Готовый перевод Pursuing Good Fortune and Avoiding Disaster: Starting from the Celestial Masters Mansion / Искать удачу и избегать бед: Начало в Обители Небесного Наставника: Глава 9. Старшая сестра и Второй Небесный Наставник

Лэй Цзюнь с любопытством изучал свою удачу по жребию.

Отправиться за пределы горы, чтобы помочь в ликвидации эпидемии и оказать помощь пострадавшим — это был Высший жребий.

Полной противоположностью был вариант с Мастерской талисманных чернил: работа по изготовлению туши сулила средний или даже низкий путь, где существовал риск «попасть под горячую руку» в чужом конфликте.

Чтобы избежать этой беды, у него было два пути: либо объявить себе выходной и остаться в своем дворике, ни в каких поручениях и испытаниях не участвуя, либо отправиться за пределы горы помогать людям.

«Младший брат Лэй, ты тоже еще не взял поручение?» — в этот момент в Зал управления вошел Чжан Юань.

На самом деле он пришел давно, но никак не мог решиться с выбором и ждал Лэй Цзюня.

Кто бы мог подумать, что в ожидании он пропустит все лучшие варианты, и к приходу Лэй Цзюня останутся лишь два самых изнурительных задания.

Однако, завидев Лэй Цзюня, Чжан Юань тут же приободрился.

Когда старейшина Ду открывал алтарь, он был самым рьяным, и в итоге из всех послушников Шестого корпуса пострадал сильнее всех, так что ему даже пришлось просить Лэй Цзюня о помощи в лечении.

Во время охоты на разбойников он, извлекая урок из прошлых ошибок, не посмел действовать опрометчиво. А вот Лэй Цзюнь, напротив, рвался вперед и в итоге вместе с товарищами получил награду за выдающиеся заслуги.

Вспоминая об этом, Чжан Юань чувствовал одновременно и сожаление, и зависть.

В обычное время они ладили, к тому же Лэй Цзюнь выручал его, так что он не испытывал к нему той жгучей ненависти, что к Чэнь И. Ему просто казалось, что Лэй Цзюню невероятно везет.

«Младший брат Лэй, что ты выберешь? Может, пойдем вместе?» — решил Чжан Юань. В этот раз он твердо вознамерился следовать за Лэй Цзюнем и крепко держаться за его «удачливую ногу».

Что бы ни сделал Лэй Цзюнь, он сделает так же!

«С тех пор как я поднялся на гору, я ни разу не спускался вниз. Выберу-ка я это», — Лэй Цзюнь указал на поручение по оказанию помощи пострадавшим на речном берегу Цинюнь-Дан.

Чжан Юань на мгновение затаил дыхание, а затем глубоко вдохнул: «Я тоже выбираю это!»

Получив назначения в Зале управления, они подготовились и направились к главным воротам внешней горы.

Там уже собирались другие послушники, также отправлявшиеся в Цинъюнь-дан. Их было немного, около десятка человек.

Наследник истинного учения в желтых одеждах, спустившийся из Главной резиденции, чтобы возглавить группу, зачитал наставления, после чего отряд выступил в путь.

По прибытии в Цинъюнь-дан от послушников Резиденции Небесного Наставника не требовалось работать грузчиками. Местные диаконы и управляющие сами распределяли людей, организуя раздачу каши, лекарств и карантинные меры для борьбы с эпидемией.

Даоцзаны и послушники, прибывшие из Резиденции, скорее служили «символами благодати», руководителями и надзирателями.

Вид этих людей с обликом бессмертных, с их благородным спокойствием и чистыми лицами, успокаивал народ. Люди чувствовали себя стабильнее и с еще большей благодарностью принимали милость, ниспосланную даосами.

Для Лэй Цзюня и остальных это не требовало больших физических усилий, но близкое общение с пострадавшими позволяло увидеть все многообразие человеческих судеб. Это было своего рода иное путешествие по мирским страстям для закалки сердца.

Здесь можно было встретить как проблески человеческого благородства, так и глубокое уродство души.

Многие послушники не хотели ехать сюда из-за плохих условий и постоянного шума.

За несколько дней пребывания здесь не только пришлось забросить утренние и вечерние занятия в Дворе Послушников, но и практически не оставалось времени и подходящей обстановки для личной культивации.

