Готовый перевод Buy a stone to practice immortality. / Купить камень, чтобы практиковать бессмертие.: Глава 2. Сюй Фу

Чжао Мин оказался в удивительном пространстве. Он не видел собственного тела, а вокруг расстилалась непроглядная тьма. Прямо перед ним, в позе лотоса, парил призрачный силуэт седобородого старика в черных одеждах.

— Мамочки, призрак! — вскрикнул Чжао Мин. Как и любой убежденный атеист, сталкиваясь с чем-то необъяснимым, он пугался до икоты.

— Я не призрак. От меня осталась лишь крупица души, — спокойно ответил старец, но его слова ничуть не уняли дрожь в коленях Чжао Мина.

— Душа? А чем это отличается от призрака?! — Чжао Мин, столько времени проводивший в интернет-кафе, тут же вспомнил всякие жуткие истории. — Погоди, ты залез в мое море сознания... Ты что, хочешь захватить мое тело?!

— Море сознания? О чем ты только мечтаешь! — с явным пренебрежением фыркнул старик. — Ты — обычный смертный из плоти и крови, у тебя нет даже зачатков божественной воли, не говоря уже о духовном сознании. К тому же, врожденная душа дается человеку от появления на свет, и захватить чужое тело не так-то просто. Сейчас я — лишь угасающий дух. Если я попытаюсь силой занять твою оболочку, мы оба просто развеемся прахом.

— Тогда, почтенный старче, кто же вы такой?.. — Чжао Мин немного успокоился. Раз не захват тела, то уже хорошо. Но откуда взялся этот дед? Неужели из того вибрирующего камня?

Старик тяжело вздохнул и перебил его:

— Лучше сначала выслушай меня. У меня осталось совсем мало времени. Зовут меня Сюй Фу. Тот камень — это Врожденный камень Пяти Стихий. Мы с одним моим соратником нашли его на самом краю Мира Хаоса. Но я оказался слеп и не разглядел в нем предателя. Ради этого сокровища мой так называемый друг решился на убийство.

Старик на мгновение замолчал, в его глазах промелькнула горечь.

— Я всегда считал себя одаренным: в алхимии и создании талисманов мне не было равных. Всего за две тысячи лет я вплотную подошел к порогу Слияния с Дао. Я никогда не любил насилие, жил в гармонии с миром, стремясь лишь к бессмертию. Но увы, неразборчивость в друзьях привела к тому, что мой путь оборвался, а тело было уничтожено.

Сюй Фу немного помолчал, а затем продолжил:

— К счастью, в критический момент мне удалось насильно привязать себя к Врожденному камню Пяти Стихий. Укрывшись в нем, я прошел сквозь бесчисленные барьеры и вернулся в этот мир.

— Вы — Сюй Фу? Тот самый Сюй Фу, который искал эликсир бессмертия для Цинь Шихуанди? Вы же вроде уплыли на острова Ва? — Чжао Мин был поражен до глубины души. Он никак не ожидал встретить легендарную личность.

— Ты имеешь в виду Дунъин? Да, там действительно остались мои ученики и потомки. Я знаю, что они натворили. Если когда-нибудь ты достигнешь высот в самосовершенствовании, сходи туда и помоги мне очистить род от скверны.

Сюй Фу снова глубоко вздохнул:

— Больше всего в этой жизни я виноват перед Первым Императором. Тогда я был молод и не понимал его величия. Да и не только я — в те времена мало кто из мудрецов желал ему вечной жизни. Теперь я понимаю, насколько поверхностными были мои суждения.

Чжао Мин заметил, что призрачный силуэт Сюй Фу стал еще более тусклым.

— Первый Император происходил из рода Ин, клана Чжао, — продолжал старик. — В твоих жилах течет кровь Цинь Шихуанди. Видимо, в конце эпохи Цинь кому-то из принцев удалось спастись под фамилией Чжао. Времена меняются, величие империй обращается в прах, но по сей день я считаю себя подданным Цинь. Сейчас я передам тебе все свои знания: Технику Шести Превращений Возврата к Истоку, а также искусство алхимии и создания талисманов. Считай это моей попыткой искупить вину.

— А я стану бессмертным? — у Чжао Мина возникло странное чувство, будто он — Сунь Укун перед Патриархом Суботи. Жаль только, что не семьдесят два превращения.

Ответа не последовало. Из межбровья Сюй Фу вырвался луч ослепительного золотого света и ударил прямо в Чжао Мина. Тот не успел даже вскрикнуть — в голове загудело, и он почувствовал, как в его разум вливается огромный поток информации.

