Готовый перевод Legend of the Reaper / Легенда о Жнеце: Глава 2: Человек ветра

Небо в тот послеобеденный час нависло низко, словно зимняя хандра, которая в этот раз запоздала.

Тяжелый воздух, сулящий скорый снегопад, давил на все вокруг, проникая даже в конференц-зал на седьмом этаже здания Чанъён, что стоит подле Кванхвамуна.

Двенадцать мужчин и женщин, сидевших вокруг прямоугольного стола, застыли с напряженными лицами, словно кожей чувствуя тяжелую атмосферу, царившую в помещении.

— С тех пор как я вступил в должность, я впервые вижу такие результаты тестов! Вы, ублюдки! Я говорю, что впервые вижу, чтобы итоги шестнадцати профессиональных тестов были такими паршивыми. Черт… Особенно ты, капитан первой команды охраны, менеджер Ким Хёвон… Ты, сукин сын… Если капитан в таком состоянии, то вся твоя команда — покойники, и я не могу гарантировать даже безопасность Вашего Превосходительства. А? Ах ты, дрянь… Из-за твоих действий — человека, который якобы обладает лучшими навыками в Республике Корея, — жизни девяти элитных оперативников были уничтожены! Ах ты, подонок.

Лицо начальника службы охраны Ли Дэсика побагровело, как спелый финик.

Начальник службы охраны Ли Дэсик.

Выходец из генерал-лейтенантов армии Республики Корея, он был человеком сурового нрава, не шедшим на компромиссы с несправедливостью, настоящим воином до мозга костей. О нем говорили, что он солдат от рождения, четко знающий, где поставить точку.

Когда он выходил из себя, он, не разбирая, мужчина перед ним или женщина, мог отвесить пинка, за что среди подчиненных получил прозвища Ли-Псих и Пёс Дэсик.

Однако он не был злопамятным, поэтому, как ни странно, о нем сохранялось скорее хорошее впечатление.

Сейчас лицо этого самого Ли Дэсика раскраснелось, как у раненого кабана, и он свирепо смотрел на Ким Хёвона, капитана первой команды охраны, будто желая его прикончить.

— Ким Хёвон… Ах ты, подонок! Как ты объяснишь тот факт, что из-за тебя, якобы сильнейшего в истории Республики Корея… нет, сильнейшего в мире, вся твоя команда была полностью истреблена? А? И ты после этого называешь себя капитаном команды асов? Ах ты, гаденыш, которого и заживо сгрызть мало.

На лбу главы секретариата Ли выступили вздувшиеся вены, отчего его и без того грозный вид стал еще страшнее.

Капитану первой команды охраны Ким Хёвону был тридцать один год.

Ким Хёвон был лучшим среди элиты, обладающим величайшими способностями и силой в истории вооруженных сил Республики Корея. Его имя стало легендарным не только на родине, но и в ЦРУ, и в Корпусе морской пехоты США.

Одна из его многочисленных легенд — одиночное противостояние с шестьюдесятью бойцами спецотдела морской пехоты США — была внесена в учебные пособия по боевой подготовке как Республики Корея, так и ВМС США.

Особенно бой с организацией под названием «Кровавый тигр» — контртеррористическая операция, ставшая легендой по запросу Центрального разведывательного управления США, — послужил поводом для вывода о том, что масштаб его способностей невозможно измерить никакими стандартами.

Результатом той битвы стало то, что террористические группировки по всему миру притихли, а благодаря тому факту, что он был оперативником Республики Корея, оценка боеспособности страны взлетела на самый верх.

Глава секретариата Ли, не сводя глаз с Ким Хёвона, процедил сквозь зубы:

— Ким Хёвон… С сегодняшнего дня ты и вся твоя команда отправляетесь на адские тренировки в первую бригаду. Плевать, сдохнете вы там или нет, будете тренироваться до особого распоряжения. Понял? Щенок?!

Ким Хёвон слабо улыбнулся, чувствуя, что голос главы секретариата Ли доносится до него откуда-то издалека.

Его расфокусированный взгляд был устремлен на лежащие на столе документы с результатами тестов.

— Эй! Ким Хёвон… Ким Хёвон, мать твою!

Видя, что Ким Хёвон не отвечает, несмотря на неоднократные окрики, глава секретариата Ли сверкнул глазами и плотно сжал челюсти.

