Готовый перевод Moonlight Drawn by Clouds / Лунный свет, очерченный облаками: Глава 29: Кажется, она пришла за мной

Праздник урожая и полнолуния неумолимо приближался — до него оставалось всего четыре дня.

Из-за приготовлений к Торжественному пиру, который должен был состояться в праздничные дни, у обитателей дворца выдались на редкость хлопотные времена.

Без преувеличения, слуги были настолько заняты, что за весь день им не удавалось даже на мгновение присесть. Однако работы впереди все еще оставалось целое море.

Едва закончив дела и вернувшись в павильон Часондан, Раон заметила, что время уже близится к началу Часа Свиньи (позднему вечеру), то есть к девяти часам.

— Уф, как же я устала.

Вернувшись в темную комнату, Раон, не зажигая огня, рухнула прямо на постель.

С тех пор как принцесса обмолвилась, что ей не нравится ее лицо, Ма Джонджа неистовствовал, словно дикий конь, сорвавшийся с привязи.

Он делал все возможное, изводя евнухов, получивших незачёт, придирками и бесконечными поручениями.

То ли из-за того, что под его надзором пришлось без устали отмывать каждый уголок дворца, то ли по какой-то другой причине, но все тело Раон ныло и буквально кричало от боли.

Она потянулась, разминая затекшие руки и ноги, и тяжело вздохнула.

— Ну и натерпелись же вы сегодня, мои бедные ручки и ножки.

Жалея свое уставшее тело, она вдруг поймала себя на мысли, что измотана не только физически.

Этот день выдался тяжелым и для ее души.

Как же сильно она испугалась внезапного появления принцессы Мён Он!

Принцесса, возникшая словно из ниоткуда и ударившая Ма Джонджу по голове... Раон была потрясена ее появлением больше всех остальных.

В тот миг, завидев Мён Он, Раон застыла на месте, словно мышь перед котом.

На лбу выступил холодный пот, а спина невольно выпрямилась.

Однако, вопреки опасениям, принцесса ничего не предприняла.

Она лишь внезапно ударила Ма Джонджу и ушла, не проронив в сторону Раон ни слова. Она даже не удостоила ее случайным взглядом.

Это было полное игнорирование, будто она видела перед собой совершенно незнакомого человека.

И это пугало еще сильнее.

Несколько дней назад благодаря помощи Ли Ёна ей удалось избежать опасности, но, судя по сегодняшнему поведению принцессы, обида в ее сердце все еще жила.

В памяти до сих пор живо стоял тот вечер: глаза принцессы, смотревшие на нее с холодной печалью, и ощущение ледяного металла у горла.

Хотелось просто исчезнуть, провалиться сквозь землю.

— Эх...

Вздох сорвался с губ сам собой.

Мало того что ей приходится скрываться от Его Высочества наследного принца, так теперь еще и принцессу нужно обходить стороной.

Беда не приходит одна — за одной горой вырастает другая.

Но почему же принцесса сделала вид, что не знает ее? Уж лучше бы она назначила какое-нибудь наказание, на душе стало бы легче. Что же у нее на уме?

— Почему всё так непросто?.. А?

Раон, по привычке уставившаяся в темноте на потолочную балку, вдруг прищурилась.

— О...?

В глубоких сумерках ей почудился до боли знакомый силуэт.

Раон поспешно вскочила и зажгла свечу.

Мгновение спустя из ее уст вырвался тихий возглас.

— Ким-хён!

Пён Ён, как ни в чем не бывало, лежал на балке, словно и не исчезал никуда.

При виде его на лице Раон расцвела широкая улыбка. Усталость, давившая на плечи, мгновенно улетучилась, сменившись легкостью.

— Ким-хён, когда вы вернулись?

Раон приветствовала его с таким выражением лица, будто сама готова была запрыгнуть на балку, будь у нее такая возможность.

— Ну что же вы? Как можно было уйти, ничего не сказав? Я так расстроилась. Вы закончили свои дела? Давно вы здесь? Вы уже поели?

Она засыпала его вопросами, не давая перевести дух, но Пён Ён, лежавший к ней спиной, не проронил ни слова.

