Готовый перевод Swordmaster of the Noble Frame / Мастер меча с крепким костяком: Глава 6: Это станет важнее

Не ожидал, что шанс представится так быстро.

— Что стоите? Закрывайте скорее.

— А? Ой... Но кто вы...?

Я старался говорить величественно, напустив на себя вид «Актерской игры». На самом деле внутри мне хотелось кричать.

Каким бы высоким ни был показатель силы, противостоять толпе — затея сомнительная. Однако вклиниться в этот краткий миг предельного напряжения и удержать обе стороны было вполне реально.

У меня нет мышц, которые могли бы растянуться или порваться, и я не чувствую усталости. Пока кости не разлетятся в щепки, я могу тянуть и толкать бесконечно.

— Да что вы возитесь, быстрее! Хотите увидеть, как кого-то пополам раздавит?!

В итоге истинные чувства вырвались наружу.

— Попо... А? О-о, есть! Сейчас!

С появлением союзника стражники выжали из себя последние силы.

Грохот! Бам!

Наконец я увидел своими пустыми глазницами, как разводной мост плотно сомкнулся. Проход был полностью заблокирован. Мост, вставший вертикально, слился с мощной стеной в единое целое.

Когда ворота закрылись, поднялось облако густой пыли. По старой человеческой привычке я замахал рукой перед лицом. Каменная крошка, забившаяся в щели доспеха, вызывала неприятное чувство.

Возникло дежавю, и я пошевелил руками. К счастью, пока я тянул цепи, кости не треснули. Это беспокоило... Но был способ предотвратить переломы или вывихи — поднять силу еще выше.

«Кстати, я же уровень повысил».

События навалились одно за другим, и мне было не до того. В уголке сознания я начертал: «Окно статуса».

Полупрозрачное синее окно всплыло перед глазами, словно поглощая пустоту.

— Динь!

— Вялый скелет УР. 4

— Имя: Отсутствует.

— Мудрость: 21

— Телосложение: ?

— Сила: 34

— Ловкость: 19

— Уровень насыщения демонической энергией: 6.38%

[Свободные очки: 6]

На всякий случай я коснулся знака вопроса у телосложения. Ничего не изменилось. По синему окну лишь пробежала рябь. Очки не потратились.

«Значит ли это, что для нежити телосложение не имеет смысла?»

Хм...

После недолгих раздумий я вложил все 6 очков в силу.

— Сила: 34 (+6)

Мой уровень еще очень мал. Наверняка поднять его снова будет нетрудно. Недостающие характеристики можно восполнить позже. Вместо того чтобы равномерно развивать способности, сейчас казалось разумнее сосредоточиться на чем-то одном выдающемся.

Неизвестно, сколько продлится этот хаос, так что физическая мощь необходима.

«Начинается».

Костяк пронзила мощь, от которой задрожало все естество. Нахлынул прилив воодушевления. Это чувство вызывало привыкание.

— Откройте ворота! Вы, гнусные жадины!

— С какой стати вы забрали все лекарства, не предложив ничего взамен?!

«Шумно».

Стоя на стене, можно услышать множество голосов. И когда они направлены против эксплуататоров, в них никогда не бывает гармонии.

Изгнанники — слабые, запершиеся за воротами — сильные. Между ними и мной возникла эта острая, удобная для манипуляций связь. Обвинения и злословие слабых часто воспринимаются как их законное право.

Жители территории с факелами в руках выстроились в грубое подобие строя. Мое внимание привлек резкий гнусавый голос, пробившийся сквозь их ярость.

— Неужели у людей нет сострадания?!

Женщина с густым смоки-макияжем разминала плечо, словно оно у нее затекло.

— А-а... Запасы на нуле... Это все из-за тебя. Ты совершенно бесполезен!

Она с силой пнула какой-то предмет. Это была кукла, лицо которой было раскрашено пятнистыми узорами.

Кажется, она держала эту уродливую куклу и кричала что-то вроде: «Спасите хотя бы моего ребенка»...

«Пыталась вызвать жалость?»

На поле боя это обычное дело — использовать детей как щит. Хотя это была всего лишь кукла.

Человеческая женщина с раздражением зажала в губах трубку. Выпуская густую слюну, она выдохнула мутный дым. Черного цвета, какого я никогда раньше не видел.

«Необычно».

Судя по тому, как она пошатывалась, придерживая живот, она была под кайфом. Возможно, для нее эти моменты забвения — единственный вход в рай.

Глядя на то, что происходит... Пусть даже рыцари ушли, как можно так открыто курить подобную дрянь? Насколько же всё плохо снаружи?

