Готовый перевод The main characters are crazy about the insidious villain / Главные герои без ума от коварной злодейки: Глава 37. Обманутая бедняжка (часть 7)

— Какая еще интрижка?! — Цзян Цывань едва подавила желание вскочить и закричать на весь зал.

Она действительно до смерти боялась, что Гу Линчуань истолкует их обед превратно, но Ши Цзэкай выразился настолько вызывающе и двусмысленно, что это граничило с провокацией. Любой случайный свидетель мог запросто сделать неверные выводы.

— Ты… не говори так, — выдавила она, чувствуя, как краснеют уши.

Цзян Цывань поняла, что в корне ошибалась на счет этого человека. Ей он казался образцом благородства, зрелым и уравновешенным мужчиной. Теперь же стало ясно: в своей наглости и пренебрежении к условностям он мог дать фору даже самому отъявленному гуляке Гу Линчуаню. Его самоуверенность не знала границ и совершенно не вписывалась в её прежние представления о нем.

— Не кричи так, а то все вокруг действительно решат, что нам есть что скрывать, — всё тем же невозмутимым тоном заметил Ши Цзэкай.

Цзян Цывань затравленно огляделась. Как она и опасалась, за соседними столиками уже вовсю перешептывались, бросая на них любопытные взгляды. Стоило ей посмотреть в их сторону, как зеваки тут же деланно отворачивались, прикрываясь салфетками.

Она смущенно вжала голову в плечи. Сейчас она больше всего напоминала испуганного хомячка, который мечтает сжаться в крошечный пушистый комочек и бесследно исчезнуть.

Заметив её замешательство, Ши Цзэкай позволил себе легкую усмешку: — Чего ты боишься? Мы просто обедаем, ничего криминального. Линчуань не дурак, он всё поймет.

Цзян Цывань открыла было рот, чтобы возразить, но вовремя осеклась. Поймет? Да он наверняка уже всё «понял» по-своему! Она знала своего благоверного слишком хорошо: великодушие никогда не входило в список его добродетелей. На людях он мог казаться воплощением дружелюбия, но его истинные мысли всегда оставались за семью печатями. Порой за маской полного спокойствия скрывался изощренный план мести, и Гу Линчуань умел наказывать так, чтобы жертва запомнила урок надолго.

Она испытала это на собственной шкуре… особенно в те моменты, когда они оставались наедине.

Стоило ей всерьез разозлить его, и никакие ласки и извинения при свете дня не помогали. Линчуань с улыбкой говорил, что не держит зла, но ночью он превращался в совершенно другого человека. Он словно забывал все свои обещания. Сколько бы она ни плакала, как бы ни умоляла о пощаде — он не останавливался, пока не выпивал её до капли. Со временем Цывань усвоила: он не прощает, он просто меняет тактику и выплескивает свое раздражение в постели.

Разумеется, такими интимными подробностями она не могла поделиться даже с лучшей подругой, не говоря уже о малознакомом мужчине. Ей оставалось лишь молча нести это бремя «сладкой жизни».

Вздохнув от бессилия, Цзян Цывань решила махнуть на всё рукой. Пускай будет что будет. Если Линчуань разозлится — она что-нибудь придумает, когда они вернутся домой. У её соседки была собачонка, которую та баловала сверх всякой меры, называя «сокровищем» и закармливая деликатесами. Цывань иногда казалось, что Гу Линчуань — такой же капризный зверь: его нужно вовремя гладить по шерстке и подкупать вниманием, иначе он обязательно нагадит в душу.

Она отбросила лишние мысли и привычным движением выгребла из тарелки овощи, которые терпеть не могла, отодвинув их на край. Затем принялась за сочные креветки, отправляя их в рот одну за другой. Жизнь и так полна стрессов, так зачем лишать себя хотя бы гастрономического удовольствия? Сначала нужно наесться, а проблемы подождут.

Ши Цзэкай молча наблюдал за тем, как она методично избавляется от нелюбимой зелени, но комментировать её капризы не стал.

Вскоре в зале появился Гу Линчуань. Он решительно направился к их столику и без лишних слов занял место рядом с Цзян Цывань, собственнически приобняв её за талию. Всем своим видом он демонстрировал: «Это моя территория».

— Милая, что же ты не сказала, что вы сегодня здесь? — мягко спросил он, заглядывая ей в глаза.

Прежде чем она успела подобрать слова, ответил Ши Цзэкай: — Мы случайно столкнулись в торговом центре. Было время обеда, вот я и пригласил её составить мне компанию.

Линчуань перевел взгляд со старого друга на свою девушку. Цзян Цывань поспешно закивала, подтверждая версию Цзэкая.

— Кстати, она купила тебе подарок, — добавил Ши Цзэкай, небрежно кивнув на соседний стул.

Там лежал пакет с мужской одеждой. Взгляд Гу Линчуаня потеплел, и лед в его глазах начал понемногу таять. Цзян Цывань натянуто улыбнулась, стараясь не выдать своего волнения.

Оставшуюся часть обеда они провели за ни к чему не обязывающей беседой. Атмосфера оставалась натянутой, но внешне всё выглядело вполне пристойно. Линчуань буквально не сводил с неё глаз: подливал суп, подкладывал лучшие кусочки, словно играл роль идеального кавалера из любовного романа. Со стороны он казался самым заботливым парнем на свете.

Глядя на гору еды в своей тарелке, Цзян Цывань наконец не выдержала: — Всё, хватит, я больше в себя не впихну.

Только тогда Линчуань угомонился. Откинувшись на спинку стула, он посмотрел на Ши Цзэкая и как бы между прочим заметил: — Виделся на днях с твоими родителями. Говорят, они вовсю подыскивают тебе невесту. Знаешь, тебе и впрямь пора остепениться и найти себе постоянную девушку…

Он сделал многозначительную паузу. Намек был прозрачнее воды: найди себе свою бабу и не лезь к чужим. Какого черта ты приглашаешь мою девушку на тет-а-тет? Думаешь, я не вижу, к чему ты клонишь?

Они знали друг друга слишком много лет, чтобы понимать такие выпады без перевода. Однако Ши Цзэкай лишь слегка улыбнулся. Он не стал оправдываться или спорить, приняв слова друга с таким видом, будто они касались погоды в другой части света.

К столику подошел официант: — Желаете что-нибудь еще?

Оба мужчины одновременно посмотрели на Цзян Цывань. Она моргнула и заказала два десерта — старая привычка завершать трапезу чем-нибудь сладким. Гу Линчуань, изучив заказ, тут же внес коррективы: — Вот это мы заменим. Тебе нельзя слишком холодное, опять потом будешь на живот жаловаться.

Она послушно кивнула.

— Цзэкай, а ты? — поинтересовался Линчуань.

— Мне ничего не нужно, — лаконично отозвался тот.

Когда с десертами было покончено, они вместе направились к выходу. Цзян Цывань пошла на небольшую хитрость: она нарочно «забыла» пакет с костюмом для Цзи Жофэна на стуле.

http://tl.rulate.ru/book/178995/16673979