Это было его обычное поведение, поэтому Раон не придала этому значения.

Она просто спешила высказать все, что накопилось в ее сердце за это время.

— Ким-хён, вы знали? Оказывается, Изящный ученый — это Его Высочество наследный принц! Представляете, как я была потрясена? Кстати, Ким-хён... а вы, случаем, тоже не из королевской семьи? Или... ну, может, тоже занимаете какой-то очень высокий пост?

— ...

— Ну же? Только не говорите, что вы тоже наследный принц или кто-то в этом роде, как Изящный ученый?

— Нет.

Короткий ответ, в котором явно сквозило раздражение.

Тем не менее Раон снова лучезарно улыбнулась, радуясь тому, что наконец услышала его голос.

— А, ну да. Конечно. Наследный принц может быть только один. Значит, вы точно не такой человек, как Изящный ученый? Ох, какое облегчение.

И правда, облегчение.

Она всерьез переживала: а что, если и Ким-хён окажется такой же знатной особой? Она боялась потерять не одного, а сразу двоих людей, с которыми была близка душой. Боялась, что в итоге останется совсем одна в этом огромном павильоне Часондан.

— Какое счастье. Правда, какое счастье.

С облегчением вздохнув, Раон опустилась на пол.

Она не сводила глаз с Пён Ёна, задрав голову вверх.

Сколько же времени прошло? Внимательно наблюдая за ним, Раон с беспокойством в голосе произнесла:

— Ким-хён, кажется, вы немного похудели.

— ...

Плечи Пён Ёна едва заметно дрогнули.

— Ах, что же это я. Ким-хён, подождите немного. Я сейчас принесу вам ужин.

— Не нужно.

— Ну что вы, я мигом. Подождите здесь.

Раон вскочила и уже собиралась выйти из комнаты, чтобы собрать поднос с едой, как вдруг...

— Я сказал, не надо.

Пён Ён, успевший бесшумно спуститься с балки, перехватил Раон за руку.

— Ким-хён.

Лицо Пён Ёна, которого она не видела несколько дней, сильно осунулось. Цвет кожи был нездоровым, как у человека, измученного болезнью.

— Ким-хён, вы приболели?

Встревоженная Раон потянулась к его лбу, чтобы проверить, нет ли жара. Но он отвернулся, и ее рука бессильно опустилась.

— Ким-хён...

— Я здоров.

— Но от вас же осталась половина! Ваша работа была такой тяжелой? Изящный ученый... то есть Его Высочество сказал, что вы отправились на поиски тех, кто связан с зачинщиками народного бунта. Вы столкнулись с опасными людьми? С вами случилось что-то плохое? Ким-хён, ну скажите хоть слово. Мне же не по себе.

Пён Ён пристально посмотрел на Раон, сыпавшую вопросами, словно проливной дождь.

— Ты...

У Пён Ёна тоже было много вопросов.

Это у него на душе было неспокойно.

Но он не мог ничего сказать этой девушке, которая с таким искренним лицом беспокоилась о нем. Он не мог ничего проверить.

Нет... он просто не хотел этого проверять!

Продержав взгляд на Раон еще какое-то время, Пён Ён внезапно развернулся и вышел из комнаты.

— Ким-хён, вы куда? Давайте вместе!

— Раздражаешь.

Раон последовала за ним, словно цыпленок за наседкой.

— Ой?

Но стоило ей выйти из павильона Часондан, как фигура Пён Ёна бесследно исчезла, словно мираж.

Раон огляделась по сторонам, пытаясь отыскать его, но нигде не было даже намека на его тень.

— Ким-хён.

От него, вернувшегося спустя несколько дней, веяло какой-то неописуемой, леденящей душу отстраненностью.

«Почему он так себя ведет?»

Ах, чужая душа — потемки.

И душа Ким-хёна, и душа принцессы.

На следующий день.

С самого рассвета перед Канцелярией евнухов было шумно.

Перед началом рабочего дня прошел приказ о сборе всех евнухов. Служители дворца, независимо от ранга и положения, собрались во дворе канцелярии.

Бум! Бум! Бум!