Я подозрительно смотрел вслед уходящей женщине, когда меня окликнули.

— Свельв Майло?..

Голос, слегка охрипший от возраста, заставил меня обернуться. Это был мужчина средних лет с седеющими волосами. Его пристальный взгляд был полон подозрения.

Я держался на расстоянии от этого настороженного взгляда и осмотрел его снаряжение. Ножны на левом боку были ухожены с величайшим тщанием. Кожаный ремень прослужит еще лет пять. У него немного выпирал живот, но это, скорее, возрастное. Судя по крепким голеням и бедрам, он тренируется регулярно.

Тщательная подготовка, несмотря на поспешный выход. Я примерно понял, что он за человек.

— А.

Я не стал отвечать длинно. Так принято. Запечатленные в привычках безразличие и высокомерие были самым надежным доказательством моей личности.

— Значит... это правда. Не верится, что вы стали Апостолом Эреба.

«Как далеко уже разошлись эти слухи?..»

— Я рад, что ваше состояние улучшилось.

«Ваше состояние покоится трупом в шкафу!»

— Да, о-о-очень признателен.

— Поздравляю!

Хотя я получал только насмешки. От того, как постоянно пересматривался образ Эреба, у меня нутро сводило. Я протянул руку над его головой.

— Что это вы делаете?

— Я буду горячо молиться, чтобы бог посетил и тебя.

— О-о. Какая честь.

Начальник стражи Хэнсон поклонился, сменив гнев на милость. Он был из тех, кто беспрекословно принимает иерархию. Даже если перед ним — третий никчемный сын графа.

— Вы нас спасли. Не думал, что протест перерастет в такое насилие...

— Это редкость?

— Обстановка была неспокойной, но такое впервые. Камни в окна — это уже обычное дело, но чтобы так...

— Нагло.

— Кажется, они воспользовались тем, что рыцари покинули пост.

Начальник стражи выложил всё как на духу. Похоже, он смирился с моим состоянием.

Лудера, выглядывавшая у меня из-за спины, помахала рукой. Она одними губами прошептала, что всё хорошо объяснила. Мне хотелось погладить ее по голове, но вокруг было слишком много лишних глаз, так что я воздержался.

Подавив неловкость, я указал пальцем вдаль. Хэнсон проследил за направлением, и его взгляд посуровел. Чувство неприязни и презрения накатило на меня, словно хмель. Даже я, встретившись с ним спустя долгое время, смог частично прочитать его мысли.

— Те вон там — подстрекатели, верно?

Там были те, перед кем заискивала девица с темным макияжем. Они смотрели на ярость жителей территории так, словно их это не касалось. Наслаждались покоем в безопасном месте. Позволяли себе вольности с женщиной. Уплетали лоснящееся от жира мясо.

«Тоже хотел бы я жить так беззаботно».

Хэнсон нахмурился, придерживая длинный меч на поясе. Я невольно поежился.

— В темноте плохо видно... но, господин Свельв, думаю, вы правы.

«Для человеческого зрения — возможно».

Я наблюдал за ними с того самого момента, когда ворота еще были открыты. Когда отважный юноша, шедший в авангарде, сорвался с высоты, лысый мужчина с татуировкой в виде пера на предплечье захлопал в ладоши. А когда старика, потерявшего трость, затоптали насмерть, я видел, как в кармане мужчины с тонкими чертами лица перекочевали пять золотых монет.

Интересно, на что они спорили? На очередность смертей? На то, куда вонзится копье?

В смерти юноши и старика не было пылающего гнева. Тем более не было угрызений совести, чтобы оплакивать их или смотреть с тяжелым сердцем. Я и сам больше не человек. Мне трудно беспокоиться о таких вещах. Просто сама сцена того, как они бесчинствуют... Тот факт, что их мир пересекается с моим, неприятен. Вот откуда берется это липкое чувство тревоги.

«Даже не дают времени разобраться с проклятием».

Ситуация слишком скверная, чтобы я мог спокойно предаваться своим раздумьям. А главное — мне отчаянно нужно проявить себя.

— Но как вы поняли, что происходит? Как вы смогли узнать об этом?..

— Догадался. Когда люди собираются в такую толпу, причин может быть всего две, не так ли?

— Каких именно?

Реакция Хэнсона, который искренне интересовался моим мнением, заставила меня усмехнуться.

— Либо лорд — кусок дерьма, и им захотелось отведать вкуса вил.

— ...Это опасное заявление. Наш лорд не устанавливает неоправданных налогов, он истинный воин, исполняющий волю Его Величества Императора...

