Готовый перевод Quick Transmigration: Fifty Lives to Reclaim Her Own / Пятьдесят жизней за один шанс вернуться: Глава 14

Закончив со всеми делами, капитан Ван вернулся в отдел уголовного розыска.

Наконец-то разорвав связь с Вэнь Ли, Му Цинъя почувствовала облегчение.

Завтра нужно было идти в школу, поэтому Цинъя решила купить кое-что из предметов первой необходимости и еды, в идеале – мясо.

Так она неспешно направилась в кооперативный магазин.

Она купила зубную пасту, зубную щетку, полотенце для умывания и другие предметы первой необходимости.

Все эти бытовые вещи в доме пришли в негодность, но прежняя хозяйка, Му Цинъя, не могла заставить себя их поменять.

Цинъя купила еще ручки и тетради, после чего вышла из кооперативного магазина.

Затем она отправилась на рынок и остановилась у мясной лавки. Она обратилась к мяснику:

«Дядя, у меня нет мясных талонов, вы не могли бы продать мне немного мяса?»

Мясник, широкоплечий и дородный, выглядел сурово.

Но увидев перед собой юную девушку, он смягчил тон:

«Девочка, без мясных талонов сейчас мясо не купишь».

Цинъя, со слезами на глазах, ответила мяснику: «Дядя, у меня действительно нет мясных талонов».

«Вы не могли бы продать мне совсем немножко? Я заплачу вам больше денег».

Мясник, глядя на хрупкую Цинъя, почувствовал жалость.

Он тихо спросил: «Где твои мама и папа? У них тоже нет мясных талонов?»

Цинъя, с покрасневшими глазами, ответила: «Мой папа был полицейским, он погиб шесть лет назад».

«А моя мама снова вышла замуж. Она бросила меня дома и не забрала».

«Я живу одна с десяти лет, и уже очень давно не ела мяса».

«У меня есть пособие, которое оставил мне отец, но нет мясных талонов. Продайте мне хоть немного!»

Сказав это, Цинъя посмотрела на дядю с самым жалким видом.

Мясник, увидев, что Цинъя вот-вот расплачется, почувствовал, как у него сжалось сердце.

«Дитя, давай так: я отмерю тебе два цзиня мяса, а деньги ты мне просто заплатишь. Талоны не нужны».

С этими словами он стиснул зубы и отрезал Цинъя два цзиня свиной грудинки.

Затем он посмотрел на кучу больших костей, лежавших на доске.

Он выбрал несколько с большим количеством мяса, положил их в пакет и вместе со свиной грудинкой протянул Цинъя.

Цинъя взяла мясо и кости, быстро вытащила деньги из кармана и протянула мяснику.

Мясник взял деньги по рыночной цене, не учитывая стоимость талонов.

Но Цинъя не хотела пользоваться его добротой. Уходя, она дала мяснику еще один юань и, взяв покупки, убежала.

Мясник, глядя на удаляющуюся спину Цинъя, пробормотал себе под нос:

«Эта девочка так несчастна, и при этом такая разумная. Как может сердце матери быть таким жестоким?»

«Бросить собственного ребенка, точно нехороший человек».

Цинъя пробежала добрых двести метров, прежде чем остановиться, тяжело дыша.

«Интересно, – подумала она, – прикинуться маленькой несчастной оказалось полезно. Теперь будет мясо».

Цинъя огляделась по сторонам и нашла укромное место, куда никто не мог заглянуть. Она поместила мясо и кости в свое пространственное хранилище.

Если бы она понесла их домой так, её бы наверняка засыпали вопросами у входа в переулок.

Хотя от нескольких вопросов ничего бы не случилось, Цинъя все равно не любила лишние хлопоты.

Дела, которые она планировала сделать сегодня, были закончены.

Цинъя неспешно пошла домой, обдумывая свою дальнейшую жизнь, но все равно чувствовала некоторую растерянность.

Она ведь была перенесена сюда, и хотя у нее были воспоминания прежней Му Цинъя, сама она жила в 2024 году.

Переместившись в 1977 год, она испытывала много неудобств.