Под тяжелые звуки барабана евнух Сон поднялся на ступени Сомдоль.

— Все ли в сборе?

В ответ на его вопрос сотни евнухов, столпившихся внизу, одновременно склонили головы.

— Как вы все знаете, через три дня наступит Праздник урожая и полнолуния. В этом году на Торжественном пиру будут присутствовать не только члены королевской семьи и высокопоставленные чиновники, но и послы империи Цин, которые скоро прибудут в Ханьян. Вы должны приложить все усилия для подготовки. Если я замечу хоть малейшую оплошность, пощады не ждите — отведаете палок. Учтите это и проявите всю свою преданность монаршей воле.

Закончив речь, евнух Сон подал знак Ма Джондже, стоявшему прямо перед ним.

Ма Джонджа развернул длинный свиток и громким голосом начал зачитывать распоряжения.

— Внешний пир, на котором будут присутствовать Его Величество, чиновники и послы империи Цин, пройдет, как обычно, в главном зале. За украшение зала и подготовку пира отвечает евнух Ха из покоев короля. Далее, для Внутреннего двора...

В свитке было подробно расписано, кто и что должен делать в соответствии с принадлежностью и статусом евнухов.

Получив задания, евнухи начали расходиться группами. На лицах людей, разбиравшихся по трое и по пятеро, читалось явное напряжение.

Заметив эту необычную атмосферу, Раон вполголоса спросила у Доги:

— Кажется, этот Торжественный пир — очень важное событие.

— Еще бы! Это одно из самых значимых торжеств, устраиваемых королевской семьей. К тому же в этот раз приедут послы империи Цин. Именно поэтому начальство так нервничает.

— Неужели присутствие послов настолько важно?

На вопрос Раон Доги ответил с весьма серьезным видом:

— Ошибочно думать, что это просто повод поесть и повеселиться. Пир с участием послов — это, проще говоря, вопрос престижа и достоинства всей страны. Любая, даже самая мелкая ошибка на приеме станет для них поводом для насмешек. Мы ни в коем случае не должны ударить в грязь лицом перед послами империи Цин.

Раон понимающе кивнула. Тяжелое напряжение, повисшее в воздухе дворца, было вызвано не самим праздником, а именно визитом цинских гостей. Весь дворец словно превратился в туго натянутую тетиву лука.

Пока Раон и Доги разговаривали, назначенные на работы евнухи один за другим покидали Канцелярию евнухов.

Наконец настала очередь младших евнухов.

Ма Джонджа, продолжая читать список, кивнул в сторону тех, кто стоял в самом конце строя.

— Вы сейчас же отправляйтесь в главный зал и павильон Тонмёнджон, заберите оттуда картины и ширмы и доставьте их в художественную академию Тохвасо. Остальные — по своим местам. Ждите дальнейших указаний из ведомства по проведению пиров.

Едва он договорил, как младшие евнухи начали быстро расходиться.

Раон тоже собиралась последовать за ними. Точнее, попыталась.

— Эй вы, лентяи с незачётом!

Раздался голос Ма Джонджи.

Лица Раон, Доги и остальных евнухов, не сдавших экзамен, исказились в гримасе.

«Что еще этот паршивец задумал?»

И предчувствия их не обманули.

Ма Джонджа, заложив руки за спину, с высокомерным видом подошел к ним. На его губах играла холодная, презрительная усмешка.

— Вы, бездари, немедленно отправляйтесь к воротам Танбонмун. Там вас ждут деревья и цветы, которые вы должны высадить на территории дворца до конца дня.

Ма Джонджа вытащил из-за пазухи лист бумаги и швырнул его Доги.

— Там сто деревьев и пять тысяч кустов цветов. Указаны места посадки, виды деревьев, а также сорта и цвета цветов. Чтобы все было выполнено в точности, без единой ошибки!

Услышав это, Доги едва не расплакался.

— Вы хотите, чтобы мы впятером посадили все это за один день?

Это было непосильно много для пятерых человек. Однако Ма Джонджа лишь заносчиво вздернул подбородок, будто вопрос был глупым.

— Ты думаешь, я с самого утра здесь шутки шучу?

— Но...