— Какой ты зануда.

Я перестал паясничать. Ветер донес запах масла из факелов. Я представил его липкое прикосновение.

Мне вспомнились методы тех, у кого черная душа. «Либо кто-то собрал все недовольство и швырнул его в самого высокопоставленного человека. И тогда всё вспыхнет само собой». Как проклятие.

— Хм-м-м.

Слова Хэнсона застряли у него в горле. Его лицо побледнело, словно он погрузился в глубокую печаль.

— Если понадобишься, я позову.

Бросив эту фразу, я спустился вниз. Лудера ждала меня. Она прижалась своей маленькой грудью к моему предплечью и склонила голову набок.

— Мы в ловушке, как крысы в банке.

Несмотря на простодушный вид, её аналитические способности были холодными. Возможно, окружение заставило её измениться. Лудера слишком быстро повзрослела. От этой мысли на душе стало тоскливо. Скрывая упадок сил, я возразил ей:

— Мы всё ещё можем выйти наружу.

— Неужели ты собираешься прыгнуть сверху? Но... это опасно для тебя, брат. Ты ударишься о камни и рассыплешься на мелкие осколки. — И добавила: — Хочешь... я устрою тебе кремацию?

Клац!

Жуткое беспокойство преградило мне путь. Её взгляд был устремлен на сторожевые башни и парапеты внизу, словно она их в чем-то винила. Она наверняка представляла, как я позорно падаю. Картинка того, как у меня ломаются лодыжки, не пройдя и нескольких шагов. Ведь в её памяти я был лишь немощным больным, раздавленным собственным бессилием.

«Сколько бы я ни старался выглядеть круто, в глазах Лудеры я всё еще не заслуживаю доверия?»

Это можно было понять. Я мягко взъерошил её волосы. Нужно было сказать что-то, что развеет её страхи. Глядя на Лудеру, которая была свежа как всегда, я произнес:

— За кого ты меня принимаешь?

Обойдя внешнюю стену, мы уперлись в тупик. На каменном основании стояла конюшня из сухих бревен. Замка на входе не было. Внутри тоже не чувствовалось присутствия людей. Похоже, смотритель на время отошел.

По спине пробежал холодок.

«Кто мог прийти сюда ночью?..»

Подавив нехорошее предчувствие, я толкнул тяжелую двойную дверь. Сейчас раздумья не дадут ответа. Нужно спешить.

Лудера держала факел, который тайком сняла со стены. Огонь, едва не потухший на ветру, вспыхнул с новой силой. Колышущийся желтый свет озарил помещение. Пол был усыпан смесью гравия и красновато-бурой земли, которую недавно перекопали. Идеально для того, чтобы лошадь могла поваляться и почесать спину.

«...К запаху примешивается какая-то странная вонь».

Я не мог понять, что это. Старая лошадь, тершаяся крупом о грубую стену, на которой висели поводья и кожаные седла, фыркнула. Её грива, спадающая на проваленный хребет, вздрогнула. В её поведении читалась настороженность по отношению к чужакам. Здесь не было резвых, ржущих коней. Лишь несколько старых кобыл с отвисшими животами лениво переминались с ноги на ногу, забыв о предрассветном сне. Быстрые и сильные молодые лошади, способные скакать по горным тропам, были мобилизованы для рыцарей.

В лицо ударил запах навоза. Лудера зажала нос двумя пальцами. Из её сдавленного носа вырвался тихий гнусавый звук.

— Зачем мы вдруг пришли в конюшню? Филиппа здесь вроде нет.

— Верно. Филипп совершенно бесполезен.

— Тебе просто не нравится Филипп...

— Я имею в виду, что пришел сюда не за тем, чтобы одолжить лошадь у конюха.

— ...

Мне нужен был тайный путь, способ тихо выбраться наружу. Ведь я не мог, как боялась Лудера, просто прыгнуть со стены. Я не был уверен, что смогу усмирить обезумевших жителей, не покалечив их. В конце концов, они — препятствие, которое пришлось бы прорубать. А что, если при попытке прорыва кто-то пострадает? Тогда это станет отличным топливом для подстрекателей.

«Нужно вырезать кукловодов».

Сколько ни обрубай ветки... Пока корень цел, всё это бессмысленно. Напротив, если остановить их неумело, в следующий раз они прибегнут к еще более изощренным методам.

Лудера осторожно «постучала» по носу старую лошадь, а затем легкой походкой направилась к выходу, залитому лунным светом. С напряжением в глазах она следила, не приближается ли кто-нибудь.

— И-го-го!