Лэй Цзюня условия не беспокоили. Сохраняя внутреннее спокойствие, он, помимо выполнения поручений, внимательно наблюдал за происходящим вокруг.

Он заметил, что нанятые в Цинъюнь-дане помощники, носильщики и врачи были обычными смертными. Однако большинство диаконов и управляющих, судя по всему, обладали определенным уровнем Закалки Ци.

«Некоторые из них когда-то тоже слушали лекции в Дворе Послушников», — тихо произнес стоящий рядом с Лэй Цзюнем молодой даос в абрикосово-желтом одеянии.

«Лишь те, кому суждено, призываются на гору Лунху. Послушники, попавшие в нижний Двор Послушников, обычно имеют в себе определенные достоинства. Но мир полон суеты, а сердца людей изменчивы. Со временем могут произойти разные неожиданности. В итоге некоторые, с возрастом теряя надежду на успех в Дао, покидают гору, и секта назначает их управляющими в своих внешних поместьях».

Этим даосом в желтом был тот самый Наследник истинного учения, который возглавлял их группу.

Лэй Цзюнь помнил его: во время прошлой зачистки горы его отряд возглавляли тот погибший юноша-даос и этот Даос Ло.

Тогда Даос Ло предлагал строго придерживаться своих обязанностей, в то время как юноша по фамилии Гао настаивал на активном поиске и преследовании.

Хотя Лэй Цзюнь тогда выбрал сторону Даоса Гао, Ло не затаил на него обиды.

Напротив, увидев, что Лэй Цзюнь приехал помогать пострадавшим, он проникся к нему симпатией, посчитав его праведным и ответственным молодым человеком.

Поэтому Даос Ло, глядя на статного Лэй Цзюня, который был заметно выше остальных послушников, мягко подбодрил его:

«Пусть ты пришел к культивации позже других, но прогресс твой стремительный. Не тревожься. Великая церемония посвящения проходит раз в три года. Если не успеешь в следующем, у тебя все равно будет шанс позже. Главное — усердно культивировать».

«Благодарю за наставление, даоцзан», — ответил Лэй Цзюнь.

Спустя два дня в Цинъюнь-дан прибыл другой Наследник истинного учения с группой послушников.

Они принесли неожиданную новость.

Вчера днем в Дворе Послушников снова случилась беда.

В Мастерской талисманных чернил вспыхнула массовая драка между послушниками.

Чжан Юань схватился за голову: «Ну и год, одни несчастья! Почему столько беспорядков?»

«Что именно произошло?» — спросил Лэй Цзюнь.

Новый маленький послушник рассказал: «Сначала сцепились люди из Первого и Восьмого корпусов, а потом в драку ввязалось всё больше народу. В мастерской были ученики и из других корпусов, они тоже полезли в дело. От нашего Шестого корпуса там было двое...»

«Первый корпус? Люди из Первого корпуса никогда не берут поручения в Мастерской талисманных чернил», — удивился Чжан Юань, но тут же что-то вспомнил. «Погоди, Восьмой корпус... Неужели это...»

Лэй Цзюнь молча слушал, глядя на болтливого послушника.

Тот энергично закивал: «Да, всё началось с того, что кто-то из Первого корпуса подрался со старшим братом Чэнь И из Восьмого, а затем в водоворот затянуло остальных. В итоге вмешался дежурный даоцзан, шум поднялся невероятный. Всех участников драки отправили в Стойло наказаний».

«Всех?» — уточнил Лэй Цзюнь.

Он помнил, что дежурным даоцзаном в Мастерской в это время был выходец из Клана Ли.

«Кажется, Чэнь И и остальные сначала были отправлены в Стойло наказаний для раздумий над своими ошибками, но затем прибыли люди из Главной резиденции, и людей из Первого корпуса тоже отправили под домашний арест», — вспомнил послушник.

«А кто тот даоцзан, которому для выплавки пилюль требовался Чисто-золотой гриб Линчжи с Террасы Линчжи?» — спросил Лэй Цзюнь.

Чжан Юань огляделся и понизил голос: «Кажется, это был какой-то Даос Ли...»

На горе Лунху было немало даосов и старейшин по фамилии Ли.