— Какие же вы болтливые, ни на что не годные твари! А ну, пошли работать! Или вам нужно всыпать палок, чтобы вы пришли в чувство?

Ма Джонджа так яростно уставился на Доги, что ситуация стала угрожающей.

— Нет-нет, мы идем.

Раон поспешила подтолкнуть Доги в спину.

За ними, понурив плечи, последовали и остальные евнухи с незачётом.

— Тьфу, паршивое отродье! Чтоб тебя черти забрали, змея подколодная!

Каждый раз, высаживая куст хризантемы вдоль длинной стены павильона Тонмёнджон, Доги выливал на Ма Джонджу целый ушат ругательств.

Раон, копавшая рядом ямы для деревьев, вытерла пот со лба и рассмеялась.

— Вы все еще сердитесь?

— А как не сердиться? Этот негодяй специально решил нас извести, как тут не злиться!

— Перестаньте, успокойтесь.

— Не могу. И не хочу.

— И все же, хватит ругаться. Мой дедушка говорил, что ругань ест того, кто ее слушает. В чем виноваты эти прекрасные цветы? Они с таким трудом расцвели, а в ответ слышат лишь брань. Бедные растения.

Услышав слова Раон, Доги внимательно посмотрел на нежно-лиловую хризантему.

Ее хрупкие лепестки колыхались на ветру так, будто цветок и вправду поник от обиды. Лицо Доги выразило сожаление.

— Ох... И правда, нехорошо получилось перед вами, цветочки. Но вы на меня не обижайтесь. Это все из-за того проклятого Ма Джонджи. Давайте-ка лучше вы тоже вместе со мной его обругаете!

— Ха-ха-ха!

Раон не сдержалась и расхохоталась над шуткой Доги, который предложил цветам присоединиться к его ругани.

Доги посмотрел на нее с нескрываемым удивлением.

— Евнух Хон, а ты что, совсем не злишься?

— Конечно, злюсь.

— Тогда почему у тебя такой довольный вид?

— Но ведь от того, что я буду злиться, ничего не изменится. Так не лучше ли улыбаться — для собственного здоровья? Вместо того чтобы изводить себя ненавистью, я предпочитаю радоваться тому, что могу сажать деревья и цветы.

— С виду ты — ну прямо нежная барышня из покоев, а по характеру — настоящий муж. Великий человек, не иначе.

— Ха-ха, ну какой из меня «великий человек». Просто стараюсь соответствовать своему имени.

— Имени?

— Меня ведь зовут Раон. Это имя мне дал дедушка, оно означает «радостная». Сказал, чтобы я жила с радостью. Вот я и стараюсь. И честно говоря, сейчас я счастлива как никогда в жизни.

До этого момента жизнь для Раон была не «жизнью», а «выживанием».

Нужно было как-то держаться, с трудом делая каждый шаг на жизненном пути.

Но попав во дворец, встревив Пён Ёна и снова увидевшись с Изящным ученым, она по-настоящему почувствовала вкус жизни.

Сама того не заметив, Раон перестала просто выживать — она начала жить, радуясь каждому дню.

— Хм, вот оно как.

Глядя на Раон, которая буквально светилась, словно солнечные блики на воде, Доги тоже невольно улыбнулся.

Может, слова Раон и правда обладают какой-то магической силой? Каждый раз, когда он произносил ее имя, на душе становилось светлее.

У евнуха Хона определенно был дар преображать все вокруг. После недолгого разговора с ней злость Доги окончательно утихла.

Вдруг, бросив взгляд вдаль, Доги в недоумении склонил голову набок.

— О? Опять она идет.

— Вы о ком?

Раон проследила за его взглядом.

Вскоре она увидела принцессу Мён Он.

Принцесса, одетая в нежно-розовый таный и синюю юбку-сранчима, шла впереди, а за ней торопливо следовали десяток придворных дам.

Лицо Раон мгновенно окаменело.

Она инстинктивно начала озираться по сторонам.

«Где бы спрятаться?»

Принцессу Мён Он следовало опасаться даже больше, чем наследного принца Ли Ёна. Но поблизости не было подходящего места.

