промахнувшись, покрасневшими глазками тут же сменила цель и бросилась на И Фаня, который был ближе и неопытнее!

Смертью пахнуло в лицо! Мозг И Фаня опустел, вся кровь словно застыла. Но в тот момент, когда клыки были готовы вонзиться, перед его глазами мелькнуло больное лицо матери.

Нельзя умирать! Мать ждет лекарства!

Инстинкт самосохранения и ярость загнанного в угол существа мгновенно взорвались! Он не отступил, а, напротив, вложив всю силу, издал хриплый рев, направил охотничьи вилы на шею дикой свиньи и с силой вонзил их!

В момент, когда охотничьи вилы были вонзены, И Фань почувствовал гигантскую, дикую силу, хлынувшую по деревянной рукояти. Ладонь мгновенно треснула, кровь хлынула ручьем! Его самого отбросило назад, он тяжело врезался в сосну, от чего внутренности сместились, а перед глазами замелькали золотые искры.

Охотничьи вилы действительно попали в лопатку дикой свиньи, но неглубоко, лишь окончательно разъярив зверя. Он издал оглушительный рев, тряся головой, кровавые глаза остановились на И Фане, который рухнул на землю, снова застучал копытами, готовясь к смертельному броску.

— Сволочь! Сюда смотри! — в критический момент Чжан Дашань уже поднялся, схватив охотничий нож. Он не бежал, а, наоборот, издал рев, привлекая внимание дикой свиньи. Как старый охотник, он прекрасно знал, что нельзя поворачиваться спиной к такому врагу.

Дикая свинья, как и ожидалось, пришла в ярость, поколебалась и повернула к Чжан Дашаню.

В этот момент передышки! И Фань, превозмогая боль, с трудом поднялся. Желание выжить подавило страх и боль. Он увидел неподалеку упавший лук Чжан Дашаня и лежащую рядом стрелу.

Он не колебался, кубарем бросился туда, схватил лук и стрелу. Невероятная сила рук, выработанная при рубке дров, проявилась в этот момент – он смог натянуть этот большой лук, с которым многие взрослые охотники с трудом справлялись!

Однако дикая свинья и Чжан Дашань сражались, мелькая друг перед другом, их движения были чрезвычайно быстрыми, четкой возможности прицелиться не было. Чжан Дашань, благодаря ловкости и богатому опыту, уворачивался от выпадов клыков, охотничий нож оставлял кровавые царапины на толстой шкуре дикой свиньи, но не мог нанести смертельного ранения.

— Глаза! Стреляй в глаза! — Чжан Дашань, уворачиваясь от ударов, кричал изо всех сил.

Сердце И Фаня колотилось, пот заливал глаза, щипал и болел, но он заставил себя успокоить дыхание. Лицо матери, разбросанные по земле дрова, наглые черты Ван Ху, величественное лицо старого старосты… Бесчисленные образы пронеслись в голове, наконец, сфокусировавшись в ледяной сосредоточенности.

Он задержал дыхание, натянул тетиву до предела.

В тот момент, когда дикая свинья снова поднялась на задние ноги и бросилась на Чжан Дашаня, ее уродливая голова на мгновение замерла.

Сейчас!

— Вжик! —

Стрела сорвалась с тетивы, унося всю надежду и силу И Фаня, превратившись в размытую черную линию, точно вонзившись в один из ее кроваво-красных глаз!

— Аоооо! —

Дикий, пронзительный вой мгновенно разорвал тишину леса! Дикая свинья обезумела, потеряла ориентацию, от боли она бешено кружилась на месте, врезаясь в деревья, толстые, как чаша, стволы ломались с легкостью.

Чжан Дашань воспользовался моментом, чтобы вырваться, перекатился к И Фаню. Взгляд на юношу был полон шока и ужаса, но еще больше – восхищения.

— Молодец! Смелый парень!

Но дикая свинья оказалась невероятно живучей. Даже ослепнув на один глаз, она оставалась дикой и неукротимой. Пробежавшись бесцельно, она, полагаясь на запах и второй глаз, снова побрела в их сторону. Скорость ее была намного ниже, траектория – не прямой.

— Она не может! Не лезь на рожон, измотаем ее! — Чжан Дашань, опытный охотник, поднял И Фаня, и они продолжали отступать, кружа вокруг нее.

Наконец, это огромное животное, обессилев от потери крови и боли, после очередного бешеного броска рухнуло наземь. Ноги дернулись пару раз и замерли.

В лесу снова воцарилась тишина, слышалось лишь тяжелое дыхание двоих.

Глядя на огромный труп, И Фань только сейчас почувствовал приступ страха. Ноги подогнулись, он едва мог стоять. Чжан Дашань поддержал его, осмотрел рану на его ладони и похлопал по плечу: — Первый раз увидел кровь, да еще такого гиганта… Не обделался – уже герой!

Они немного отдохнули, обработали раны. Чжан Дашань умело обескровил и начал разделывать дикую свинью. Эта туша стоила немало – мясо, шкура, клыки могли принести хорошую цену.

— Малец, это ты сбил эту свинью последней стрелой. По лесным правилам, большая доля твоя, — сказал Чжан Дашань, занимаясь делом.

И Фань покачал головой: — Дядя Дашань, без вас я бы давно погиб. К тому же, правила входа в горы учили вы. Как делить добычу, решайте вы. Мне нужно… мне нужны только деньги на лекарства для матери.

Чжан Дашань взглянул на него, не споря. Но в душе он стал еще выше ценить этого тихого, стойкого юношу.

По дороге обратно в деревню И Фань нес на плече тяжелое мясо. Рана на плече снова потерлась, кровь пропитала одежду, но он не чувствовал боли. Сердце было наполнено радостью от того, что выжил, и уверенностью, что теперь сможет вылечить мать.

Однако, едва они принесли добычу к входу в деревню, новость разнеслась по всей деревне, словно на крыльях.

Когда жители увидели огромные клыки дикой свиньи и И Фаня, покрытого кровью, их взгляды изменились. Это было уже не просто сочувствие, а смесь удивления, восхищения и даже некоторого трепета.

Ван Ху, Ли Эргоу и Чжао Сань тоже пришли, заслышав новость. Увидев огромную тушу дикой свиньи и охотничьи вилы с пятнами крови в руках И Фаня, лицо Ван Ху дернулось. Его взгляд стал мрачным и сложным. Впервые в его глазах, кроме привычного презрения, появился едва уловимый страх.

Этот молчаливый парень, который только и знал, что рубить дрова, осмелился войти в Хэйфэнлин и убить дикую свинью, с которой даже старые охотники с трудом справлялись?

И Фань не смотрел на них. Он направился прямиком домой, в голове была лишь одна мысль:

«Мама, у нас есть лекарство».

http://tl.rulate.ru/book/182421/17471047