Обычно обращение «Даос Ли» не относилось к конкретному лицу, а было общим обозначением для любого представителя Клана Ли, официально ставшего Наследником истинного учения Резиденции Небесного Наставника.

Услышав ответ Чжан Юаня, Лэй Цзюнь замолчал, наблюдая за тем, как маленькие даосы продолжают вполголоса обсуждать слухи.

Теперь, оглядываясь назад, он видел, как пути судьбы разошлись.

Нынешние беды Чэнь И начались с того самого Чисто-золотого гриба Линчжи, появившегося при пробуждении Террасы Линчжи.

Или, вернее, с того Среднего жребия, что выпал Лэй Цзюню:

[Не лезь в пекло, жди своего часа. После великих потрясений отправляйся на Террасу Линчжи, где обретешь Шестиранговую удачу. Однако помни: чем выше дерево, тем сильнее ветер; успех привлечет зависть и породит скрытые беды. Итог: нейтрально.]

Так вот, эти «скрытые беды» тянутся до сих пор.

Сначала засада и попытка убийства Чэнь И во время внешней практики, а теперь — конфликты с представителями Клана Ли из Первого корпуса. Противостояние становилось всё острее.

Впрочем, нельзя было винить в этом одного лишь Чэнь И.

Предыдущий инцидент с кражей в Первом корпусе, хоть и был спровоцирован предателем-старейшиной из высших эшелонов, в своей основе опирался на накопившуюся вражду между выходцами из Клана Ли и теми, кто не принадлежал к этому клану.

А после кражи и поджога в Первом корпусе этот конфликт, несомненно, обострился.

Вор был мертв, и некоторые представители Клана Ли в Первом корпусе затаили злобу, которой некуда было выплеснуться.

И тут появился Чэнь И — «чужак», с которым у них и так были счеты, и который к тому же избил и покалечил послушника из Третьего корпуса, подобострастно прибившегося к Клану Ли. Для членов Клана Ли он стал той самой «выскочкой», которую хотелось прихлопнуть.

Неудивительно, что в последнем жребии упоминалось о «пожаре в городских воротах, затронувшем рыб в пруду».

Когда две стороны вцепятся друг другу в глотки, любой послушник-чужак, оказавшийся в Мастерской талисманных чернил, мог стать случайной жертвой.

В итоге эта общая свалка стала лишь внешним проявлением глубокого раскола между представителями Клана Ли и остальными учениками Двора Послушников.

Как и предсказывала удача по жребию:

«Неблагоприятный жребий. Отправившись в Мастерскую талисманных чернил за изготовлением чернил, окажешься втянутым в чужую беду, подобно рыбе в пруду при пожаре у городских ворот. Временная потеря свободы, скрытые угрозы. Злой знак».

Даже если не желать принимать в этом участия, когда Старейшина поместья накажет всех причастных разом, придётся, скорее всего, вместе со всеми провести несколько дней в заключении.

Впрочем, всё это больше не касалось Лэй Цзюня.

Он давно свернул на иную дорогу судьбы.

И пока там люди рвали друг друга в клочья, здесь царил покой и безмятежность.

Неблагоприятный жребий уже сбылся, теперь оставалось лишь ждать своего Высшего жребия.

Перестав слушать сплетни, Лэй Цзюнь отправился на обход речного берега.

«Грохот!»

Небо внезапно потемнело.

Лэй Цзюнь поднял голову: когда это успело случиться, над ним сгустились иссиня-чёрные грозовые тучи, заслонив собой небосвод.

Эти чёрные тучи показались ему знакомыми — он уже видел их однажды, вскоре после своего перемещения в этот мир.

И действительно, как и в тот раз, грозовые облака пришли и ушли стремительно, исчезнув в мгновение ока.

Однако перед Лэй Цзюнем внезапно возник человек.

Это была девушка в светло-лиловом даосском халате и чёрном плаще; её лицо, прекрасное словно с картины, было бледным и лишённым красок, а сама она выглядела совсем юной.

Но стоило Лэй Цзюню взглянуть на неё, как его пробрал ледяной холод, словно он стоял обнажённым посреди заснеженной ночи.

Впрочем, он не почувствовал никакого дискомфорта, напротив, он улыбнулся: «Старшая сестра».

http://tl.rulate.ru/book/179769/16686367