Тем временем принцесса и ее свита подошли совсем близко.

При виде принцессы евнухи, работавшие неподалеку, поспешно склонили головы. Раон последовала примеру Доги и тоже низко поклонилась.

Вскоре послышались шаги, и перед глазами Раон мелькнули туфли-танхе, украшенные богатой вышивкой в виде золотых пионов.

Сердце Раон бешено заколотилось.

Она была уверена, что принцесса пришла сорвать на ней злость, которую не успела выплеснуть раньше.

Однако...

Подойдя почти вплотную, принцесса Мён Он снова прошла мимо, словно и не замечая ее.

— А?..

Раон, ожидавшая грозы, в растерянности смотрела вслед удаляющейся принцессе.

«Неужели она приходила не за мной?»

Пока Раон ломала голову над истинными намерениями принцессы, Доги, почесывая пухлый подбородок, пробормотал:

— Как же это странно.

— Что именно?

— Она почти никогда не выходила гулять, а в последнее время так часто появляется на людях. Это подозрительно.

— Она же долго болела. Наверное, ей просто стало скучно в четырех стенах.

Да, ей хотелось в это верить. Хотелось верить, что принцесса пришла вовсе не ради нее.

— Нет, она не из тех, кто любит прогулки. К тому же сегодня я вижу ее уже во второй раз.

— Во второй?

— Ты не заметил? Хотя неудивительно, она и в первый раз промчалась очень быстро. Но я точно видел ее у ворот Танбонмун.

— В-вот как? Может, она просто гуляет?

— Первый раз я видел ее в Час Кролика (пять утра). А сейчас уже начало Часа Змеи (девять утра). Для простой прогулки это слишком долго.

— И правда... Долговато для прогулки.

— Говорю же, странно все это. Раньше она почти не заглядывала во дворец Чхандоккун, а теперь мы видим ее постоянно.

— Да... Уж очень часто.

Раон натянуто улыбнулась, поддакивая Доги.

«Ах... Похоже, она и правда искала меня».

Но почему же она каждый раз просто проходит мимо?

— Принцесса, принцесса!

Придворная дама-воспитательница, задыхаясь, звала Мён Он.

— Ваше Высочество, прошу вас, помедленнее. Нет, лучше остановитесь, хватит!

В конце концов, вцепившись в край таный принцессы, дама начала умолять ее.

— Что случилось?

Только тогда Мён Он остановилась и обернулась.

— Ты ведь сама советовала мне погулять.

Дама-воспитательница с трудом переводила дух.

— Д-да, но я не имела в виду, что нужно так усердствовать! Я боюсь, как бы вы снова не слегли в постель. Неужели вы не устали? Вы ходите уже два сиджина!

— Неужели уже столько времени прошло?

И правда, ноги начали побаливать. Два сиджина (четыре часа) пролетели незаметно.

Она вышла просто развеяться, так как на душе было неспокойно, но, придя в себя, осознала, что кружит по дворцу уже несколько часов.

Мён Он сердито уставилась на носки своих туфель.

«Глупые ноги, зачем вы все время идете в ту сторону?»

Некоторое время она сверлила взглядом землю, а затем решительно подняла голову.

— Ладно. На сегодня хватит.

Сказав это, Мён Он направилась к своим покоям во дворце Чхангёнгун.

— Да, Ваше Высочество. Сегодня... «на сегодня»?

Дама-воспитательница, которая уже была готова закричать от радости, вдруг осеклась и поспешила за принцессой.

— Ваше Высочество, вы ведь не собираетесь завтра снова так гулять?

— Собираюсь. Завтра я тоже пойду на прогулку.

В мгновение ока дама побледнела.

— Принцесса, что с вами? Вы все еще плохо себя чувствуете? Может, позвать лекаря?

— Почему? Я веду себя странно?

— Нет... вовсе нет...

Не найдя подходящего ответа, дама лишь суетливо забегала глазами.

— Значит, странно.

Четырехчасовая прогулка — это, конечно, ненормально. Что же она делает? Неужели она все еще не может забыть этого мальчишку?

— Нет, я просто хотела убедиться, как жалко он выглядит.

— Что?