Когда он снова взглянул на Сюй Фу, тот стал почти прозрачным, словно вот-вот готов был раствориться в воздухе.

— Учитель, кто ваш враг? — спросил Чжао Мин. Он привык платить добром за добро. Раз уж получил такие знания, нельзя было оставаться в долгу.

Сюй Фу слабо улыбнулся:

— Остров Лючжоу, Преподобный Шаньсин. У тебя доброе сердце. Твой талант неплох, но ты начал слишком поздно. Возможно, тебе не хватит и всей жизни, чтобы достичь его уровня. И еще... не увлекайся алхимией чрезмерно! В мире практикующих царит закон джунглей, а алхимия отнимает слишком много времени. Хотя пилюли помогут тебе быстро возвыситься, помни: какой бы высокой ни была твоя ступень, если тело слабо — бессмертие останется лишь призрачным отражением в воде. Как это случилось со мной. Вместе с техниками я передал тебе метод закалки тела. Практикуй его по мере сил, но не будь одержим. Просто помни: только тот, кто не умирает, имеет шанс на вечную жизнь.

— Почтенный Сюй, а где находится этот Лючжоу? И еще... — у Чжао Мина было еще множество вопросов.

Сюй Фу махнул рукой:

— Сейчас эти знания лишь принесут тебе лишние тревоги. Когда ты упрешься в потолок своего развития, ты сам все узнаешь. Что касается Врожденного камня Пяти Стихий — капни на него своей кровью. Если она впитается, значит, он признал тебя хозяином. Если нет — значит, вам не суждено быть вместе. Мне пора уходить. Две тысячи лет пролетели как сон. Я использую остатки своей души, чтобы направить твою Врожденную Ци и пробить заблокированные меридианы, помогая энергии войти в твое тело. И напоследок... назови меня учителем.

С этими словами силуэт Сюй Фу окончательно растаял.

— Учитель... А-а-а! Твою мать, как же больно!

Едва Чжао Мин выкрикнул это слово, как почувствовал, что внутри него бушует неистовый поток раскаленного воздуха. От этой боли он мгновенно пришел в себя в реальном мире.

Если боль при родах считается десятибалльной, то сейчас Чжао Мин ощущал все двенадцать. Даже самый болезненный удар ниже пояса не шел ни в какое сравнение с тем, что творилось в его каналах и акупунктурных точках.

Он катался по земле, то теряя сознание, то приходя в себя. Но даже в этом аду он мертвой хваткой сжимал Врожденный камень Пяти Стихий. Еще бы, отдал за него целых пять юаней! Да и «врожденное сокровище» — это вам не шутки, терять такое нельзя.

Ему казалось, что прошла целая вечность, прежде чем боль утихла. Чжао Мин с трудом поднялся на ноги. Половина тела онемела и была совершенно бессильной. «Ну и ну, — подумал он, — и зачем мне сдалось это самосовершенствование с такими-то муками!»

Толпа зевак вокруг вовсю обсуждала происходящее. Видя, что парень ведет себя как сумасшедший, люди поспешили отойти подальше, чтобы не навлечь на себя беду.

— Этот парень часом не свихнулся? Сначала рухнул как подкошенный, потом катался по земле, будто в него бес вселился. Точно ненормальный.

— Кто его знает. Я видел, как он тут у лоточника из-за камня торговался. Да так рьяно, что любая базарная торговка позавидует.

— Ой, а где тот продавец камней? Только что же здесь стоял, и след простыл.

Чжао Мину было не до них. Голова все еще шла кругом. Он хотел только одного: поскорее убраться отсюда и найти тихое место, чтобы привести мысли в порядок.

Он нашел свой велосипед, перекинул ногу через раму и попытался поехать. Но ноги подкосились, он потерял равновесие и с грохотом повалился на обочину.

Толпа ахнула, но на этот раз никто не подошел помочь. Кто-то даже не сдержал смешка.

«Ну и опозорился же я сегодня», — подумал Чжао Мин. Ковыляя и ведя велосипед под уздцы, он поспешил скрыться с глаз долой.

Вспомнив о цели своего визита на рынок, он хлопнул себя по карману и похолодел:

— Мои деньги! Где мои двести юаней?! Кто их вытащил? Мой MP3-плеер...

Зеваки, поняв, что представление окончено, тут же разошлись по своим делам. Больше на него никто не обращал внимания.

http://tl.rulate.ru/book/179329/17525559