А самой большой проблемой сейчас было чувство одиночества.

Она никак не могла вписаться в это общество, боялась сказать что-то не то или сделать что-то не так, каждый день была осторожна.

Приходилось также опасаться тех, кто хотел ей навредить. И хотя она разорвала отношения с Вэнь Ли,

учитывая характеры Вэнь Ли и Ван Ху, они вряд ли легко отстанут от нее. Думая об этом, Цинъя чувствовала себя утомленной.

Она вернулась домой. За день, проведенный вне дома, огонь в печи давно погас, в комнате было холодно.

В доме Цинъя печь для готовки была соединена с теплым лежаком.

Пока огонь в печи горел, лежак оставался горячим, и в комнате было тепло.

Как только Цинъя вошла в дом, она ловко принялась разжигать огонь, а затем подбросила уголь в печь.

Тут Цинъя заметила, что дома угля осталось немного.

Сегодня она не обратила на это внимания, завтра придется найти время, чтобы купить еще угля, иначе зимние ночи будут очень холодными.

Разожгив печь, Цинъя достала мясо из пространственного хранилища.

Тщательно вымыв его, она отделила жир, вытопила его в смалец и перелила в небольшую емкость, чтобы использовать для жарки.

Остальное нежирное мясо она тоже приготовила, а затем поместила обратно в пространственное хранилище.

Поскольку она очень давно не ела мяса,

Цинъя, пока вытапливала жир, уже не могла дождаться и съела больше половины вытопленного жира, поэтому сейчас она была не очень голодна.

Несмотря на это, Цинъя решила приготовить еще еды и поместить ее в пространственное хранилище, чтобы можно было достать, когда проголодается.

Она вымыла большие кости и поставила их вариться в кастрюле. Она достала картофель и нарезала его.

Когда бульон из костей почти сварился, по дому поплыл аромат. Добавив картофель, она потушила еще несколько минут.

Большая кастрюля тушеной с картошкой кости была готова. Цинъя нашла большую миску, переложила туда блюдо и поместила его прямо в пространственное хранилище.

Когда захочется поесть, она просто достанет его – оно будет горячим!

Этой большой миски тушеных с картошкой костей хватит ей одной на два-три дня.

Затем она приготовила еще две кастрюли риса, пожарила несколько зеленых овощей, и, наконец, нашинковала соленья и смешала их, все вместе отправив в пространственное хранилище.

Она боялась проснуться голодной среди ночи, поэтому перед сном, с тушеными костями и картошкой, съела полмиски риса и легла спать.

Опасаясь, что Ван Ху снова придет ночью, она придвинула стол к двери, чтобы запереть ее.

Затем она перевернула на стол стеклянную бутылку: как только дверь приоткроется, бутылка упадет.

Сделав все, Цинъя легла в постель и снова и снова размышляла о делах этого времени.

Хотя она родилась в будущем, из-за юного возраста она не очень хорошо помнила события семидесятых и восьмидесятых годов.

Она смутно припоминала, что восстановление вступительных экзаменов в вузы должно было произойти в этом году.

Из-за последствий «культурной революции» система вступительных экзаменов была прервана на десять лет и только в 1977 году была восстановлена.

Это решение о восстановлении вступительных экзаменов было предложено высшим руководством.

Целью было отобрать таланты для поступления в вузы путем проведения единого экзамена и отбора лучших.

В то время к абитуриентам, допущенным к восстановленным вступительным экзаменам, относились: рабочие, крестьяне, молодые специалисты, направленные в деревни и вернувшиеся в родные места, демобилизованные военнослужащие, кадровые сотрудники и выпускники старших классов.

Это решение не только расширило доступ к высшему образованию, но и изменило судьбы бесчисленного количества людей, став важным шагом перед реформами и открытостью.

Поскольку Цинъя только несколько дней назад оказалась здесь, она еще не знала, какова текущая ситуация.

Она решила завтра, когда пойдет в школу, спросить у учителя Чжана. С этими мыслями Цинъя уснула.

http://tl.rulate.ru/book/181648/18028362