На слова Мён Он, сказанные вполголоса, дама лишь непонимающе хлопнула глазами.

— Ничего.

Покачав головой, принцесса продолжила путь. Но шла она вовсе не в сторону своих покоев.

— К-куда же мы идем? Смею ли я спросить?

Дама-воспитательница, все еще не оправившаяся от шока после долгой прогулки, с тревогой в голосе поспешила за ней.

— Это не прогулка, — успокаивающим тоном произнесла Мён Он.

— Вот как? Тогда куда же...

— Мне нужно коекуда заглянуть.

— Но куда именно?

На все вопросы принцесса лишь ускорила шаг, не давая ответа.

В кабинете Канцелярии евнухов появился неожиданный гость.

— Принцесса?!

Евнух Сон, который давал Ма Джондже указания по поводу пира, вздрогнул от неожиданности и подбежал к дверям.

— Ваше Высочество, что привело вас в это скромное место?

Евнух Сон поспешно отвесил низкий поклон.

— Я пришла к тебе с особой просьбой.

— О чем вы, Ваше Высочество? Просьба? Просто прикажите! Этот старый евнух Сон расшибется в лепешку, но исполнит любую волю принцессы!

— Расшибаться вовсе не обязательно.

— Ха-ха, вот как? Тогда говорите, Ваше Высочество. Каков будет приказ? Слушаю вас со всем вниманием.

— Мне нужны люди для работы в моих покоях.

— Люди для работы?..

— Видимо, из-за того, что я долго пролежала в постели, все вокруг кажется мне каким-то мрачным. Хочу сменить обстановку в павильоне на что-нибудь более яркое. Пришли мне несколько человек из Палаты евнухов.

— А-а, вот оно что. Разумеется! Я сейчас же отберу самых толковых ребят и пришлю их в павильон Погёндан.

— Зачем же отбирать? По дороге сюда я уже приметила подходящих людей.

— И кто же это?

Мён Он перевела взгляд на открытое окно и продолжила:

— Я видела тех, кто сажает цветы у стены павильона Тонмёнджон.

— Те, кто сажает цветы у Тонмёнджона?..

Евнух Сон замялся, не понимая, кого именно имеет в виду принцесса.

В этот момент Ма Джонджа, стоявший рядом и хранивший молчание, тихо шепнул ему на ухо:

— Кажется, речь идет о евнухах с незачётом. Я приказал им высадить осенние цветы возле Тонмёнджона.

— Евнухи с незачётом?!

Но ведь это были худшие из худших, те, кто вечно создавал проблемы! Евнух Сон поспешно покачал головой.

— Прошу прощения, Ваше Высочество. Но эти мальчишки — всего лишь младшие евнухи, которые даже обучение не прошли как следует.

Несмотря на его слова, Мён Он осталась бесстрастной и твердой в своем решении.

— Какое обучение нужно для физического труда?

— Но...

— Мне нужны именно они.

Мён Он сделала особое ударение на словах «именно они».

Обычно догадливый евнух Сон не стал бы спорить, но на этот раз он смущенно потер ладони.

— В чем дело? Какие-то проблемы?

— Видите ли...

— Говори уже. В чем дело?

— Их уже затребовал кое-кто другой для своих нужд...

Евнух Сон продолжал тереть руки, опасливо поглядывая на принцессу.

И предчувствия его не обманули. Брови гордой принцессы взлетели вверх.

— Другой? Кто это посмел мешать мне получить желаемое во дворце?

— ...Его Высочество наследный принц.

После недолгой паузы евнух Сон нехотя открыл правду.

Лицо Мён Он мгновенно застыло.

— Брат?

«Что? И на этот раз он меня опередил?»

В этот момент евнух Сон, расплывшись в подобострастной улыбке, осторожно предложил:

— Ваше Высочество, я пришлю в Погёндан других евнухов. Самых смышленых ребят, которые и в подметки не гордятся этим неудачникам...

Но не успел он договорить, как принцесса Мён Он, вихрем развернувшись, направилась к выходу.

Покидая Канцелярию евнухов, она бросила холодное:

— Не нужно.

http://tl.rulate.ru/book/179987/16708321