Глава секретариата Ли швырнул пепельницу, стоявшую на столе, и резко вскочил со стула.

— Эй, ты, придурок! У тебя в ушах пробки? Или ты мои слова в грош не ставишь?

Сидевшая рядом с Ким Хёвоном Ли Инхе поспешно затрясла его за бок и зашептала:

— Старший Ким! Вы что творите? Жить надоело? Глава секретариата зовет вас!

Взгляд Ким Хёвона переметился с лица Ли Инхе на лицо Ли Дэсика.

— Эй! Ах ты, паршивец! Собачатины с крысиным ядом объелся? С ума сходишь, смерти ищешь?

— …

— Сволочь! Ты! Снимай форму. Пиши заявление об уходе, твою мать!

— Слушаюсь… Я напишу… заявление.

В одно мгновение в зале заседаний воцарилась ледяная тишина.

Лицо главы секретариата Ли застыло, и он произнес низким голосом:

— Все свободны, остаться только капитану Ким Хёвону. На этом собрание окончено.

Все вышли из зала с мертвенно-бледными лицами. Это было нешуточное дело.

Никто не сомневался, что слова главы секретариата Ли об увольнении были брошены в порыве гнева.

В опустевшем зале повисло странное напряжение.

Узкие глаза главы секретариата Ли сузились еще сильнее, и раздался тихий голос:

— Майор Ким Хёвон…

— …

— Ким Хёвон! Ублюдок!

— …

— Хёвон, ты, щенок…

Почувствовав, как голос главы секретариата Ли едва заметно дрогнул, Ким Хёвон вздохнул, понимая, что если не ответит, то его ноги превратятся в решето от пинков.

— Да…

Глава секретариата Ли молча сверлил Ким Хёвона взглядом.

— В чем причина?

— …

— Ты сегодня решил меня в могилу свести? Отвечай, пока я по-хорошему спрашиваю. Ты же знаешь мой характер?

— …Я развелся. Вчера…

— …Почему?

— …

— Не скажешь?

— …Нет.

Взгляд Ли Дэсика стал задумчивым и сложным.

Резкий ветер сотряс стеклянную дверь ресторана. Температура на улице внезапно упала, и прохожих стало совсем мало.

Внутри заведения, возможно, из-за того, что Ким Хёвон был постоянным клиентом, в печи жарко полыхал огонь.

Из-за холодной погоды посетителей не было, и лишь из угла доносился негромкий говор собравшихся вместе женщин-официанток.

Взгляд Ким Хёвона, устремленный на рюмку на столе, казался измученным.

Он думал, что развод не станет для него чем-то значимым, но неожиданно для себя почувствовал, как странное ощущение утраты и бессилия сковало его.

Даже когда он с опозданием узнал об измене жены, Чха Ынми, он не почувствовал горечи предательства.

Просто когда ты был чьим-то мужем, а она — женой, и вдруг это исчезает… это непривычное чувство пустоты ощущалось как нечто чужеродное.

Признаки охлаждения и грядущего развода со стороны Чха Ынми появились еще четыре месяца назад.

Вернувшись из поездки, в которой он сопровождал президента во время визита в Европу, Ким Хёвон заметил, что его жена, Чха Ынми, стала часто уходить из дома и поздно возвращаться, из-за чего в их отношениях наступил период резкого похолодания.

Для пары, чей брак длился менее двух лет и которую еще можно было назвать молодоженами, ситуация стремительно катилась к непредсказуемому краху. Их отношения напоминали натянутый канат, который оба тянули в разные стороны.

Характер Ким Хёвона, прежде веселый и склонный к шуткам, начал меняться.

Два месяца назад.

Чха Ынми, глядя в спину Ким Хёвону, который брился в ванной перед уходом на работу, сухим голосом оборвала их связь:

— Давай… разведемся.

— …Мне было любопытно, когда ты наконец это скажешь…

Ким Хёвон усмехнулся и посмотрел в зеркало на лицо своей жены, Чха Ынми.

Она смотрела на него с застывшим выражением лица и сказала:

— Твой голос… твое дыхание… мне противен даже твой запах. Мне слишком тяжело это выносить…

Ким Хёвон пристально посмотрел на Чха Ынми и кивнул.