— Пуру-ру.

Я прошел мимо лошадей, которые начали понемногу пятиться. Самые догадливые из них по запаху почуяли, что перед ними не человек, и вскинули передние ноги. Думали, что угрожают мне. Я не обращал на них внимания. Бросил им несколько охапок сена, чтобы отвлечь. Выбирал участки земли, где было поменьше навоза.

В конце пути оказался колодец. Для хлева он выглядел на удивление чистым. Я ощупал его края. Пальцы нащупали углубления в камне. Расставив руки, я вставил их в два паза. Приложив такую силу, что латные рукавицы едва не погнулись, я провернул кольцо.

Обычно в эти пазы вставляли два шеста, и устройство вращали два человека. Я же проделал это в одиночку. Искать шесты было лень, да и просить хрупкую Лудеру помочь было немыслимо. Проще было разобраться самому.

«Когда тело в порядке, голове не приходится страдать».

Когда я, крепко обхватив стенку колодца, провернул её на три оборота влево...

Гр-р-р-р!

Внутри колодца что-то заскрежетало, как жернова. Средняя часть колодца выдвинулась, словно ящик. Похоже на систему смены труб.

Журчание.

Вода, потеряв привычное русло, начала просачиваться под землю. Дно, где скапливалась вода, и пространство, уходящее в еще более глубокую тьму, поменялись местами. Спустя пару минут образовался новый проход. Лудера подошла и посмотрела на меня так, словно требовала объяснений. Я почесал затылок и выдал подходящую отговорку.

— Это аварийный выход, ведущий за пределы замка. О нем знают только полноправные члены семьи.

— Вот как...

Почему-то возникло чувство, будто я её обманываю. Хотя я этого и не хотел. Чтобы она не почувствовала себя лишней, я поспешил спуститься в колодец.

— Пошли вниз.

Лудера осторожно ступила на землю. Её руки, обвивавшие мою шею, разжались. Она отошла ровно на три шага от того места, где стоял я. Её звонкие шаги отозвались эхом.

— Вау! Мы под землей, а тут так просторно!

— Потому что это подземная полость.

Пожав плечами, я потянул за рычаг. Колодец, соединявший нас с поверхностью...

Гр-р-р-р.

С вибрацией, сотрясшей всё тело, он собрался заново. Снаружи не должно остаться никаких следов. Сложные пазы подогнаны так искусно, что их и не заметишь. Из перекрытого прохода хлынула грунтовая вода. Причин уклоняться не было, так что я принял этот поток на себя. Промок до нитки. Давно я не попадал под дождь. Вода, стекавшая по позвонкам, скопилась в сабатонах. Почему-то захотелось вздрогнуть.

— Клац-клац.

Я подавил человеческую реакцию, постучав зубами. Сейчас не время для сантиментов.

— ...

На потолке через равные промежутки разливался тусклый свет. Источники света походили на запотевшие стекла очков. Вода на поверхности доспеха поблескивала, рассыпаясь мелкими искрами. Разумеется, это не был свет с поверхности.

— Красиво... Как звездочки. — Пробормотала Лудера. Она указала на потолок и воскликнула: — Я знаю, что это! Семь великих... светящихся камней? Минералы ведь?..

Она не знала точно, лишь смутно догадывалась. Уверенное утверждение к концу фразы сменилось вопросом. Я заполнил пробел в её знаниях.

— Семь великих минералов, светящийся камень. Почти угадала.

— ...

Лудера, у которой покраснели кончики ушей, опустила голову. Прости, но мне сейчас не до того, чтобы реагировать на твою милость. Я посмотрел вглубь прохода, уходящего во тьму. Он напоминал обычную шахту. Деревянные балки надежно подпирали стены и потолок.

«Надеюсь, не обвалится».

В структуру природной пещеры вмешались руки мастеров. Один только механизм колодца был выполнен на высочайшем уровне. Лудере, не имеющей права наследования, знать об этом не полагалось, но мне не было дела до этих правил. Я всегда был тем, кто идет напролом. И то, что я стал скелетом, не повод отказываться от этого преимущества.

Лудера выставила вперед факел. Из-за сажи под глазами она была похожа на настоящего рудокопа. Мы шли около пары минут, а затем остановились. Светящиеся камни закончились, словно шум резко оборвался. Факел в её руке опустился. Тени удлинились, затаив дыхание.

Пустые глазницы вспыхнули синим светом.

«Черт возьми...»

Из самой плоти тьмы выступили человеческие силуэты, преграждая нам путь.

http://tl.rulate.ru/book/180813/16887174