— Если ты уже выбрала путь, с которого нет возврата… тут ничего не поделаешь. Будет трудно объясниться перед родителями, но это то, через что придется пройти… Хорошо. Днем я пришлю документы…

Ким Хёвон горько улыбнулся, глядя на Чха Ынми.

— …Ты даже не спросишь о причине?

Ким Хёвон на мгновение задумался и, усмехнувшись, ответил:

— Спрашивать о причинах у женщины, которой стали противны мой голос, дыхание и даже запах — это глупость. Я думал, ты честно расскажешь о человеке по имени Пак Тонгю… это было немного неожиданно.

— Ты… знал?

— Хм… Как-никак я государственный агент… Выяснить причину твоего отдаления или измены — дело хлопотное, но не такое уж сложное.

— Жестоко.

Лицо Чха Ынми смертельно побледнело.

— Я понимаю, о чем ты беспокоишься, но того, о чем ты думаешь, не случится. Мой разум гораздо сильнее, чем ты обо мне думаешь…

— …

— Чха Ынми! Хотя я и ожидал этого, чувство потери оказалось на удивление сильным. Можешь утешиться этим. У нас есть этот дом и немного акций… Не совсем подходит под определение алиментов, но раз у меня ничего нет, то и дать больше нечего… Я заберу вещи, как только подыщу жилье.

— …Прости.

В глазах Чха Ынми заблестели слезы.

— Не плачь… это похоже на крокодильи слезы. Насчет Пак Тонгю я ничего не разузнавал. Впрочем, даже если бы и разузнал, в этом нет никакого смысла…

В тот же день после обеда Ким Хёвон передал документы, а вчера днем они развелись.

Входная дверь распахнулась, и вместе с холодным ветром вошел глава секретариата Ли.

Ли Дэсик, человек по натуре простой, органически не переваривал караоке-бары или дорогие развлекательные заведения, но иногда заходил в этот ресторанчик с Ким Хёвоном, чтобы выпить по рюмке соджу под свиные ребрышки.

Сняв пальто, он решительно подошел и тяжело опустился на стул напротив Ким Хёвона.

— Долго ждал?

— Нет, глава секретариата!

От слов Ким Хёвона на лбу главы секретариата Ли прорезалась глубокая складка.

— Мать твою! Я же просил в неформальной обстановке называть меня братом, а ты ни черта не слушаешь. Паршивец… А ну, налей-ка мне полную рюмку, живей!

Ким Хёвон невольно усмехнулся и взял бутылку соджу.

— Хорошо, брат.

Ли Дэсик выпил три рюмки подряд.

— Кха-а… Горькая…

После выпитого лицо Ли Дэсика раскраснелось. Его взгляд стал мягче, он посмотрел на Ким Хёвона.

— Хёвон! Знаешь, почему я выпил три рюмки кряду?

— …

— Первая рюмка — это извинение начальника за то, что не заметил беды подчиненного… Вторая — просьба о прощении брата, который не знал о боли любимого младшего брата… А третья — это чтобы ты понял эгоистичное желание мужчины по имени Ли Дэсик, который не может позволить такому сильному человеку Республики Корея сломаться из-за подобного. Понимаешь меня?

Взгляд Ким Хёвона стал спокойным.

— Я понял, брат!

— Тебе нужна помощь?

— …Думаю, мне понадобятся деньги… Мое нынешнее жилье не совсем удобное…

— Понял. Завтра все подготовлю. Сделаю с запасом, но если не хватит — скажи… Что-нибудь еще?

Ким Хёвон прямо посмотрел в лицо Ли Дэсику и заговорил:

— Дайте мне отпуск.

— На сколько?

— На месяц…

— …Вот же упрямец… Хорошо. Но если по возвращении ты будешь в таком же состоянии — пеняй на себя. Понял?

— Так точно!

— Ну! Давай пить… Больше я тебя ни о чем расспрашивать не буду, так что расслабься…

Ли Дэсик молча наблюдал за Ким Хёвоном, осушающим рюмку, и думал:

«Удивительно было увидеть, как колеблется самый сильный человек в мире… Хе-хе… И подумать только, что осознание того, что в его жилах течет нечто человеческое, может быть таким приятным… Впрочем, кто сможет удержать его… Ведь он — человек, подобный ветру…»

http://tl.rulate.ru/book/181273/17023679